Чтение онлайн

Я начала раздеваться. Еще нельзя реветь. Хотя о чем я? Все платье залила уже, выжимать можно. Здорово, я и не заметила, что рыдаю в три ручья.

— Я покупаю тебе лучшие вещи! Трачу на тебя деньги! Ты ничего не ценишь! Ни копейки не заработала! Только глупости в голове!

Мать ушла, громко хлопнув дверью. Я наконец-то расслабилась и опустилась на колени посреди комнаты, закрыв лицо руками. Тихо заплакала. Кирилл, ты так мне нужен. Защити меня. Пожалуйста, защити меня.

Минут через пятнадцать мы обе остыли и были готовы к разговору. Я пришла к маме, низко повесив голову, и виновато начала извиняться:

— Мы засиделись. Компания была хорошей. Весело очень. У Насти мальчик — лауреат музыкальных премий с мировым именем. Там еще поэт был один, стихи читал. Я забыла про время. Они такие классные. Прости меня, мам. Я больше так не буду.

Она недовольно отвернулась. Глаза красные. Плакала. Я поцеловала ее в щеку.

— Я правда не специально. Мне было так скучно без тебя. Даже поговорить не с кем. А тут лауреат и поэт… Простишь?:

— Ужин на плите, — буркнула она. Простила. Я обняла ее и еще раз поцеловала:

— Ты у меня самая лучшая мама на свете. Я тебя очень люблю.

— И не сиди долго в Интернете, а то завтра в школу не встанешь, — едва заметно улыбнулась.

— Хорошо. — Еще раз чмокнула ее в щеку и убежала к себе.

Надо позвонить Женьке. Она же поможет найти Кирилла? Потом сказать Ярику, что я вернулась, и рассказать про Поэта, посоветоваться, что делать. Да, так и сделаю. На столе стоял портрет моего кумира. Улыбнулась ему. Ты научил меня своим примером, как надо жить, выживать, бороться за свою мечту. Я попробую. Приложу все силы, чтобы достичь желаемого.

Женька не отвечала. Набрала Ярика.

— Птица, привет, мне нужна твоя помощь, — радостно сообщила я в трубку, одной рукой включая компьютер.

Найду тебя, чего бы мне это не стоило.

— О, вернулась наша блудная дочь! — оживилась она.

— Да, вот только что приехала. Птица, тут такая ерунда вышла. Ты завтра съездишь со мной в одно место?

— Ты меня пугаешь.

— Нет, это приличное место. Литературный институт. Он там учится. Я… В общем, мы забыли обменяться телефонами. Ах, Ярик, если бы ты только знала…

— Догадываюсь. — Я чувствовала, что Ярослава расплылась в улыбке. — Только давай завтра все обсудим. Я готова тебя слушать все шесть уроков. А потом пойду за тобой хоть на край света.

— А чего не сейчас? — обиженно выпятила я губки.

— Сейчас Ростик ищет какое-то лекарство — не поверишь, для крокодила, который живет в нашей ванне со вчерашнего вечера, и гонит меня с телефона.

— Да, да, да! — закричал из комнаты Ростислав. — Варька, завтра наболтаетесь, мне нужен телефон.

— Хорошо. Тогда до завтра.

— И не проспи, — рассмеялась она.

Я отключилась и рассмеялась. Смешная она. Это я ее вечно жду у подъезда. Из-за нее постоянно в школу опаздываем. Ладно, завтра так завтра. Представляю, как Птица сейчас дергается и умирает от любопытства. Завтра… Все будет завтра. Завтра будет новый день, новые отношения и новые друзья. И пусть девчонки не бегают за парнями, но я все-таки попробую найти тебя, Поэт. Сегодня я разложу на тебя карты и поищу твою фамилию в Интернете, завтра спрошу твой телефон в институте, а потом кину тебе всего одно эсэмэс: «Я скучаю по тебе, Поэт». И не буду ждать ответа.

— Все! Все! У меня беда! Вы понимаете? У меня бе-да! Трагедия! Ужас! Кошмар! — Ярослава плашмя рухнула на лавочку в раздевалке и прикинулась мертвой.

Мы смотрели на нее с недоумением. Судя по розовым щекам и глубокому нервному дыханию, умирать ей несколько рановато.

— И что у тебя случилось? Аршавин променял «Арсенал» на магаданский спортивный клуб? — без капли иронии серьезно спросила Женька.

Я вот ей прям удивляюсь. Ведь явно же стебется, но с такой миной, словно доклад о защите прав женщин на заседании в ООН читает.

— Ты нашла крутые туфли на шпильке, и они на тебя не налезли? — ахнула Настя, заломив ручки.

Эта точно не издевается. Для Настьки будет трагедией, если она купит туфли за бешеные деньги, а они окажутся из прошлой коллекции или дизайнер пролетит со своими модными прогнозами на будущую зиму-лето.

Я решила не умничать и просто вопросительно подняла бровь. Птица приоткрыла один глаз. Резко села. А потом гневливо поинтересовалась:

— И что вы на меня уставились?

— Вообще-то это ты тут паясничаешь, — поправила Женька очки на носу.

— У меня беда! — взвилась Ярик, зло сверкнув глазами.

— Не томи уже, — поморщилась я.

— Славик женится!

Мы переглянулись. Слав в семье Птицы четыре штуки — старший Ростислав, потом Вячеслав, сама Ярослава и мелкий Станислав.

— Методом исключения откидываем Станислава, как самого младшего, следовательно, недееспособного, и Ярославу, потому что девушки не женятся, а выходят замуж, если только они не лесбиянки… — принялась размышлять Точка.

— Ярослава, ты что, лесбиянка? — вытаращила глаза Настя.

— Вячеславу всего семнадцать, ему в одиннадцатом надо думать не о женитьбе, а об армии. Следовательно, методом исключения остается Ростислав, что для его девятнадцати лет вполне нормальное явление. Так в чем трагедия-то? — закончила свои умственные изыскания Точка.

— Славик! Славик жениться хочет! — подскочила Птица. — Что непонятного?

— Который?! — в один голос рявкнули мы на нее.

— Брат мой! Славка!

— У тебя их три штуки, и все Славы! — недовольно нахмурилась Анастасия.

— Вячеслав! — топнула Ярик ногой.

— Чтобы от армии откосить? — спросила Точка.

— Он спятил? — возмутилась Настя.

— Да рано же еще! — воскликнула я.

— Она говорит, что беременна от него! — едва не рыдала Ярик.

— Фига! — Настя.

— Ого! — Точка.

— Клевый финт ушами, — я. Мы разом сели на лавочку.

— Не ори на всю школу, — мрачно попросила Женька.

— Я знаю ее, — перешла на свистящий шепот Птица. — Это не может быть ребенок Славки. Она еще с одним гуляла. Он ее бросил. Вот она и решила через Славку отомстить. Тот ее любит сильно. Ну или делает вид, что любит. В общем, он, как порядочный, собрался на ней жениться. А это не его ребенок. Это точно!