Чтение онлайн

— Как вам сказать, — призадумался старичок. — Казнят, это да. Но ведь не просто так. Перед казнью обычно зачитывают приговор. А там всякое бывает, за такое и казнить не грех.

— А если приговоры поддельные? — засомневалась я. — Неужели все вампиры такие плохие?

— Не знаю, — вздохнул старичок. — Я же тех вампиров не знаю. Я только вас знаю. А вас пока не казнят. Но на всякий случай опасайтесь показываться на глаза патрульным отрядам.

— Мы и опасаемся. Вот, ночью к вам пришли. Впрочем, великий вождь Грайц нам не враг на самом деле. Нам нужно только до него добраться.

— Зачем? — вытаращили глаза хозяева.

— У него в тюрьме наш друг. Нам надо вытащить его оттуда. Грайц не считает нас врагами, думаю, может помочь. Но вот как дойти до него через всех военных?

— Так это… — хозяева переглянулись, — он завтра будет на казни. На площади Торжества Закона. Как раз Грайц вчера вечером приехал, значит, завтра, то есть, сегодня, будет казнь. А он будет смотреть с балкона дворца. Он всегда смотрит.

— Отлично! Туда мы и отправимся.

— И что мы там будем делать? — возразила Вирджина. — В толпу нам нельзя: заклинание отвода глаз рухнет, нас растерзают сразу же, Грайц об этом и не узнает. Или предлагаешь замаскироваться и попрыгать в толпе, помахать ручкой Грайцу, в надежде, что он нас заметит?

— Мы замаскируемся под людей и встанем где-нибудь с краю. А потом во время казни пойдем потихоньку к балкону. Может, он нас увидит и велит пропустить. А если нет, будем думать дальше.

На этом и порешили. Учитывая, что уже почти рассвело, начали готовиться к вылазке. Длинные одежды, глубокие шляпы странников, заплечные мешки, скрывающие крылья. До площади дойдем под заклинанием отвода глаз, чтобы патрули на улицах не остановили. А на площади постараемся спрятаться в толпе.

Хольгерд и Миксаль сидели в камерах дворцовой тюрьмы уже несколько дней в ожидании казни. Они не видели друг друга: женские и мужские камеры находились в разных частях тюрьмы. Вместе с Хольгердом коротали дни еще несколько вампиров, по-видимому, последние в городе. Миксаль сидела одна, ей было очень страшно.

Они не сомневались, что их казнят: Миксаль на допросах призналась во всем, солгать магическому камню она не могла. Стражники нашли несколько трупов на заднем дворе ее домика, что и подтвердило слова девушки. Для нее допросы проходили как во сне, она ничего толком не понимала. Простые вопросы — простые ответы. Кто убил стражников? — Хольгерд. Кто убил человека? — Хольгерд. Почему скрывала вампира? — я его люблю.

То, что можно как-то оправдаться или переложить вину на нападавших, ей и в голову не приходило. А Хольгерда и вовсе не допрашивали: много чести вампиру. Слов девушки было достаточно, чтобы казнить их обоих. Ждали только приезда Грайца.

На следующий день после приезда нового короля заключенных вывели из тюрьмы и повели на площадь Торжества Закона. Там уже стоял эшафот, активно использовавшийся последнее время, и собралась толпа. Заключенных оставили внизу, вызывая их на эшафот по одному. Они стояли все вместе, держась за руки. Магическая цепь на шее делала побег невозможным.

Миксаль подвинулась к Хольгерду как можно ближе, он держал ее за руку, ощущая, как трясется от страха эта маленькая глупышка.

— Хольгерд, ты боишься? — прошептала она ему дрожащим голосом.

— Нет, — спокойно ответил он ей.

— Я думала, что не буду бояться, ты ведь будешь рядом до конца. Но я боюсь! Ведь там, после смерти, ничего не будет, да? Я не хочу умирать, так не хочу! — она заплакала.

— Послушай меня, девочка, — он взял ее лицо в свои руки. — Не бойся, все будет хорошо. Ты думай обо всем этом мире, который скоро станет твоим. О том, как ты взлетишь над всеми горестями и страданиями, увидишь все, что было скрыто от наших смертных глаз.

