Чтение онлайн

Связанного Кузю оттащили за лохматый хвост в сторону, немного попинав ногами для воспитания. Воспитывали за ночные приставания к охраннице, нецензурщину и позорную граффити на стене, а меня бросили рядом с лежанкой на грязную землю и стали совещаться.

— Теперь Василия помыть и положить на кровать. — Приказала ведунья-колдунья. — Света приготовься, скоро твоя очередь подойдет.

— Связанным класть в кровать? — Уточнила Марь Ивановна.

— Лучше развязать. Как будет страстно обниматься и сливаться, если руки и ноги связаны? А переплетаться придется.

— Василий. Ты будешь продолжать брыкаться?

— Естественно. — Сквозь зубы, презрительно процедил начальству. — Буду биться до последней капли крови. Терять нечего кроме чужих веревок.

— Предлагаю заключить временное перемирие. — Предложила Марь Ивановна. — Если эксперимент пройдет удачно и закончится без последствий, торжественно обещаю перед народом, отпущу на четыре стороны.

— А приемыша отпустите?

— И его отпустим. Сам мучайся с воспитанием гадкого ребенка. Развязываем, или так пострадаешь для науки?

Ну, что Вася? Влетел? Ой, влетел… по полной программе. Налево пойдешь — коня потеряешь, направо — никчемную жизнь, а если опыт закончится благополучно, то пугающая неизвестность и неясные последствия. Дергайся не дергайся, а сотворят с тобой, что в силах и желаниях племени. Предлагал же Пегас, откусить отросток? Был бы как женский род, не выеживался и благополучно завершил историю в начале повествования. Напрашивается благополучный конец — и жил он долго, нудно, но был сыт, здоров, в ладах с совестью, без особых забот и тревог, помер легкой смертью, чего и вам желаем.

Выбора нет, но можно расслабится и получить удовольствие, с робкой надеждой, что насильники отстанут и милостиво разрешат жить дальше. Как подойти к вопросу. Что важнее — посмертная честь, или опозоренная жизнь? Попробуем воспользоваться американским советом — жисть тела, превыше чести духа. Не понравиться западный способ — применим японское харакири, офицерскую пулю в висок, мещанскую петлю на шею, или опыт Му-Му — с камнем на шее в пруд. Скорчив мужественную физиономию и покряхтев для солидности, гордо согласился.

— Доверяюсь вашему слову. Развязывайте.

— Молодец Вася, я знала — благоразумие в душе, возобладает. — То ли похвалила, то ли в очередной раз унизила Марь Ивановна. — Девочки, развязывайте подопытного. Теперь никуда не денется. Флора Гербарьевна, что дальше?

— Пусть моется и в койку. — Деловито прошамкала старуха, сверяясь с записями. — Светка, ты разделась?

— Бижутерию снимать? — Скидывая юбку, спросила доброволька. — Кольца, бусы, сережки?

— Полностью снимай. — Приказала Гербарьевна. — Для чистоты эксперимента.

Пока старуха совещалась со Светкой, торопливо поплескался над тазиком и проскользнул под простынь, чувствуя себя подопытной лягушкой. Лишь бы через соломинку надувать не стали. С них станется…

Через несколько минут, Светка полностью освободилась от висюлек в ушах, на руках, запястьях, лодыжек, шеи и решительно выдохнув, легла рядом со мной. Эксперимент начался.

— Готовы к опыту? — Поинтересовалась Марь Ивановна. — Как самочувствие перед стартом?

— Чувствую себя нормально. Готова к опасному эксперименту. — Бодро отрапортовала Светка-Рыжая, но сморщив нос, пожаловалась начальнице. — Нельзя ли Василия, смазать благовониями? Амброзии дайте. Запах невыносимый, еле терплю. Что ж ты плохо помылся? И шея грязная.

— Нормально помылся. Как умею. Мне рубахи не носить, воротничок не пачкать, сойдет для опыта. — Обиделся на обвинения. — От самой, не цветочками пахнет.

— Прекратить разговорчики. Вас окружают, естественные разнополые запахи. Один — мужской, а другой — наш, девичий. Совершил с непривычки еле терпится, но через несколько минут привыкните. Ждите. Больше никаких неприятных ощущений?

— Простынь колется. — Пожаловался старушке. — Синтетика?

— Чистый лен. — Машинально ответила Флора Гербарьевна, внимательно изучая древние знаки. — Существует два варианта проведения опыта. Начнем с поэтического эпоса. И будут Он и Она… Подопытные есть. И переплетутся тела в бурных объятьях… Света, Василий начинаем ласково и нежно переплетаться. Ну что лежим деревянными плашками Приступаем к опыту. Дружно сдвинулись и обнялись.

Преодолевая смущение, попытался обнять Светку. Морща нос от брезгливости, дева напряглась, но мужественно терпела чужие руки на своем теле.

— И воспылает страсть и разгорится огонь и будет им так хорошо, что забудут тела о времени и пространстве. — Процитировала старуха дальше по тексту. — Что чувствуешь Света? Уже приятно? О времени и пространстве забываешь?

— У него волосы на лице колючие и руки шершавые. — Светку невольно передернуло от отвращения. — Сейчас попытаюсь сосредоточится… Нет. Пока ни о чем не забываю. Неприятно, щекотно.

— А тебе Василий?

— Мне? — Прислушался к ощущениям. Первое чувство зажмурил и поэтому ничего не видел, как страус прячась от неприятностей, четвертое и шестое чувство тупо молчали. Слышал возбужденное перешептование толпы охотниц, вдыхал странный запах чужого тела, и лишь осязание получало небольшое удовольствие. Гладить бархатистую девичью кожу невероятно приятно. — Ну как бабушка сказать… Пока не врубился.

— Крепче переплетайтесь, обнимайтесь. — Заботливо посоветовала старуха и стала цитировать дальше. — И будет мгновенье счастья, кратким как миг, но сладким, как вечность… Энергичнее, подопытные двигайтесь. Теснее, прижмитесь телами. Василий положи ногу на живот Светлане. Света, обними Василия за шею. Носами потритесь, щеками… Ушами соприкоснитесь, волосами на прическе. Пошел процесс небывалого удовольствия?

— Не могу сосредоточиться, запах мешает. Что ж ты колючий Василий? Как пьяный ежик на заборе. Ногу ниже опусти, дышать нечем.

— Шею освободи. — Прохрипел, пытаясь освободится от Светкиного крепкого захвата. — Ты задушить собралась, или нежностью воспылала? Мы не бороться собирались. Долго мучится?

— Пока процесс не начнется, как в поэтических сказаниях. — Вмешалась Марь Ивановна, с научным интересом наблюдая за возней на кровати. — А если Гербарьевна, подопытным покрутиться на лежанке в вольной борьбе? Пусть друг через друга перекатываются? Быстрее согреются, вспотеют. При нагревании тело расширяется, процесс пойдет энергичнее.

— Хуже не будет. — Согласилась ведунья-колдунья. — Слышали, что Марь Ивановна приказала? Начинайте кувыркаться.

Пришлось подчиниться грубой силе приказа и вместе со Светкой кувыркаться по широкой лежанке. Каждый из борцов норовил занять место верхом на противнике и схватка разгорелась нешуточная. Дева оказалась опытной и ловкой охотницей, но на моей стороне пусть и небольшая, но сила. Ловко заломив Светке руку, наконец закрепился на деве и пытаясь сохранить равновесие заелозил ногами, прижимая соперника спиной к лежанке. Чистая победа! Классический яппон — япона мать!