Чтение онлайн

Развитие техники идет скачками, и устаревать она может мгновенно, как только появится революционное изобретение. Т-34 и КВ были революционными.

«Появление танка Т-34 было неприятной неожиданностью, поскольку он благодаря своей скорости, высокой проходимости, усиленной бронезащите, вооружению и главным образом наличию удлиненной 76-мм пушки, обладающей повышенной меткостью стрельбы и пробивной способностью снарядов на большой, до сих пор не достигаемой дистанции, представлял собой совершенно новый тип танкового оружия» [Мюллер-Г, 11, с.282].

А все танки Вермахта 1941 г. были устаревшими. Не только те, ринувшиеся через границу летом 1941 г, но и те, которые выпускались еще почти год, пока Pz. IV не получил длинноствольную пушку. А устаревшая военная техника не может противостоять новейшей.

Положение напоминало ситуацию на флоте во время гражданской войны в США. Южане построили броненосец «Мерримак». Один единственный. Этот броненосец чувствовал себя среди эскадры деревянных кораблей, как волк среди овец. Численный перевес северян уже не играл роли, ибо ядра северян отскакивали от «Мерримака» словно мячики. Лишь появление «Монитора», тоже бронированного корабля, уравняло силы. Мгновенно устарели все деревянные корабли всех стран мира. Адмиралы стали учитывать только броненосцы. Правомерно ли сравнение боя танков с боем броненосцев? Да, именно так и считал главный апологет танковой войны.

«В общем плане борьба танков против танков напоминает морское сражение. Там также бой ведут только самые сильные, а более слабые выполняют задачи по охране или, в лучшем случае, стараются подойти к более сильному противнику на расстояние дальности действительного огня своего оружия» [Гудериан, 3, с.339].

Да и сам А. Гитлер рассуждал так же.

«В то время как командование сухопутных войск, наконец, выразило желание получить в свое распоряжение танк, обладающий большей по сравнению с Т-34 скоростью, Гитлер принялся настаивать на необходимости осилить пробивную силу орудия танка и установление на нем более мощной брони. В данном случае он также оперировал нужными цифровыми показателями и вполне компетентно рассуждал о точности попадания бронебойных снарядов и начальной скорости их полета. Свою точку зрения он отстаивал, ссылаясь на опыт военного кораблестроения: «В морском сражении тот, у кого орудия обладают большей дальностью стрельбы, может вести огонь с большего расстояния. Пусть даже с разницей в один километр. Ну а если добавить сюда мощную броню тогда он полностью превзойдет противника. Что же вы тогда хотите? Быстроходному кораблю остается лишь использовать свое преимущество в скорости и поскорее исчезнуть за горизонтом. Или вы намерены доказать мне, что большая скорость дает неоспоримые преимущества перед броней и дальнобойной артиллерией? Все это в полной мере относится к танкам. Легкие и быстроходные должны уступить место тяжелым» [Шпеер, 22, с.319].

Не знаю, какими нужными цифровыми показателями оперировал Гитлер, но мы располагаем такими. Табличная бронепробиваемость бронебойного снаряда на дистанции 100 м для немецких танковых орудий 1941 г. составляла: 75-мм пушки KwK 37 — 31 мм, 50-мм пушки KwK 38 — 45 мм, 37-мм пушки KwK L/45 — 31 мм [1, с.31]. Поскольку 45-мм броня Т-34 имеет значительный угол наклона, а броня КВ — 75 мм, они для немецких танковых пушек в 1941 г. непробиваемы. Более того. Броня КВ непробиваема даже для подкалиберных снарядов. Их табличная бронепробиваемость: 37-мм пушки — 50 мм, 50-мм пушки — 72 мм. Подкалиберные снаряды использовали остродефицитный в Германии вольфрам, и потому их было крайне мало, и вначале их не применяли. О них мы еще поговорим.

Тяжелые танки в Германии были готовы только в 1943 г. В сражении на Курской дуге из общего числа 2772 танков и штурмовых орудий, «Тигров» было 148, «Пантер» — 204, «Фердинандов» — 89. [Подсчитано: Мюллер-Г., 11, с.665]. То есть новые типы составляли 17 % от общего количества. Но в воспоминаниях о Курской битве сплошные «Тигры! Тигры! Тигры!» Аж полосы в глазах! Другие танки и за танки не считаются. И наши КВ и Т-34 моментально устарели, поскольку «Тигр» мог поражать их с дистанции, с которой наши снаряды для него безвредны. В полном соответствии с идеями Гудериана и Гитлера. Поэтому пришлось нашим конструкторам срочно перевооружать Т-34 85-мм пушкой и проектировать ИС-2 с огромным 122-мм орудием. Кстати, иногда советских историков корят за то, что те причисляли Pz. IV к тяжелым танкам. К тяжелым Pz. IV причисляли сами немцы до 1943 г. Они классифицировали танки не по весу, а по калибру пушки. Танки с 75-мм пушками относились к тяжелым, а с 37–50 мм к средним. Если принять немецкую классификацию в РККА, то танки БТ и Т-26 с 45-мм пушками следует считать средними, а в разряд тяжелых танков попадут не только Т-28 и Т-34, но и 14-тонные БТ-7А, и даже 10-тонные Т-26А. В 1943 г. танки были переклассифицированны. Тяжелыми стали танки с 88-мм, а средними с 75-мм длинноствольными пушками. Поэтому, 45-тонная «Пантера» попала в категорию средних танков, вместе с 22-тонными Pz. IVF2/G/H. А все прочие танки немцы перестали и за танки считать. Так же, как советские авторы.

