Чтение онлайн

Лицо Бейрута побагровело, трясущиеся плечи, казалось, провалились во впалую грудь. Потемневшие кровеносные сосуды набухли. Чёрный узор проступил сквозь тонкую кожу висков и шеи.

– А я всё-таки буду настаивать, – пробормотал профессор, в очередной раз пытаясь высказать своё мнение.

– Может, проголосуем? Как решит большинство, так и поступим, – предложил Ванькин.

Он внимательно следил за изменяющимся лицом Бейрута.

– Не буду я голосовать, – запротестовал тот, выставив руки перед собой.

– Это ещё почему, – неожиданно заинтересовавшись, спросил Медведев.

– Не устраивает меня подобная формула решения вопроса, – нехотя отвечал хакер, расслабляясь.

Вымученно улыбаясь, он коротко мотнул головой, словно прогонял неприятные ощущения. Улыбнулся.

– Всех и всегда устраивала, а нашего умника не устраивает, – процедил сквозь зубы Ванькин.

– Вот именно – всех! – выкрикнул Бейрут. – Я так полагаю, подо «всеми» наш друг Ванькин имеет в виду большинство народонаселения. Так?

– Всяко! – подтвердил Илья.

– Дружище, а ты в курсе, что это твоё большинство не совсем адекватно? – поинтересовался Бейрут, обращаясь к Ванькину.

– Сам придумал или кто подсказал? – Илья лениво уставился на хакера немигающими глазами.

– Есть такая наука, а если кому неизвестно, то она называется психиатрия. А дядьки, занимающиеся ей, называются психиатрами, а не психами, – Бейрут в очередной раз повернулся к атлету. – Они, кстати, и доказывают, что нормальные – не требующие наблюдения психиатров – люди составляют от общего числа народонаселения от двадцати пяти до сорока процентов. Остальные либо требуют лечения, либо не опасны окружающим, но нуждаются в помощи всё тех же психиатров.

– А голосование здесь причём? – зло пробурчал Илья.

– Да при том! – хакер возмущенно взмахнул руками. – Ненормальное большинство всегда побеждает нормальное меньшинство. Неадекватные решают, как жить здоровым, определяют нормы поведения, принимают законы, по которым живут люди. Только потому, что их больше!

– Может, и не совсем сумасшедшее большинство, но то, что ненормальное, точно! – поддержал друга Жора.

На несколько минут в воздухе повисла напряженная тишина.

– Да ну вас! – воскликнул не желающий соглашаться Илья. – Если даже и правы ваши психиатры, то наверняка дураки дома сидят, стараясь не светиться. Кому в дурку раньше времени охота?

– В том то и дело, – продолжил Бейрут с видом лектора, выступающего перед студентами-медиками, – что для большинства медицинская помощь требуется едва ли не с пелёнок: и чтец, и жнец, и на дуде игрец – все с одинаковой вероятностью попадают в «подозрительную группу».

– Да вы посмотрите на наше телевидение, – поддержал друга Жора. – Это же круглосуточный репортаж из психиатрической больницы!

– И?! – поинтересовался профессор.

– И именно поэтому я никогда не участвую ни в каких голосованиях и опросах.

– ПРИНЦИПИАЛЬНО! – заявил Бейрут серьезно, но в глазах его плясали весёлые чертики.

– Ну мы-то с вами! – выкрикнул Ванькин, поднимаясь со стула. – Не дураки и не психи!

Жора грустно улыбнулся, отодвигаясь подальше от напрягшегося здоровяка.

– Конечно! Представители большинства даже в мыслях не допускают своей ненормальности, – произнёс он, уставившись на Ванькина смеющимися глазами.

Тот открыл рот, чтобы ответить какой-нибудь гадостью, но профессор не дал начаться словесной эскападе.

– Тогда скажите мне на милость, как? – начал Медведев, но его остановил Бейрут, выставив перед собой открытую ладонь.

– Думаю, есть два пути решения спорных вопросов. Выбор текущего лидера с неоспоримым авторитетом в решаемом вопросе. Либо определение усредненно-мудрого и опытного во всех сферах жизни человека, которому передается вся полнота власти, – ответил он на недосказанный вопрос профессора.

– А как ты будешь выбирать этого авторитета, если голосования не будет? – поинтересовался довольный собой Илья. – Доверишься психам?

Профессор одобрительно кивнул…

– Дружище! – серьезно произнёс Бейрут. – Предположим, нашему маленькому отряду нужно решить вопрос о возможности использования математических алгоритмов в обработке дискретного видеопотока.

– Ну и? – Илья вопросительно выпятил массивную челюсть.

– По-твоему, кто в этот момент должен иметь право решающего голоса? Думаю, у тебя не возникнет искушения взять руководство в свои руки.

– Всяко нет! – отрицательно покачал головой Ванькин.

– Значит, решать его будем мы! – Бейрут хлопнул Жору по плечу и устремил взгляд на Медведева. – И, есснно, профессор. Тогда количество потенциальных «психов» резко сократится. Так?

– Сам дурак! – парировал Илья, которому стал надоедать разговор.

– Постой, постой! – замахал руками профессор. – Но ведь из всех нас нормальным может оказаться один только Ванькин, а мы его, идя по твоему пути, отстраним от процесса принятия решения.

– Да! – выкрикнул Илья, вновь почувствовав вкус разговора.

– Лучше ненормальный специалист, нежели здоровый дилетант, – продолжил хакер. – Ты думаешь, если нам понадобится кому-то сломать шею, – Бейрут, прищурившись, посмотрел на Ванькина, – кого мы выберем в безусловные лидеры?

– Какой базар – не Жорку же? – Ванькин расправил могучие плечи, забугрился мышцами, мгновенно превращаясь в мифического героя. – Вот только я так и не понял, кто же будет решать компьютерные споры? Вы или профессор? – пытаясь впитать в себя обрушившийся на него непомерный объем информации, Геракл сморщил лоб.

– Профессор, конечно! У него же индекс усредненной мудрости выше! – вступил в разговор Жора.

– Нее, ну вы достали, умники! – вспылил Илья, заставляя испугаться стену, вздрогнувшую от удара его мощного кулака. – Дерьмо собачье и то языком своим в станок с программным управлением превратите!

Подрагивая всем телом, он то сжимал, то разжимал кулаки, при этом шумно вдыхая воздух. Глаза атлета налились жидким огнём, готовым в любой момент выплеснуться наружу.

– Какого лешего тогда вы не соглашаетесь с профессором, если у него этот… индекс больше?