Чтение онлайн

— Лучше смерть, чем хомут на шею. — Согласился Пегасенок, прижимаясь ко мне. — Ты папаша, как всегда оказался прав. Нужно было делать копыта. Теперь наверняка сожрут за обидные слова и стекло разбитое…

— Надо бы наказать, но наука прежде всего. — Марь Ивановна обернулась к старухе. — А есть какие-то другие способы установить половую принадлежность?

— Да полно. Ежели есть в характере гадость какая — значится мужиком будет. — Старуха оживилась, чувствуя значимость в глазах руководства. — Пальцев не хватит грехи перечислять. Неряхи, обжоры, грубияны, хулюганы, лентяи, очень им нравится всякие гадости творить, о здоровье не заботятся, или наоборот. Матерщиники, бесчувственные чурбаны, тупые как пробка, бестолковые…

— Попрошу без оскорблений. — Возразил шаманке. — О будущем покойнике плохо не говорят, а ваши измышления основаны на предвзятых знаниях. Если б точно знал что принадлежу к мужчинам, потребовал сатисфакции, правильно Кузя? И вызвал на дуэль.

— Они драчуны, забияки и похотливые козлы! — Парировала старушка-ведушка Флора Гербарьевна. — Так в преданиях и говорится. Где мужик — там бардак и разврат. Ничего святого! Везет же людям…

— Проверить-то как? — Нетерпеливо перебила Марь Ивановна. — У них же на лбу не написаны пороки? Конкретнее предлагай.

— Дык уж говорила про…? Забыла чай? — Старушка прислонилась к начальнице и стала что-то азартно шептать ей на ухо, кося карим глазом на мою нижнюю часть тела.

— Где больше двух — говорят вслух! — Нравоучительно произнес Кузя, презрительно хмыкнув в сторону охотниц. — Цивилизованные…

— Тебя лошадь не спрашивают — не сплясывай. — Задумчиво ответила начальница, выслушав старухины нашептывания. — Точно проявит натуру?

— Точно, точно. — Закивала старуха, и закатив глаза в небо, торжественно прошамкала. — И будут Он и Она. И переплетутся тела в бурных объятьях. И воспылает страсть и разгорится огонь и будет им хорошо, что забудут тела о времени и пространстве. И будет мгновение счастья кратким как миг, но сладким как вечность. И снова соединяться и будет нежность и будет радость и будет все… Примерно так прабабка говорила-.

— Они — противные козлы, мы — нежные девы, а в результате обоим партнерам приятно? — С сомнением переспросила начальница. — Странно… Вериться с трудом. Может не стоит рисковать? Пусть будет, как будет, а иначе не будет. От греха подальше в котел, на обед? Съели и нет проблемы, а тут… Не знаю, не знаю…

— Но вдруг не врут древние предания? Мне то что, я старая. Мое дело и тело — позади. Вернуться к старой жизни всегда успеем, а упустим шанс? Жисть новым смыслом наполним, цель появится.

— Ты права Гербарьевна. — Согласилась начальница. — Живем хорошо, но скучно. Необходимо меняться, но как? Поверить сказкам?

— Проверим. От одного разика хуже не станет.

— Пусть будет. — Согласилась начальница, принимая решение. — Да будет так. Что для проверки надобно?

— Одна доброволька и пленник. Лучше квелого использовать. Василия. Больше на людей похож. Нужна лежанка широкая с белоснежными простынями и тазик с водой. Еще прабабка про презервативы каки-то говорила, чтобы не залететь. Далеко видать предки залетали. Под небеса. На первый раз без них обойдутся. Не баре.

— Ясно. — Марь Ивановна обернулась к племени. — Опыт будем производить на площади. При народе. Девочки, принесите лежанку для эксперимента и тазик с водой. Простыни из домика возьмите.

— Эээ… господа хорошие. — Растерянно протянул, оглядываясь по сторонам. — Какие на фиг эксперименты? Нашли блин, подопытную мышь. Ни в каких опытах участвовать не желаю. Лучше в кастрюлю.

