Чтение онлайн

Лиля наклонилась к Жанне и прошептала ей на ухо: «Моя подруга не раз жаловалась, что жена ни во что не ставит ее сына, совсем с землей его сровняла, мол, не устраивает он ее, и все тут». Жанна в ответ прошептал: «Я не врач и, наверное, скажу спорную вещь. Никакой мужчина не сможет удовлетворить ту женщину, которая не способна сама с себя снять вожделение или внутреннее напряжение – как ни назови. Посоветуй подруге вызнать у сына этот тонкий момент их взаимоотношений с женой, и все сразу прояснится. Мне уже приходилось вникать в эту проблему с племянником мужа. Некоторые современные стервозные бабенки, вместо того чтобы помочь мужьям преодолеть робость, берут себе на вооружение эту убойную фразу, чтобы подчинять себе неуверенных мужей. Нет, я тоже не белая лилия, но не терплю, когда несправедливо унижают в принципе неплохих мужиков, когда лгут в угоду своим меркантильным интересам».

– Марго так и не нашла себе достойного, за которого захотела бы выйти замуж. Слишком требовательна была. «Ты не заигралась?» – спросила я ее однажды. А она объяснила мне причину словами австрийской писательницы Вики Баум: «Супружество требует самой изощренной неискренности, какая только возможна между двумя людьми». И добавила: «К неискренности нас принуждают мужчины. Они заставляют нас прятать истинные чувства и разыгрывать перед ними спектакли, а я не хочу превращать свою жизнь в театр даже при том, что с возрастом стала благоразумнее и сговорчивее. Я не нахожу в этом радости. Мое благоразумие распространяется только на сына, но никак не на посторонних мужчин. Они не стоят того, потому что в основной массе своей тупы, мелочны и злы. Меня колотит от их примитивности».

Ответ, достойный Марго. Она, как всегда, была категорична. Кира пыталась ей доказать, что ни богатство, ни талант не смогут дать человеку полного счастья, если его любовь останется без ответа, приводила неисчислимые примеры индивидуально неповторимых жизней женщин, говорящих о том, что счастье в семье возможно. Бесполезно. Марго оставалась при своем мнении и только отшучивалась: все мы ищем, с кем бы спеть на два голоса чарующую арию, но не всем дается прекрасный голос».

«Ни один мужчина, который настолько глуп, что приходит в восторг от жеманства и лицемерных восторгов о собственной персоне, не стоит того, чтобы за него бороться. А мой опыт показывает, что этому подвержены все мужчины, даже самые умные. Процесс внутренней цензуры, который в той или иной степени присутствует в других случаях, у них полностью отключается на момент восприятия комплиментов. На этот счет у них в мозгах нет рычажка-ограничителя. Иногда мне даже кажется, что мужчины по природе своей нелогичны. У них, похоже, на каждую ситуацию имеется своя, именно на тот момент удобная мужская логика.

– Двойные стандарты? – подсказала я.

– Может, я совсем не понимаю мужчин? Они представляются мне то дикими, глупыми и примитивными, то недосягаемо странными. Иногда умными. Раньше я считала, что по-настоящему сильный духом мужчина не нуждается в том, чтобы самоутверждаться за счет женщины, имевшей слабость его полюбить. Так нет же – ошибалась. Значит, дело тут не в силе духа, а, допустим, в отсутствии благородства, порядочности, доброты. Из того, что они обо мне говорят, правдой является, может быть, одна сотая. Многие мужчины даже и не пытались меня соблазнить, боясь моего презрительного отказа. Сплетничая, они хотели лишь того, чтобы другие поверили, что они со мной спали. Вымерли благородные мужчины, как мамонты. А я не желаю, чтобы об меня ноги вытирали, вот и живу лишенная искреннего мужского тепла, благоговейно созерцая единственно прекрасного мужчину – сына, хранимого Богом и данной мне великой материнской любовью.

Честное соревнование полов могло бы развивать лучшие качества обеих сторон, но наши мужчины не хотят честной борьбы, они для этого слишком ленивы и самолюбивы. Им культуры общения не хватает. Но я очень уважаю женщин, побеждающих в игре, правила которой навязали им мужчины».

