Чтение онлайн

Для них зимою расцвела весна.

Уста соединив для поцелуя,

Забыли, как измучились, тоскуя.

Скажи: с Фархаром встретился Навшад,

Самшит и тополь сблизиться спешат.

В покой трапезный двинулись вдвоем,

Чтоб оросить посев любви вином.

Взяв злато чаш в серебряные руки,

Освободились от ярма разлуки.

То жарко обнимались, целовались,

А то воспоминаньям предавались.

То страстный друг рассказывал подруге

О прежних муках, о своем недуге,

А то в рассказе Вис была досада

На грубый нрав ревнивого Мубада.

Вокруг была студеная зима,

Весь мир бесовская сокрыла тьма,

Но три огня в их комнате горели,

Цвели, казалось, розы средь метели!

Один огонь в их очаге пылал,

Как тополь рос, краснел он, как коралл.

Другой огонь был пурпурным огнем,

Он в кубках жил, наполненных вином.

Вис и Рамин, сердца свои пьяня,

Истоком были третьего огня!

Влюбленные за каменной оградой

Сидели с наслажденьем и отрадой,

Не думая о том, что их покой

Разрушится враждебною рукой,

Не думая, что ночь тоску таит,

Что скоро им разлука предстоит:

Одна такая ночь была ценней,

Чем сотни тысяч долгих, скучных дней!

Рамин смотрел на Вис, и в этот миг

Почувствовал, что счастья он достиг.

Запел он песнь, играя на тамбуре, -

Он мог сердца растрогать гордых гурий:

"Влюбленный, много ль ты познал невзгод?

Ты долго ль ждал, пока любовь придет?

Но славы не достигнешь без труда,

Без горя нет блаженства никогда.

В разлуке с милой - ты на дно пойдешь,

В свиданье с милой - жемчуга найдешь.

Ты, сердце, в одиночестве томилось,

Теперь с возлюбленной соединилось.

Терпи, сказал я. Кончится страданье,

Настанет долгожданное свиданье!

Пройдет зима, взойдет весенний цвет,

Минует ночь, и утра вспыхнет свет.

Чем дольше будешь у разлуки в пасти,

Тем больше вырастет свиданья счастье.

Чем больше будет у тебя забот,

Тем ярче наслажденье расцветет.

Я был в аду, я проклял жизнь мою,

Теперь сижу я с гурией в раю.

Из-за нее и крепость - как цветник,

И день весны среди зимы возник!

Я преданность посеял в дни беды

И пожинаю радости плоды.

Я верности посеял семена,

И вышло так, что мне судьба верна!"

Привстала Вис, как вешний день мила,

В честь друга полный кубок налила.

Скажи: то с кубком движется самшит,

В руках нарцисса золото блестит!

Сказала: "Пью за смелого Рамина.

Он - преданности, верности вершина!

Моя надежда яркая сбылась,

Она светлей моих горящих глаз.

В любовь Рамина верю, твердо зная,

Что так же верит в солнце жизнь земная!

Моя душа - в возлюбленном Рамине,

Готова я пойти к нему в рабыни!

О, если в честь него я выпью яду,

Я обрету бессмертия усладу!"

Свой кубок осушила в добрый час,

Его расцеловала сорок раз.

Они - вдвоем, они друг друга любят,

За поцелуем и вино пригубят.

Приятно пить вино и целовать

Своей любимой мускусную прядь!

Ее в уста целуя, пьешь вино,

В вине - ее уста познать дано!

Он был в ее объятьях до рассвета

Средь амбры и гранатового цвета.

Так девять месяцев прошло, даруя

Рубин вина с агатом поцелуя.

В рубине был источник опьяненья,

Но прекращал агат его томленья.

Рубин искрился в чаше золотой,

Агат сверкал в улыбке молодой.

Из роз душистых ложе состояло,

Прекрасная луна на нем сияла.

Едва они проснутся утром рано, -

Уже хмельная чаша им желанна.

Поднимет чашу в честь любви она,

А он затянет песню в честь вина:

"Вино смывает ржавчину с души,

И от вина ланиты хороши.

Любовь - болезнь, зато вино целебно,

Несчастье - пыль, вино, как дождь, потребно!

Вино - огонь: все муки в нем сгорят,

А радость увеличится стократ.

Я счастлив: я подругой исцелен,

Я, как в подругу, в жизнь мою влюблен!

То возлежу я среди роз и лилий,

То мнится: с амброй мускус томный слили.

Для уст моих ее уста как дичь,

Чей сладкий вкус пытаюсь я постичь.

Мой конь гнедой от счастья стал крылат,

Он пронесется по стезе услад.

Я - сокол: в поднебесье я парю,

Затем, что я охочусь на зарю!

Отверг я куропатки душу птичью, -

Луна моей отныне стала дичью!

Мое блаженство - лев золотогривый:

В его когтях дрожит онагр красивый!

Венец рассудка с головы я скину:

Базар веселья надобен Рамину!

К чему мне кубок без хмельного зелья?

К чему мне жизнь без ласки и веселья?

Любимой кудри, и уста, и лик

Дадут мне амбру, сахар и цветник.

При ней, блестящей, не нужна луна,

При ней, душистой, амбра не нужна!

Здесь для меня - весна, блаженство рая:

Я веселюсь, на гурию взирая.

Луна - мой кравчий, гурия - любовь,

Могу ли не хмелеть я вновь и вновь?"

Затем сказал он Вис жасминотелой,

И речь сладка была, как сахар белый:

"Подай вина, оно меня пьянит, -

В нем заключен огонь твоих ланит.

Ты мне приятней этого вина,

Твой лик отрадней, чем сама весна.

К чему страдать, - ужель судьба злосчастна?

Зачем не радоваться ежечасно?

Давай же время проводить в веселье,

Не думая о завтрашнем похмелье.

Сегодняшнего счастья не вернем, -

Так будем наслаждаться этим днем!

Со мною не захочешь ты расстаться,