— Будешь исполнять, что приказано. — Властно ответила Марь Ивановна и снова обернулась к племени. — Девы! Как гласит древнее предание, пересказанное ведуньей-колдуньей Гербарьевной, есть шанс изменить жизнь. Были в далеком прошлом странные существа — мужики, с которыми наши пробабки существовали в одной деревне. Как и почему они исчезли, никто не знает. Был ли толк — неизвестно, но что-то девам давали, прок был, установленный факт. Что несли странные создания? Горе, страдание, радость, счастье, печаль? Все вместе? Не могу ответить, но сказки красивые. Как именно и что именно произойдет в ходе опыта, никто не знает. Покрыто глубокой тайной и забыто в веках. Эксперимент возможно предстоит смертельный. Стоит ли рисковать жизнью? Оставить как есть? Не знаю. Не могу однозначно ответить. Вам решать. Как коллектив решит, так и будет. Но попробовать стоит. Настоящую жизнь знаем. Имеет плюсы и минусы. Радостей не много, но и поводов для печали нет. Рискнем?

— Почему и нет? Я согласная. — Выкрикнула из толпы светловолосая, высокая охотница. — Предлагаю Светку в добровольки. Привела, ей и отвечать.

— Опыт проводить, не получиться — в котел. — Поддержало блондинку племя. — Надоело однообразие, новых ощущений желаем. В добовольки — Светку Рыжую. Лучше и лично знакома. За себя постоять сумеет.

— Тут не стоять надо, а лежать. — Уточнила Марь Ивановна, но горячо поддержала мнение племени. — Правильно девочки. Попробуем. Не понравиться — вернем процесс на круги своя, классно получиться — всем хорошо. Света, согласна пойти на опасный эксперимент?

— Если народ так желает, разве против коллектива пойдешь? — Грустно вздохнула Светка — Рыжая. — Больно не будет? Если что, сразу добейте, чтоб не мучилась.

— Не переживай, мы красиво похороним, в отдельной яме. — Марь Ивановна улыбнулась толпе. — Правда девочки?

— Проводим достойно в последний путь. — Дружно поддержали охотницы. — Маникюр, педикюр, кружевное белье, прическу накрутим, все дела, не переживай. На домик мемориальную доску посмертно присобачим, в честь героини — улицу деревни назовем и поревем от души на похоронах. Искренне.

— Честное слово? Рыдать будете, пусть и тушь потечет? — Умилилась Светка приободрившись. — Куда идти страдать для науки?

— Пока страдать рано. — Прошамкала Флора Гербарьевна. — Сейчас кровать принесут. Будешь действовать согласно инструкции. Кстати, для чистоты эксперимента необходимо раздеться. Получаемые ощущения и возникающие чувства комментировать вслух. Ты не бойся, если опыт пойдет не в ту сторону, поможем. Спасем от супостата. Где лежанка с тазиком?

— Несут. — Толпа расступилась, пропуская охотниц с длинной лежанкой на изогнутых ножках.

Через несколько минут, охотницы приготовили место эксперимента. Лежанку застелили белой тряпкой, тазик наполи теплой водой, бабка достала исписанную каракулями доску, а доброволька Светка, принялась неторопливо раздеваться.

— Особого предложения ждешь? — Деловито обратилась ко мне Марь Ивановна. — Марш на лежанку.

— Ни за что! — Попытался гордо ответить, чувствуя, как задрожали коленки. — Только через труп.

— Будешь выделываться — точно станешь. — Пообещала Марь Ивановна и приказала охотницам. — Взять его. Только аккуратно, не отломите лишнего. Пока живым нужен.

— Эх, пропадать так с музыкой! — Отчаянно выкрикнул в приближающуюся толпу, размахивая горящей палкой. — Кузя! Бейся копытами! Умрем непокоренными!

Погибнуть охотницы не дали, но несколько минут мы успешно сопротивлялись. Кузя лягался копытами, резво размахивая лохматым хвостом, держал нападавших дев на расстоянии, а я грозно рыча, махал палкой перед носом. Крику и шуму подняли много, но никто не пришел на подмогу. Силы неравны. И пусть отдельная охотница слабее любого из нас, но численное преимущество на стороне сплоченного коллектива. Толпясь на расстоянии от копыт, хвостов и горящих палок, девы выжидали когда ослабнут силы обороняющихся, а мы совершим тактическую ошибку. Дождались. Кузя поскользнулся на банановой кожуре, и нечаянно лягнул в живот. Одновременно упали на землю, крича от боли и обиды. После дружного падения, сопротивление окончательно сломлено и нас скрутили в бараний рог толстыми веревками. Наступила полная капитуляция. Теперь выплатим контрибуцию.