Марго никогда не выбирала выражений, когда «поливала» мужчин. Перегибала, конечно, палку; в ней бурлила обида на неудачно сложившуюся судьбу. Не встретила она надежной мужской руки. Только на себя надеялась. «Падая, за землю держалась», как говорила когда-то киноактриса Нона Мордюкова. Вот говорят: «Твоя судьба – твой характер. Марго была красива, умна, обеспеченна, но слишком горда и прямолинейна – и вот тебе результат. Резка, и юмор у нее – кошки, играющей с мышью. А как-то сказала с грустью: «Как бы я хотела никогда не кончать многих тех университетов, через которые прошла…» – закончила свой рассказ Инна.

– А мне Марго рассказывала, что боятся ее мужчины за то, что она видит их насквозь, что у нее в голове давно сформировалась логическая программа, благодаря которой все люди и взаимоотношения между ними становятся прозрачными. Например, двое перебросились взглядами или просто отвели глаза – и ей до противного все ясно, все как на ладони, даже скучно. Они моргнуть не успевают, как оказываются в памяти ее «компьютера». А когда я недоверчиво улыбнулась, Марго раздраженно воскликнула: «Не нахожу ничего забавного. Это все равно, что ходить по улицам и видеть внутренности каждого прохожего», – поделилась Галя.

– Марго правильно сделала, что не вышла замуж за недостойного ее. Из двух зол для себя она выбрала наименьшее, потому что основательно, обстоятельно подходила к любому житейскому вопросу. Не подкопаешься. Как-то я спросила ее: «Почему ты не вышла замуж за того депутата? Мужчина, как говорится, все при всем». А она отшутилась: «Не желаю посвящать себя престарелому Дон Жуану. Мне ведь ему еще больше придется лгать. А я не хочу. К тому же меня вовсе не прельщает роль домработницы и сиделки при нем в ближайшем будущем», – с усмешкой сообщила Лера. – Я с ней согласна.

– И все же, хотя Марго не верила в счастливые браки, за внешним фасадом ее экстравагантных поступков всегда скрывалось желание найти мужчину, ради которого она могла бы совершать чудеса самоотверженности, лететь к нему на крыльях. Любая самая раскрепощенная женщина мечтает о нежных словах одного человека, а не о тысячах комплиментов сотен мужчин, потому что в генах каждой женщины хранится память о единственном, сильном духом, надежном мужчине. Мне так кажется, – сказала Жанна.

– Трудно найти умного мужчину, который не побоялся бы полюбить умную энергичную женщину, – вздохнула Эмма. – Марго нашла такого только в лице своего сына. Кира, как ты думаешь, она завидует замужним?

– Нет. Считает, что завидовать – значит признавать себя ниже других. К тому же женщина, воспитавшая прекрасного ребенка, не может чувствовать себя несчастливой. Внучка у нее растет прелестная, как две капли на нее похожа. Страстное, жертвенное утверждение себя в материнстве – это ли не счастье! Это ли не главная радость в жизни женщины. Марго сначала была сильной властной пантерой, потом стала нежнейшей, беззащитной в своей любви матерью. Обе противоположности прекрасно уживаются в ней, – ответила Кира.

– Вот бы увидеть умного, сексуального и любящего свою семью мужчину! – искренне пожелала Аня.

– Все в одном флаконе?.. Нереально, – засмеялась Инна. – Разве что…

– В музее? – пошутила Лиля.

– Хотела сказать правду, но промолчу.

– Для меня Марго – Медея, – задумчиво произнесла Лера.

– …Современная женщина хочет жить полной жизнью, а не только нянчить мужа и детей, – усмехнулась Инна. – Вот у тебя есть муж, а я тебе не завидую. Есть вещи, которые для одного человека являются нормой, а для другого – они совершенно неприемлемы, противопоказаны его внутреннему состоянию и настрою.

– …Несчастная и несчастливая, – разные вещи, – словно подтверждая какие-то свои мысли, тихо сказала Аня.

– Знаете, не всем мужчинам и не всегда от нас нужен только секс. Им тоже часто не хватает добрых слов. Мы, работающие женщины, не всегда находим силы и время на внимание к мужьям… – вздохнула Жанна.

Разговор потерял накал. Женщины опять зашуршали альбомами.

Инна наклонила голову к Жанне, явно собираясь ее во что-то посвятить. Обе углубились в перешептывания, и до Лены долетали лишь отдельные отрывки их «повествований»: