Чтение онлайн

Шариф Омер! Вот кто сделает все как надо. Именно он в неоплатном долгу перед Миганом.

В этот момент самолет слишком лихо приземлился в аэропорту Сан-Диего. Не слишком ловкая посадка не оторвала Мигана от его воспоминаний. До скрытого в них зерна он так и не добрался. Почему он вообще вспомнил о той ночи с Даконто на террасе собственного ранчо? Все просто. Ему стыдно было признаться, сколь далеко распространяются его планы.

Миган тогда долго изучающе вглядывался в своего гостя. Нет, он не прост, но вполне предсказуем. Ради реализации научной идеи пойдет на любые жертвы. Как далеко? И можно ли его интеллект направить в нужное русло?

– Послушайте, Майкл, мы с вами залезли в такие дебри, что без чашечки крепкого кофе, по-моему, не разберешься. Как вы думаете, в пять утра удобно будить прислугу?

– Полагаю, что хозяину в своем доме позволено все, – не задумываясь, ответил тот.

Миган лишний раз убедился, что этот парень не привык церемониться. Какая разница, что на кону – прислуга или человечество.

– И отлично. А что, если мы пойдем еще дальше и разбудим заодно нашего доброго приятеля Готлиба?

Готлиб, в отличие от патрона, не отказывал себе в удовольствии валяться в постели, тем более после нескольких порций доброго виски, которые он пропустил накануне.

– Доброе утро, Кристоф! Здравствуйте, мистер Даконто! Я смотрю, вы оба ранние пташки. Или коварные замыслы так и не дали вам уснуть? – полный собственного достоинства полюбопытствовал он, появившись в кабинете, куда уже успели перейти Миган с гостем.

Даконто оказался поблизости от компьютера и с интересом посмотрел на монитор.

– Да вы, как вижу, любитель игры в бридж? Замечательная игра. Я смотрю, у вас предельный уровень сложности. Вы не пробовали измерить свой IQ, мистер Миган?

– Честно говоря, у меня никогда не было времени на подобные эксперименты. Но считаю варианты не хуже компьютера. Но только те, что ведут к победе.

– Из вас мог бы выйти хороший ученый. А вот из меня ни за что не вышел бы даже плохой бизнесмен, – засмеялся Майкл.

– Не все так плохо, – улыбнулся Миган. – Однако давайте вернемся к нашему разговору о виртуальных мирах. Как вы думаете, не отторгнет ли их человеческая натура? Постоянно жить в каком-то бреду, поддаваясь только иллюзиям…

– Это ваша идея, сэр, а не моя, поэтому я вообще об этом не думаю. Мы сошлись на идее сорганизовать человечество, добавив ему знаний посредством компьютера. Это реально, и это радует. Что касается вашего вопроса, то любой человек вправе выбирать. И потом, кто сказал, что надо постоянно находиться в виртуальной среде? В известной мере, виртуальна и та партия в бридж, которая у вас на экране.

– А если все же существует часть человечества, которая бесконтрольно втянется?

– Туда им и дорога.

– Не уходите от ответа, Майкл.

– Если вы так вдруг озаботились судьбой заблудших овечек, то, в конце концов, можно предусмотреть в гипотетической программе современного Рая, если о ней вообще говорить всерьез, определенный лимит времени, после которого программа автоматически выводила пользователя из виртуальной среды. Или бы просто «вырубалась».

– Если это так просто, то точно так же можно спровоцировать и обратную зависимость? – вдруг спросил внешне безучастный до этого момента Готлиб.

Было очевидно, что он все внимательно слушал.

– Не спорю, но это разные вещи. Чтобы спровоцировать зависимость, надо как минимум заставить человека включить компьютер, а это уже не имеет никакого отношения к программному обеспечению. Честно говоря, я просто не разбираюсь в таких вопросах, я не психолог и уж тем более не физиолог.

– При чем тут физиология? – вновь поинтересовался Готлиб.

– Если рассуждать теоретически, в мозгу человека существуют определенные центры, отвечающие за то или иное эмоциональное состояние. Вот на них можно оказывать воздействие. И дело тут вовсе не в компьютерах. Раздражителем могут выступать даже обычные электрические импульсы.

Даконто в очередной раз блистал интеллектом.

– Что, даже зрительные раздражители?

– Возможно, и они. Не пытайтесь выудить из меня, господа, то, в чем я плаваю. Все это лежит вне сферы моих интересов.

– Но как тогда вы собираетесь формировать виртуальные образы? Каким методом? – в лоб спросил Готлиб.

– Вы опять меня с кем-то спутали. Я изобретатель «железа», а не каких-нибудь сложных программ. Я вообще против того, чтобы насиловать человеческую природу. И я не собираюсь ничего формировать.

«Не попутчик», – обрадовавшись, подумал Готлиб и почему-то успокоился. Значит, он на верном пути. Пока эти два теоретика рассуждают о высоких материях, он уже давно действует. Готлиб покосился на Мигана. Надо ли заранее его посвящать?

– А эффект присутствия? – как раз в этот момент спросил миллиардер. – Можно ли создать у человека полноценное ощущение того, что он, скажем, не выходя из комнаты, побывал в какой-то стране?

– Вполне. Это дело ближайшего будущего. Но сами по себе такие программы, если они будут написаны, абсолютно безобидны. Они лишь помогают формировать правильные вкусы и потребности людей. Впрочем, повторяю, никто не должен никого заставлять нажимать на кнопку «Enter». Вы же выключаете телевизор, если вам не нравится передача. Дать людям право выбора – это не насилие. Иначе, какой смысл в вашей хваленой демократии?

Даконто улетел на следующий день, а у Мигана еще долго не шли из головы его слова.

Общемировая виртуальная инфраструктура! Вот где теперь пролегает настоящая борьба за власть. Трансформация Интернета, доступ широких масс населения в мировую паутину. Тут есть где развернуться! И пока, к счастью, это понимает только он один, Кристоф Миган!

…Тяжело выбравшись из самолета и на ходу стягивая пиджак, Миган медленно пошел в сторону встречающего его Готлиба.

– Что там у тебя стряслось, старина, если ты позволил себе раскошелиться на телеграмму?! – крикнул он, не дойдя и трех метров до партнера. – Я, между прочим, и так уже собрался улетать. Холодно там. Давай. Выкладывай. А то я сгораю от любопытства.

Готлиб вежливо пропустил босса в «кадиллак», а сам сел рядом.

– Вот, читай, Кристоф. Поскольку ты перестал многое мне рассказывать, я теряюсь в догадках.

Взяв бумагу, Миган по привычке сначала посмотрел на исходящие данные. Вместо подписи внизу страницы стоял условный сигнал – лаконичный и одновременно витиеватый значок.