Чтение онлайн

В этом случае сводить Назарова и Иру — самая глупая затея в этом сраном мире. Учитывая, что её батя ведёт дело Григорьева…

— Может, ей лучше самой решить?

Элли обиженно поджимает губы. Ну, началось. Сейчас обиду как киданёт, что я не поддерживаю её идею. Будет дуться весь вечер.

— Да что она может решить? — возмущается девушка. — Нам обязательно нужно свести её с Костей, и ты мне в этом поможешь!

Ага, блять. Щас. Разбежалась. Хочешь, чтобы я собственноручно свёл преступника и дочку следака? Да это самоубийство.

— О, нет, ты меня не заставишь этим заниматься! — кривлюсь я. — Пусть сами разбираются. Вообще не думаю, что это хорошая идея: лезть в её жизнь. Если не хочет общаться с Назаром — её право.

— Ста-а-ас! — Элли строит умоляющие глазки. — Ну, котик… — надувает губки.

Нет, Скворецкий, не поддавайся! Только не в этой ситуации. Только не с Назаром и с Ирой. Ни. За. Что. Ни за что. Никогда. Я уж лучше буду плясать под дудку братца, чем вот это вот всё.

— Элли, — осторожно говорю я. Кладу ладонь на её спину, чтобы успокоить и вразумить, немного поглаживаю. — Нет. Оставь их в покое. Если Назару действительно нравится Ира, то ему уж точно помощь не понадобится.

Девушка скептично смотрит на меня, мол, как это кому-то не нужна её помощь?! Как такое вообще возможно?

А затем возвращается ко мне в объятия.

— Думаешь? — тихо бормочет она.

— Уверен. Так что забей.

Что же на самом деле задумал Костян? Нахрена он к Ире полез? Других проблем мало? Я ему устрою, пусть только на глаза попадётся. Идиот…

— Ладно, — вздыхает девушка. — Тогда расскажи, кто к тебе с утра приходил?

Мысленно покривившись, несколько секунд медлю. Нельзя, чтобы Элли узнала о моих проблемах в семье. Не хочу её расстраивать. Будет лишний раз переживать. А потом, я ей так и не сказал свою настоящую фамилию, так что она даже не в курсе, что я сын Скворецкого.

Я представился девичьей фамилией матери. Так что для Элли я не Стас Скворецкий, сын бизнесмена, а просто Стас Верховский. Без прошлого, но с ярким настоящим.

Мы никогда не говорим о семье, потому что я вечно соскакиваю с темы. Вообще не люблю трепаться о том, что у меня богатые предки, — это больная тема. Не хочу, чтобы во мне видели избалованного «золотого мальчика».

Моё имя, в отличие от брата, не на слуху. Тёма всегда появляется с отцом в свете на разных мероприятиях, ужинах, партнёрских встречах. Все в этом городе, да и, наверное, в стране знают, что мой брат должен унаследовать компанию отца.

Я же просто какой-то там младший ребёнок, о котором никто толком ничего не знает. Они в курсе, что я существую, но не более. Как собачка знаменитости, что сидит дома и лишний раз не высовывается. Какой интерес от бесполезного животного, если его даже с собой никуда не берут?

Поэтому мало кто в курсе, что именно я тот самый Стас Скворецкий, сын бизнесмена, богатенький мальчик, чьи карманы разрываются из-за денег.

— Да там на счёт электричества приходили, — вру. — У меня проводка барахлит в последнее время, вот и написал жалобу.

— А, — делает вид, что ей интересно. — Сделали?

— Ага, уже всё в порядке.

А точно всё в порядке?

Думать о проблемах совершенно не хочется. Да к чёрту всё это дерьмо. Могу я хоть один вечер спокойно провести со свей любимой?

И пусть этот момент длится до бесконечности, направляясь в бездну невозвратных чувств. Пока мы рядом — нам ничего не страшно. Пока наши пальцы переплетены, руки сцеплены в замок, губы обмениваются дыханием, теплом, пока…

— Я люблю тебя, — вырывается у меня.

Дерьмо, даже не подумал. Сорвалось так быстро, что даже я этого не ожидал.

Элли поднимает голову и смотрит прямо мне в глаза.

— И я тебя, котик…

Девушка приближается и осторожно целует в губы, шумно и судорожно выдыхая. А мне сносит крышу: чувства охватывают с головой, перекрывают доступ к кислороду, запрещают мыслям сталкиваться друг с другом в невероятном водовороте. Поцелуи, прикосновения, нежные, но крепкие объятия. И хочется большего, хочется обладать Элли полностью, подчинить не только её разум, но и тело. Стать с ней единым, мать его, целым.

Но я не могу, потому что обещал Элли, что не буду торопиться. У неё ещё никогда не было секса, она так невинна, как только что распустившийся цветок. И её мечта — впервые переспать с парнем на грёбанном выпускном. А до него ещё целый год.

Что ж, Стас. Любишь, значит можешь и подождать. Это того стоит…

И в детстве говорили: «Вырастешь — поймёшь»;

Я вырос, но я понял только то, что это ложь. (Rickey-F)

Andy Grammer — Honey, I'm Good

Ложь 16. Ира

— Бабуль, я сегодня рано вернусь, — громкого говорю я, проходя мимо открытой двери комнаты, в которой бабушка всё так же сидит в своём излюбленном кресле и смотрит телевизор.

В прочем, ничем другим она не занимается. Либо спит, либо уставится в телик, где по «России» крутят бесконечные мыльные сериалы, но мне это на руку. Пока бабуля пялится в ящик, можно не волноваться, что она выйдет из дома и потеряется на соседней улице. С памятью у неё в последнее время совсем туго — выйдет за порог квартиры и напрочь забудет, где живёт.

— Милая… — слышу её хриплый голос и выхожу из ванной с зубной щёткой во рту. — Михайловна сегодня придёт?

— Угу, — быстро чищу зубы, слегка морщась из-за чересчур мятной зубной пасты. — Чуть позже заглянет. Я ещё сегодня заскочу в аптеку, куплю лекарств. Они закончились. Не забудь! Из дома не ногой, я сама всё куплю.

— Конечно, Ирочка, — выглядывает из-за спинки кресла, чтобы взглянуть на меня. — Может, тебе завтрак приготовить, пока ты собираешься?

Ничего она не приготовит. Возьмёт тарелку и забудет, зачем вообще пришла на кухню, так что вкусностей от неё не дождёшься. Помню, были времена, когда бабуля целыми днями проводила у плиты: пекла пироги, готовила разные салаты, мясо, картошку.

А теперь всё приходится делать самой.

— Спасибо, бабуль, — улыбаюсь. — Я уже приготовила.

— Ну, ладно, — она, кажется, особо и не расстраивается.

Вид у неё уставший и смертельно одинокий, в прочем, как по мне, такой бывает у всех стариков, проживших долгую и насыщенную жизнь. Уж, не знаю, насколько насыщенной была судьба у бабушки, да и вряд ли она вообще хоть что-нибудь умудрится вспомнить. Теперь смысл её жизни — это сериалы.

Отец сегодня не приходит, и это первая хорошая новость за утро. Вторая — после смены мне заплатят за прошлую неделю, так что смогу позволить себе купить какую-нибудь безделушку. Хотя, стоп. Скоро первое сентября, так что мне нужны деньги на школьные принадлежности, да и потом надо начинать копить на выпускное платье.