Чтение онлайн

— Ну, пойдем, — сказал Ленька без особого энтузиазма. Наташка вырвала лист из тетрадки, принялась записку писать. Ленька и Коля застегнулись, замотали шарфы, рукавицы надели.

В комнату просунулся первоклассник. Волосы стояли у него торчком.

— Соколовы, вы зачем одетые? — медленно поводя глазами, спросил первоклассник. — Куда вы собрались?

— Давай проваливай! — набросилась на него Наташка.

— Я по делу, — первоклассник отпихнул Наташку двумя руками. — Ты, что ли, Чембарцев Коля? — спросил он. — Сведения есть. На гидропост вертолет посылали. Там одни собаки...

— А папа? — Коля побледнел.

— Соколовы, куда вы собрались? — спросил первоклассник. Он заглянул в записку и получил от Наташки подзатыльник.

— Куда собрались, туда и пойдем, — сказала Наташка и вытолкнула первоклассника в дверь. — Проваливай. Не вынюхивай.

— А ты, Соколова Наташа! — выкрикнул первоклассник. — Ты не пихайся.

— Давай, давай... — Наташка прижала дверь спиной.

— Раз собаки на гидропосту, значит, он на вездеходе уехал, — объяснил Коле Ленька. — Наверное, у него поломка. Где-нибудь загорает...

— Приказ по поселку Порт, — сказало радио суровым голосом капитана порта. — Третье предупреждение. С этой минуты поселок переходит на штормовое расписание. Никому из помещений не выходить. Лицам, занятым на круглосуточных вахтах, выходить только группами в связке. В случае возникновения аварийных ситуаций звонить и докладывать непосредственно мне.

Наташка медленно сползла по двери на пол.

— Пурга, — выдохнула она. — А мы и не слышали... Этот балбес. Сережка красноухий, он нас в кладовку запихал. А мы отвечай... — Глаза у Наташки стали большими и совсем темными. — А как же мама? — Наташка стала на четвереньки и поползла под кровать, подвывая: — Ой, что нам буде-ет...

Ленька подошел к столу, угрюмо скомкал записку и бросил ее на пол.

В дверь поскребся кто-то. Ленька и Коля мгновенно нырнули под Ленькину койку. Дверь отворилась тихонько. В щель просунулась голова первоклассника. Он оглядел комнату, сложил губы румяным бубликом, чуть слышно присвистнул и ретировался.

На улице застонало, загрохотало, — казалось, сгружали над темной землей тысячи тонн листового железа. Оно летело вниз и сталкивалось друг с другом, выло и грохотало и рвалось с чудовищным и нестерпимым скрежетом. Налетевший снежный заряд сделал воздух непроницаемым для уличных фонарей. Стекла загудели упруго и как бы прогнулись внутрь.

— М-мама в пургу попадет, — сказала Наташка, захлебываясь слезами.

— Она же полярница.

— Если полярница, пурга что, вокруг нее обежит? — пробормотал Ленька. — Конечно, мама пургу заранее услышит. Где-нибудь спрячется, пересидит...

— Ленька, пурга — очень страшно? — спросил Коля шепотом.

— Спрашиваешь! Стихийный ужас. От земли оторвет и шмякнет. И вдребезги.

— Почему вдребезги?

— Потому что ты уже ледяной будешь. Заскрипела дверь. Ребята затаили дыхание.

— Соколовы! — В комнату вошла Ниночка Вострецова. — Дикари, пожалуйста, молчите у директора про Сережку. Ему по дисциплине отметку снизят, а ему в военное училище поступать... — Войдя, Ниночка принялась поправлять перед зеркалом прическу. — Слышите, Соколовы? — Она повернулась и только тут заметила, что никого нет. — Наверное, в игровой комнате, в хоккей режутся. Вот безответственные микробы... — Ниночка хохотнула красивым голосом и вышла.

Коля прыснул в кулак, показал Леньке, как якобы Ниночка ресницы подводит и загибает. Даже пропел на якобы заграничном языке. Ленька тоже хихикнул. И вдруг Коля спросил:

— Ленька, а вдруг и его?

— Кого?

— Отца.

— Не городи. Тебе же сказали — он с вездеходом. Вездеход кругом закрытый, железный. Пурга ему нипочем. Пересидит... А может, он в избушке охотничьей схоронился. Он местность хорошо знает. — Услыхав сладкий и протяжный Наташкин вздох, Ленька сказал: — Уснула. Она, когда поревет, всегда засыпает. Натура такая... Я всю ночь книжку читал и то не сплю, а она тут же...

Спит Наташка, губами во сне причмокивает и улыбается. Видит Наташка во сне марсианских пионеров с круглыми ушами. Все они в красных галстуках. Главная марсианская пионерка, очень похожая на Наташку, речь говорит, только слов не слышно из-за прекрасной марсианской музыки. Ленька и Коля смотрят на кроватную сетку. Дверь снова скрипнула. Мальчишки прижались щека к щеке. Но в комнату никто не вошел.

— Слышь, а может, сегодня не вызовут? — спросил Коля. — Слышишь, чем так лежать, давай я тебя в шашки обыграю. — Коля вылез, тихонько прикрыл дверь, взял шашки и снова нырнул под кровать. Толкнул Леньку, а Ленька спит. Спит и во сне улыбается.

Видит Ленька теплое Черное море.

На берегу город высокий и вывеска, как на вокзале: "Одесса".

По пляжу бегут ребята, среди них Наташка и Коля. С ними пионервожатая — радистка Рая. Она покупает всем ребятам мороженое и говорит: "Угощайтесь. У нас в Одессе мороженого навалом — прямо из Арктики доставляют".

Коля потряс Леньку за плечо.

— Уснул, сморился. У них у обоих натура такая — спят... — Коля потренькал пружинами сетки, лягнул Леньку ногой, в надежде, что тот проснется. Вдруг у самого своего лица Коля увидел скомканную Ленькой записку. Коля развернул ее, разгладил. "Мы ушли на остров кино смотреть..." — прочитал он. И вдруг улыбнулся. Быстро вылез из-под кровати, положил записку на стол и так же быстро юркнул обратно. Коля смотрел над собой в сетку и, улыбаясь, посвистывал. Тихонько посвистывал и весело.

Один мой знакомый мальчик имел привычку свистеть, когда у него было хорошо и весело на душе. Он насвистывал, даже когда читал интересную книжку. Такой был свистун. Однажды учительница вызвала его читать стихи Пушкина о вещем Олеге. Прочитал этот мальчик строчку и от восторга свистнул. А в том месте, где "гробовая змея... выползала...", мальчик так рассвистался, что учительница была вынуждена открыть окно и сказать:

— Лети, милый, на волю, наша школа не для пернатых.

Улетел мальчик. Где-то сейчас летает?..

Коля еще раз глянул на записку. Сказал:

— Для юмора. Проснемся когда — похохочем... — Глаза его закрылись. Улыбаясь во сне, он потянулся, подтолкнул плечом шашки к трубе парового отопления. В полу возле трубы была дырка. Ее позабыли заделать, когда отопление ремонтировали.

Повариха Татьяна Гавриловна, распаренная от съестных паров, поставила на стол тесто. В тесто упала шашка. Уставшая к вечеру повариха подняла голову и закричала: