Чтение онлайн

«Кто-то за нами наблюдает», – подумал десятник, – «кто-то поджидает». Он пробирался сквозь заросли так же бесшумно, ни одна сухая ветка не треснула под его сапогом. В отличие от Змея, он прокрутил в голове уже не один вариант действий в случае схватки, обнаружения или враждебного поведения местных жителей. Сканируя взглядом заросли, Милонег, с луком наизготовку, ещё более замедлил своё продвижение вперёд и, правее своего направления движения, боковым зрением обнаружил наблюдателя. Взор, замаскированный листьями орешника, принадлежал крепкому, статному старику с седой бородой и длинными, с проседью, волосами. Он стоял среди ветвей, опершись на деревянный посох, в длинной рубахе неопределённого цвета, одетой поверх светлой льняной, подпоясанный кожаным ремнём, на котором висел довольно большой нож в ножнах и несколько небольших матерчатых мешочков. В серо-зелёных глазах ещё не потух блеск, взгляд доброжелательный и в то же время пронизывающий, как бы проникающий в мозг. Милонег ослабил натяжение тетивы, вернул стрелу в колчан и не спеша пошёл на сближение с волхвом. Подойдя, поклонился, с интересом рассматривая отшельника, пожелал здоровья на многие лета.

– И тебе здравствовать, – ответил волхв. – Что ищут здесь дружинные?

Десятник по глазам уже понял, что хитрить – смысла нет.

– Порубежье проверяем, за соседями присматриваем. Литвины не озоруют тут, старче?

– В последнее время тихо. Хотя…если долго всё тихо, то жди перемен.

– Значит, подозрительное всё же происходило?

– Только дурак ведёт себя подозрительно, перед внезапным нападением, – волхв еле заметно улыбнулся.

– Тоже верно, – улыбнулся в ответ Милонег, – они хоть и язычники, но люди близкие, по восприятию мира.

– А я и сам язычник, по твоему представлению, – глаза волхва чуть сузились, на лице появилась ироничная улыбка.

– Князь Владимир больше трёх веков назад христианство на Русь принёс, а посмотри: по малым городам, по деревням, народ всё равно соблюдает обычаи, обряды, веру исконную, от пращуров доставшуюся.

– Ну да, ни Масленицу, ни Купалу приказом не отменить, однако и веру в Христа – тоже.

– Христос, судя по всему, был великим Мастером, он не только знал суть вещей, но мог менять их свойства. Мудростью не был обделён, и пророческим даром, и целительским, но что сделали римские попы из его учения?

– Что?

– Они вывернули его слова наизнанку, трактуя их по своему разумению, и сделали из него идола. Чем их религия выше нашей?

– Говорят, что у нас идолов больше. Многобожие.

– Так у них тоже многобожие. Духов можно по-разному называть: и богами, и Элохимами или Архангелами… суть не меняется. Во всех религиях есть главный Бог, и есть его сподручные. Вот Христос говорил, что Бог есть Любовь, а почему тогда еврейский бог, Иегова, как они его зовут, и кровожадный, и гневливый, и к другим народам немилостивый? Выходит, что есть Бог-Отец, который далеко на небе, и есть ещё один, который на земле свои порядки устанавливает…

– Возможно, кто-то очень хитрый решил соединить учение Христа с ветхозаветным.

– Вооот, соображаешь. Довелось мне встречаться с разными христианами, и не только на нашей земле. Мало кто из них вник в суть учения. А ретивых много. Есть и сильно верящие, но понимающих – единицы.

– Так что же они не понимают?

– А то, что все люди – сыны Бога. Христос ведь так и сказал: «Дела, которые я творю, и вы сотворите, и большие сотворите». Человек – существо божественное, особенно когда оно знающее и любящее. Отец – это Бог Мысль. Человек потому и Сын его, что он тоже Мысль, но живущая в материальном теле, а потому ограниченная…временно. Все мы когда-то уйдём на небо, чтобы там жить вечно, богами.

В зарослях, сквозь которые проходила тропа, послышался низкий, утробный рык и вскоре собеседники увидели ретировавшегося Змея, с ножом в руке, он пятился, не отводя глаз от зарослей.

