Чтение онлайн

— Счастливчик, — прокомментировала это событие Ясмин.

— Не знаю, — сдержанно ответила Джина. — Приятная наружность мальчика еще не повод, чтобы отдать его в чужие руки.

— Главное, что ребенок получит собственный дом. Нам не сомневаться, а радоваться надо.

— А темперамент? Джонни все еще боится громких звуков.

— Вы думаете, Стэндли замучают его барабанами?

— Нет, конечно, но они — пара молодая, современная, любящая шумные вечеринки…

— И состоятельная. Может, у нашего шефа есть возражения? — Ясмин взглянула на Майлза.

— Джонатану будет хорошо там, — заверил Майлз.

— И деньги тут ни при чем?

— Они, разумеется, имеют какое-то значение, — улыбнулся он.

Джина вспомнила письмо Бэб: «Тут есть бездетные, но детолюбивые Досоны. Джонатан словно создан для них — они еще молчаливее его. Предложи это „круглому столу“…».

Но и на следующем заседании Майлз выдвинул кандидатуру Стэндли. Джина тут же возразила:

— Подходят они или их шикарный дом и две машины?

— Шеф, я протестую, — возмутилась Ясмин.

— И я протестую, мисс Лейк. Вы должны знать, что на меня подобные вещи не действуют.

— На вас действует что-то или кто-то еще, — парировала Джина. — Вот вы и утверждаете, что Стэндли хороши для Джонни. — Майлз невольно насупился.

— Итак, мы выносим на суд правления Фонда кандидатуру Стэндли. Мисс Уинтер?

— Да, шеф.

— Мистер Молори?

— Не знаю, сэр, простите.

— Так да или нет?

— Это неплохой шанс для мальчика, и, поскольку других кандидатур нет…

— Еще как есть! — воскликнула Джина и зачитала письмо Барбары. — Видите, Джони нужно отдать не Стэндли, а …

— Мисс Лейк! С каких это пор вы принимаете здесь решения?

— Я уверена, что выпримите такое решение.

— Не думаю. Досоны могут быть превосходными людьми, но они живут далеко, а мы не можем отдать Джонатана за пределы страны. Там даже климат другой. Да мы ничего и не знаем о них… Стэндли подали заявку, они известны и предлагают мальчику неплохой шанс.

«Каково же влияние Ясмин на шефа?» — чуть ли не с ужасом подумала Джина. За всем стояла Ясмин…

Майлз объявил:

— Итак, согласовано — я посылаю докладную в контору. Мисс Уинтер?

— Разумеется.

— Мисс Лейк?

Молчание.

— Мистер Молори?

— Ну… да, сэр.

Они уже поднимались из-за стола заседаний, когда Ясмин отозвала Майлза в сторону. Тони неуверенно коснулся руки Джины:

— Сожалею, Джини. Мне хотелось бы поддержать тебя, но…

Она взглянула на когда-то любимого ею мужчину и прочитала в его глазах долгожданное согласие. И улыбки хватило бы, чтобы заставить Тони сделать то, к чему она стремилась. Легче легкого. Но… стоит ли?

— Спасибо.

Прежде чем Тони нашелся, что сказать, Джина ушла.

Контора послала своего представителя к Стэндли, а человек из службы по делам детей приехал в приют. Неделю спустя в приют явились сами Стэндли, чтобы забрать Джонатана. И Джонатан поехал с ними, как барашек. «На закланье», — прошептала Джина, но провожавший вместе с ней неразговорчивого парнишку Майлз расслышал.

— Вы глупенькая, упрямая, слепая дурочка, — заметил он.

— Благодарю! — поклонилась Джина.

На следующее утро пришла телеграмма от Бэб: «Ничего не предпринимайте, ждите письма». Письмо было коротким, но содержало причину отказа от усыновления: «Миссис Досон с удовольствием взяла бы Джонни, но внезапно сама ждет ребенка. Через семь-то лет! Я уже готовлю пеленки».

С тех пор Ясмин ходила с таким довольным видом, что один из старших мальчиков заметил: «Словно кошка, наевшаяся сметаны».

Джину одновременно и радовал, и огорчал счастливый вид Джонни по воскресеньям. Радовал, ибо для каждого, любящего детей, главное — удовольствие ребенка, и огорчал, ибо она, единственная, возражала против его усыновления.

Она понимала, что ей следовало бы извиниться перед Майлзом за свою неправоту. Но был ли прав Фаерлэнд, или за всем этим снова стояла Ясмин? Ясмин проиграла в случае с Шелтонами, а Джина — в случае с Джонатаном. На взгляд Джины получалось так: Майлз добивался, чего хотел, а Ясмин добивалась того, чего не желала Джина. «Почему бы и нет? — подумала она. — Я для него ничто… Но что он для меня?»

Мисс Уинтер начала приучать девочек к готовке. Им это не нравилось, пока она не передала их всецело миссис Деггинз — тут-то они начали получать удовольствие от учения, постигая искусство приготовления не только яиц всмятку и хлеба с маслом. Проходя мимо кухни, Джина услышала, как малютка Луиза спросила: «Сахар и специи… Дегги, мы делаем невесту?». Тут вступила Эстер, явно что-то смешивавшая: «Как это мешать, нежно?»

Губы Джины тронула улыбка, и, увидев ее, Майлз тоже улыбнулся.

— Приятно видеть солнечный свет вместо хмурого неба, мисс Лейк.

— Это все дети. — Она рассказала, что они делают невесту и как нежно нужно ее мешать.

— Так насколько нежно? — поинтересовался он.

— Не знаю, я этому не училась, — рассмеялась Джина.

— Советую пройти курс, ибо нежность — очень важный ингредиент любого блюда… Кстати об учебе. Физкультурник прислал мне экзаменационный лист. Юный Роупер очень постарался. Он не знал ни одного ответа, но горел желанием доказать, что знает все. В отчаянии Роупер написал: «Я могу сказать по буквам к-е-н-г-у-р-у».

Они оба смеялись, как ненормальные, когда мимо них с ледяным видом прошла Ясмин Уинтер, а Невил, увидев их, остановился и широко заулыбался.

— Помните, Джина, вы спрашивали, как скоро придет любовь? Невил, похоже, знает это теперь.

— Он начал воспринимать нас.

— Рискну предположить, что да. Думаю, он познал сладкий вкус любви. Мы, похоже, стали его счастливой семьей.

Приятно, однако, забыть о хандре, — думала тем вечером Джина, направляясь через апельсиновую плантацию к отцу. Она не посещала его уже целую неделю и объясняла это занятостью на работе. Но профессор был мудр и не стал упрекать ее. Сейчас у нее было приятное ощущение того, что она поговорила со своим победителем на равных, и потому шла с высоко поднятой головой.