Вкус победы
Шрифт:
– К-ку… куда ты пойдешь? – пробормотала она, внимательно изучая его лицо своими несчастными глазами.
Его взгляд потеплел. Почему она была так чертовски красива? Рука непроизвольно потянулась к ее лицу, желая коснуться щеки и смыть боль воспоминания об убийстве Берта…
Мэннерс выпрямился, вспомнив о своей задаче.
– К Шейку.
– А как же Берт? – всхлипнула она, и им овладело неожиданное, почти ненормальное желание снова заключить ее в свои объятия.
– Слишком поздно для Берта, – грубо ответил он, чтобы преодолеть те чувства, которые застигли его врасплох. – Этим людям нужен Шейк, и они не станут терять времени. Теперь поезжай, иначе я опоздаю.
Эллин сжала его руку.
– Позволь мне поехать с тобой! – умоляюще сказала она. – Я…
Непонятно почему, ему захотелось ее ударить.
– Мы теряем время! – взорвался Мэннерс. – Заходи!
Эллин потупила взгляд и снова тяжело сглотнула. С помощью Джошуа она забралась в кеб.
– Обратно в «Хантингтон», – сказал он извозчику, протягивая ему десятидолларовую золотую монету вместо положенных двух.
Извозчик резко тронулся, не дав Мэннерсу договорить. Джошуа смотрел на уезжающий экипаж и тяжело, но с облегчением, вздохнул.
До Пимлико была всего одна миля, и Мэннерс преодолел это расстояние пешком. Как он и ожидал, Ред расставил у ворот часовых, поэтому Мэннерсу пришлось обойти их с тыльной стороны и перелезть через десятифутовую ограду, предназначенную для защиты от таких, как он. Больно ударившись о землю, Джошуа решил, что времена, когда он мог перелезть легко через ограду, прошли. Убедившись, что у него нет внутренних повреждений, Мэннерс смиренно захромал в темноте к ряду стойл, в одном из которых находился знаменитый, но причиняющий столько беспокойств Шейк. В конюшнях было тихо. В конце каждого ряда горел фонарь. Мэннерс скользнул на другую сторону с ружьем наготове, ожидая самого худшего. У самого его уха вдруг раздался щелчок.
– Было бы лучше, если бы у вас была причина, чтобы красться к этой конюшне с ружьем наготове, мистер.
Мэннерс почувствовал облегчение. Это был охранник Шейка.
– Вы поверите мне, если я скажу, что именно так я и сделал? – сказал Джошуа, сбрасывая ружье перед собой в освещенный на земле круг.
– Нет, – признался тот человек, который был старше его. – Выходите на свет вслед за ружьем и становитесь. Руки вверх!
Мэннерс послушно поднял вверх руки, как ему было приказано. Секретная служба дала хорошую выучку.
– Достаточно. Не двигайтесь, если вы хотите себе добра.
Мэннерс стоял в центре освещенного круга, в который попадало и стойло Шейка. Вытянув шею, он смог разглядеть, что Шейк цел и невредим, мирно жевал корм и обмахивался своим массивным хвостом. Охранник, человек неопределенного вида, позвонил, и этот звук пронесся по территории как выстрел, нарушая холодную тишину. Видимо, он с явным недоверием относился к своему пленнику.
– Кто дежурит? – как у близкого друга, поинтересовался Мэннерс.
– Заткнись, – последовал любезный ответ.
После этого Джошуа закрыл рот и стал спокойно ждать. Через несколько минут появилось три сторожа Пимлико. Мэннерс с облегчением вздохнул, узнав одного из них – Дэна Харгана, своего давнего знакомого.
– Джош Мэннерс! – воскликнул высокий стройный Харган, появившись в конюшне. – На старости лет стал воровать лошадей?
Мэннерс печально усмехнулся, опуская занемевшие руки.
– Похоже на то, правда? – согласился он. – Но нет. Я… меня послала Эллин Кэмерон. У нее есть основания полагать, что кто-то сегодня попытается украсть Шейка.
– Поэтому она наняла меня, – проворчал личный охранник Шейка, наконец положив в кобуру свое оружие.
Харган нахмурился.
– Это уже интересно, – покачав головой, задумчиво сказал он. – В женской интуиции что-то есть. Оказалось, что где-то с десяти часов двое парней чего-то дожидаются у входа. Сказали, что ждут мисс Кэмерон.
– Они назвали себя? Они все еще там? – Мэннерс буквально ухватился за эту информацию.
– Да, они там. По крайней мере, были, когда мы уходили.
– Я видел двоих мужчин у входа, – сообщил ему Джошуа. – Давайте пройдемся до ворот. Я хочу взглянуть на них.
Оставив Шейка и его охранника с дополнительным караулом, Джошуа пошел с Дэном Харганом.
Подойдя к боковым воротам и оставаясь в тени, они получили преимущество. Двое мужчин, ожидавших с улицы, стояли в свете фонаря. Джошуа остался доволен, что одним из них оказался Райф Симмс. Мэннерс приостановил Дэна и обратился к нему шепотом, не отводя взгляда от Райфа:
– Ты когда-нибудь видел их до сегодняшнего вечера, Дэн? Особенно этого рыжеволосого?
Дэн неотрывно смотрел на них, покачивая головой, как будто хотел убедиться в достоверности своего ответа.
– Нет. Но это ни о чем не говорит. Я здесь бываю только по ночам. А ты его знаешь?
Мэннерс не ответил ему прямо. Он припоминал тот момент в Луизвилле, когда в последний раз видел этого рыжеволосого – тот подстригал ногти охотничьим ножом. В Луизвилле на нем был нарядный костюм, а женщина в белом таяла в его объятиях. Теперь этот же человек был одет в голубые джинсы, черную фетровую шляпу, а вокруг шеи, как у преступника, был повязан темно-зеленый платок, и рядом с ним не было любящей женщины, которую он предал.
Мэннерс прикусил губу. Он узнал своего бывшего подчиненного и пытался понять этого человека, у которого была возможность любить такую женщину и который теперь ее мучил. Если бы рядом с Джошуа не стоял Дэн Харган, то он получил бы огромное удовольствие, пустив в этого негодяя пулю.
– Да, я знаю его, – наконец сказал Мэннерс, не отводя глаз от Райфа. – Ты бы сослужил мне службу, если бы отдал мое ружье и позволил подойти к ним поближе. Мисс Кэмерон была бы очень признательна.
– Я сделаю еще лучше, – заверил его Дэн тоже шепотом. – Я прикрою тебя отсюда.
Джошуа оценил поддержку, хотя и подозревал, что она означала: Дэн сомневался в его словах. Положив в кобуру оружие, которое вернул ему Дэн, Мэннерс медленно пошел к воротам, больше не скрываясь.
Райф и его человек обернулись на звук приближающихся шагов. Мэннерс приблизительно догадывался, какой прием устроят ему эти люди, и знал, что это будет далеко не теплая встреча. Ему никогда не нравился Ред, и он знал, что это чувство было взаимным. Джошуа ледяным взглядом смотрел на рыжеволосого негодяя, который всматривался в темноту.