– Волчок мой, дом исправно стережёт, – с улыбкой молвил волхв.

– Матёрый, да уж, – разведчик сердито зыркнул в сторону хозяина зверя.

Милонег жестом показал напарнику, чтобы тот вернулся к лошадям.

– Как тебя зовут, старче?

– Любомир, – молвил волхв.

– Хочу поговорить с тобой о многом, но сейчас надо возвращаться к своим. Мы ещё увидимся, я в этом почти уверен. Напоследок скажи, почему не удаётся удержать любовь двоим, мужчине и женщине надолго? Год, два, три…и сходит она на нет. Что мешает?

– Два эго…соревнование между ними постепенно приносит всё больше обид. Вот представь каждого серебряным ковшом, стоящим над горящей свечой его любви. Пока свеча горит в полную силу, капли обид и недопониманий не накапливаются, испаряются от тепла, оставляя на дне лишь тёмный налёт. Но чем толще налёт, тем меньше нагревается ковш, капли уже не успевают испаряться, уровень обид и недовольства становится всё выше, пока не наполнит сосуд до краёв.

– И что тогда?

– Ковш переполнен, обиды переливаются через край и гасят свечу – любовь. Только очень мудрые души могут хранить любовь десятилетиями, а то и пожизненно. Знаешь, почему им это удаётся?

– Скажи.

– Они могут любить, не воспитывая, не осуждая, не переделывая под себя другого. Они не копят нагар. Пока живы, мы норовим научить близкого человека, соревнуемся с ним, раздражаемся. Только когда он покидает этот мир, понимаем всю ненужность этих потуг…

– Спасибо тебе, Любомир, умеешь ты доходчиво всё пояснить. Мир тебе, и до встречи!

– И тебе удачи, милок, – волхв с явной симпатией проводил взглядом нового знакомого.

Милонег быстро спустился под горку к ожидающему его Змею.

– Едем, ребята уху, наверное, уже сварили.

– Я бы сейчас целого ягнёнка съел, за раз, – Змей явно не страдал отсутствием аппетита, – а под медовуху и телёнка.

– Да я тоже, пожалуй, – улыбнулся десятник, – с утра ничего не ели сегодня.

Глава 5

Прояснение

«Проясняется кое-что». Влад постепенно возвращался к своему современному бытию. «Волхва, вон оказывается откуда, из каких веков я знаю. Любомир…интересно, есть ли у него сейчас телесное воплощение, или я общаюсь с существом, живущем в более высоком измерении? Чем глубже проникаешь в тайну, тем больше вопросов…»

Влад подошёл ближе к окну, развёл руки в стороны, ладонями вверх и, закрыв глаза, сделал глубокий вдох. Ощущая кожей солнечное тепло, представил, как вместе с воздухом втягивает в себя энергию светила. Тёплая волна прошла от макушки до копчика и, раздвоившись, стекла по ногам в ступни. Повторив ещё дважды этот свой ритуал, он почувствовал прилив сил и умиротворение.

«Надо понять, как происходит моё путешествие во времени. Итак, часть моей души – астральное и ментальное тела во время транса уносятся в параллельный мир, в мир, где время нелинейное. Это как архив всех событий, происходивших на планете, на Востоке его называли Хрониками Акаши. Там часть души ищет информацию о себе и притягивается к тем событиям, которые происходили в прошлых воплощениях».

Влад вспомнил разницу ощущений, различную степень вовлечённости в события.

«То я вижу происходящее со стороны, то, как аватар, присутствую в теле Милонега, вижу происходящее его глазами…Видимо, это зависит от внутренней сосредоточенности, а может от симпатии к конкретной линии поведения?»

Вспомнилось чувство монолитности с конём, когда неслись со Змеем в свой лагерь.

«Это чувство, пожалуй, посильнее того, которое возникает при управлении автомобилем, даже в экстремальной ситуации. Конь живой, со своей душой, со своими эмоциями, характером, это сближает, конечно же, сильнее, это приводит в восторг!»