— Ты тоже будешь думать об этом? — ее огромные глаза смотрели на него с любовью и надеждой. — О чем ты будешь думать там на эшафоте?

— О том, что скоро я стану свободен, — с нежной улыбкой, от которой у Миксаль забилось сердце, ответил вампир. — И смогу бестелесным духом умчаться к своей любви. Я буду смотреть в ее синие глаза каждую секунду. И буду ждать ее по ту сторону жизни, — он поднял глаза к небу. Да, он почти не боялся, словно чувствуя, что все так и будет.

Миксаль вздохнула и отвела глаза.

— Я думала, что хотя бы после нашей смерти мы с тобой будем вместе… Как жаль. Тогда я буду думать о тебе, — она посмотрела на вампира неожиданно твердым взглядом. — Знаешь, говорят, что предсмертное желание самое сильное. Если меня вызовут первой, я буду думать о том, чтобы у тебя все было хорошо. Чтобы в последнюю минуту тебя спасли. Чтобы ты еще долго жил со своей Синеглазкой и вспоминал обо мне хоть иногда.

— Спасибо тебе, — обнял он девушку, — но лучше потрать желание на реальные вещи.

— Какие уж мне теперь реальные вещи, — всхлипнула она на его груди.

Заключенные шли на эшафот по одному, подставляя головы палачу. Один точный удар специальным Топором Возмездия, и глаза несчастных закрывались навсегда. Миксаль вызвали перед Хольгердом, и она улыбнулась любимому вампиру на прощание. Тот смотрел, как падает топор на ее нежную шейку. Все, бедной влюбленной девочки больше нет. Он следующий.

С эшафота открывался отличный вид на всю площадь, заполненную толпой. Утренняя тишина не омрачалась ни единым дуновением ветра. Небо переливалось всеми оттенками синего и красного, словно отражая кровавое действо на земле. Хольгерд слушал свой приговор. Это займет не больше нескольких секунд. За это время надо успеть пожелать счастья своей любви и запомнить этот великолепный рассвет.

Мы пришли на площадь вовремя. К эшафоту как раз подвели заключенных. Их было плохо видно из-за толпы. Но сам эшафот сильно возвышался над площадью, так что обзор был хорошим. Меня это не сильно интересовало: я смотрела на балкон дворца, где действительно стоял мой старый знакомый, великий вождь Грайц. Рядом с ним находилась девушка-вампирша, видимо, принцесса Аранта. Даже издалека было видно, что она красавица — высокая блондинка в богатом черном платье. Она смотрелась очень эффектно рядом с худощавым предводителем, который был чуть ли не на голову ее ниже. У меня чуть посветлело на душе: я была уверена, что Грайц нам поможет, когда увидит. Надо во время казни как-то пробраться ближе к балкону.

На эшафот начали выходить первые заключенные. Короткий приговор, взмах топора, рев толпы, тишина. Следующий. Я отвела глаза. Взглянула только, когда назвали имя девушки. Юная, тоненькая, с блестящими от слез глазами. Боги, ее-то за что? Приговор: пособница вампира-убийцы. Надо же. А так и не скажешь. Взмах топора.

Следующее имя заставило меня вздрогнуть, и я вцепилась в руку Эльтонта.

— Как это Хольгерд? — мы недоуменно переглянулись. — Это наш Хольгерд?

— Сказали из рода Бальрау, — губы Вирджины побелели, а Эльтонт замер, уставившись на эшафот, куда действительно поднимался наш друг.

Мое сердце заколотилось, мозг заработал с бешеной скоростью. Я понимала, что у нас осталось всего несколько секунд, пока читают приговор, но мы ничего не успеем сделать за такое время! Звать отсюда Грайца бесполезно — он не услышит. А если и услышит, Хольгерда успеют убить. Фунтик на таком расстоянии магический щит не поставит. Оставался один выход — лететь на эшафот! Причем, лететь одной, объяснять что-либо друзьям тоже нет времени.

Я скинула заплечный мешок, расправив крылья и начала неумело подниматься в воздух. Сейчас мне было плевать, умею я летать или нет. Раз есть крылья, я должна это сделать!