«Устаревшие типы танков, оснащенных короткоствольными или же мелкокалиберными пушками, в 1943 г. уже не соответствовали требованиям боя, потому что ведение ими боевых действий было связано с борьбой против вражеских танков, и орудия немецких танков при этом не обеспечивали должного эффекта. Такие устаревшие танки могли использоваться только для охранной службы на оккупированных территориях, для борьбы с партизанами и в учебных целях» [Мюллер-Г., 11, с.402].

Мюллер — Гиллебранд хоть и указывает их количество, но заключает в скобки. [Мюллер-Г., 11, с.401]. И правильно, нечего в эпоху броненосцев считать деревянные корабли. Но вот только почему эти танки объявляются устаревшими только в 1943 г? Разве орудия этих танков обеспечивали должный эффект против КВ и Т-34 в июне 1941 г.?

В 1944 г. сложилась зеркальная ситуация, когда наступающая Красная Армия столкнулась с малоуязвимыми танками Вермахта.

«Находясь в укрытиях полевого типа, немецкие «Тигры» и «Пантеры» могли с высокой точностью и на больших дистанциях поражать атакующие советские танки и поддерживающие их САУ, оставаясь практически неуязвимыми от их огня. По сути немецкие танки ПТО являлись ключевыми элементами противотанковой обороны и обеспечивали повышенную устойчивость всей войсковой обороны. В то же время наступающие советские войска для борьбы с немецкими танками и САУ ПТО не имели в своих боевых порядках эффективных огневых средств — орудия ПТО и тяжелая артиллерия обычно не поспевала… Оставалось уничтожать танки ПТО силами самих танкистов и самоходов и нести большие потери» [19, с.19].

В 1941 г. Т-34 и КВ имели гораздо большее превосходство над Pz-III и Pz-IV, чем в 1944 г. имели «Тигры» и «Пантеры» над ИС-2 и Т-34–85, если те вообще имели. Дело в том, что в конце войны качество немецкой брони значительно ухудшилось.

«На наши заводы часто привозили для переплавки разбитые фашистские танки. Швы на них были сварены вручную и весьма некачественно. Мы делали анализы, макро– и микрошлифы; они показали, что швы, как и сама броневая сталь, хрупкие и поэтому плохо сопротивлялись советским снарядам. Видимо, немцы меньше считались с качеством брони и сварки, а стремились выпускать побольше танков, чтобы произвести моральное впечатление и запугать нас» [Патон, 18, с.253].

Проблемы с броней были и нас.

«Есть сведения, что в 1942 году в связи с нехваткой броневой стали, для упрощения и удешевления производства были снижены нормативы на качество брони для Т-34 — отныне на них могла идти обычная котельная сталь. Якобы по указаниям «сверху», толщина брони тоже снижалась до 25–30 мм. Словом, можно предположить, что реальные ТТХ танков Т-34 постройки второй половины 1942 очень сильно отличаются друг от друга и далеко не всегда соответствуют «официальным», приводимым в документах» [12, с.476].

Таким образом, в 1941 г. немецкие танки с малокалиберными или короткоствольными орудиями, пригодными лишь «для борьбы с партизанами» одерживали верх над советскими крепостями на гусеницах. В конце 1942 — начале 1943 гг. немецкие танки уже с длинными стволами, а советские с ослабленной броней уже весьма уязвимы, но происходит перелом. В 1944 г. «Тигры» и «Пантеры», хотя с толстой, но плохого качества броней становятся основой противотанковой обороны. Хотя советские танки уже с качественной и более толстой броней и с более мощным вооружением (у ИС-2 122-мм пушка и 120-мм лобовая броня).

Так почему же советские танки 1941 г. не оказались для немцев столь же трудно преодолимой обороной, что и немецкие танки конца войны? Куда делись наши ничем не пробиваемые танки? Выдвигаются версии одна нелепей другой. Например:

«При внезапном ударе советских танкистов перестреляли еще до того, как они добежали до своих танков, а танки сожгли или захватили без экипажей» [Суворов, 14, с.399].

В общем, диверсанты с пистолетами в руках в ночь на 22 июня проникли перестреляли всех танкистов. Вернее не всех, а только тех, которые на Т-34 и КВ. А зачем немцам танк без экипажа сжигать? А если его захватить, то почему не использовать? Или такой еще пассаж: