Владеющий
Шрифт:
Молодой тёмно-гнедой Буян и без шпор чувствовал, когда надо выложиться полностью, догнать и перегнать соперников, а когда по приказу хозяина и лечь на бок, на землю, затаиться. Влад где-то на границе сознания и подсознания ощущал идентичность чувств к своим транспортным средствам и друзьям, одновременно, к тем, что были у него в разные века.
«Управляя конём, автомобилем или самолётом, в идеале ты должен стать виртуозом, сливаясь с ними в одно целое. Тогда тебя трудно будет победить. Тогда ты будешь ощущать себя на гребне волны жизни. Правда…не хватает для счастья ещё кое-чего -эйфории влюблённости, внутреннего света от любви к той своей единственной женщине. Тогда чувствуешь себя не одинокой половинкой, свободной, но ущербной, а чем-то очень цельным, да и весь окружающий мир становится таким же…»
Влад вдруг, неожиданно для себя, нырнул в своё подсознание, как в тёмную болотную воду. Не представляя, не пытаясь увидеть какие-то образы, картины, просто ожидая телепатического ответа на вопрос – «Что я несу из прошлого?»
Вынырнул также внезапно, уже с достаточно ясным пониманием – в прошлых жизнях была и любовь, и радость от жизни, и свершения, и испытания, но слишком рано настигала смерть. Слишком рано. Не доводилось дойти до уровня сознания того же волхва. Рождение, привыкание к этому миру, подготовка к служению, как вспышка – любовь, отдача долга…всё, свет погас, ожидание нового воплощения.
«Наверное – это моя первая жизнь, такая длинная, уже за пятьдесят.
В этот раз, хоть и приходилось рисковать, но были своевременные подсказки из подсознания – архива души, ангел-хранитель тоже не спал.» Сейчас Влад ощущал себя пилотом одного из боевых самолётов, возвращающихся в сильно поредевшем строю с опасного задания.
«Даже не верится, я всё ещё жив,» – на лице удивлённо-восторженная улыбка…
После пятидесяти энергия, полученная при рождении, уже не та, ресурс организма во многом растрачен, зато накоплен опыт, достигнуто понимание многих моментов материального существования, которые уже не завлекают, как в юности.
«Главное – появилось осознание того, кто я, зачем сюда пришёл и куда пойду далее. Удалось понять, в общих чертах, кем и как был сотворён этот мир, и в каких целях. Теперь можно никуда не торопиться, живи и получай от этого удовольствие, зная, что в любой момент можешь перейти в более совершенный мир. Я наконец-то достиг уровня волхва, правда, тот давно ушёл дальше.»
Глава 6
Дозорный отряд
Котёл с дымящейся ухой распространял невероятно притягательный запах. Спрыгнув с коней, Милонег со Змеем поспешили занять место в кругу дружинников, сидевших рядом с остывающим костром. Лузга – белобрысый, худой, но жилистый малый, как дежурный по лагерю, начал разливать всем похлёбку по мискам. В охранении стоял отобедавший уже Лось. Как самый оголодавший, он сам напросился на службу, лишь бы побыстрее насытиться. В свои 18 лет он был уже весьма плотного телосложения, при немалом росте и косой сажени в плечах – в рукопашной схватке всегда был как мощный таран, на острие атаки.
Сухари, разбухнув в похлёбке, придали еде ещё более привлекательный и объёмный вид. Десятник перекрестился, за ним и остальные. Разговор стих на несколько минут, слышен был лишь стук деревянных ложек. Милонег, закончив с ухой, приказал Лузге отрезать от общего продовольственного запаса – увесистого куска копчёно-вяленой оленины, по ломтю на каждого.
– Парни, половина пути пройдена, дорога домой всегда легче. Отдыхаем, отсыпаемся и завтра, как рассветёт, в обратный путь. Левша, в полночь сменишь Лося.
– Слушаюсь, Мил.
Полежав на травке после сытного ужина, Милонег расседлал своего Буяна и спустился с ним к реке.
«Текущая вода…на неё, как и на огонь, можно смотреть бесконечно, особенно в таком шикарном соседстве – с цветами, травами и камышом.»
Сбросив с себя доспехи, неширокие порты, сапоги, десятник в одной рубахе вошёл в воду по колено, и начал мыть своего коня. Буян, попив прозрачной водицы, благодарно кивал головой и поигрывал мышцами, в ответ на расчёсывание скребницей.
«Друг мой сердечный, не подводи меня и далее,» – взгляды их встретились, рука погладила конскую шею, – «ни стрела, ни копьё, ни меч нас не возьмёт.» Милонег уже давно пользовался ежедневным заговором-молитвой, по научению своего первого воинского наставника.
Через некоторое время подтянулись и Змей с Лешим, помыть своих лошадей. Леший – парень лесной, светло-русый, стройный, голубоглазый, один из лучших лучников в отряде, а как подражает голосам птиц! Часто и знатоку не отличить подделку. Лес для него – дом родной. В городе девки на него часто заглядываются: светлый, ладный красавчик на вороном коне. Его-то и назначил наставником Щену, шестнадцатилетнему новобранцу, рыжему, конопатому, круглолицему сыну Васи портного. На Загородском конце – на одной из посадских новгородских улиц, жил и трудился отец Милонега, ремесленник Владимир, также принадлежавший к этому цеху, и бывший приятелем рыжему Василию.
– Леший, помоешься, поднимайся в лагерь – состязание устроим, постреляем, развлечёмся, подопечного твоего проверим…
– Сейчас, я быстро, Мил.
Пока Милонег не спеша одевался-облачался, поднимался в горку, Левша успел прискакать в лагерь раньше.
– Щен, готовь свой лук, стрелы!
– Да я вот уже, готов!
Десятник подъехал к парочке, но обратился ко всем:
– Парни, проверим, не разучились ли вы из луков стрелять!
Достав из своей сумки серебряное кольцо и демонстрируя его над своей головой, продолжил:
– Кто с пятидесяти шагов попадёт внутрь кольца, тому оно и достанется. Первыми стреляют самые молодые.
Дружинники оживились, достали луки, стали подначивать друг друга, хохотать.
– Неплохой подарочек можно выиграть для своей девахи, – с ухмылкой обратился Леший к Щену. – Отпускай стрелу плавно, всё как учил, – уже вполголоса закончил он…
Десятник тем временем отрезал ножом небольшую веточку на берёзе, оставив пенёк с полвершка, на который и повесил колечко. Отсчитал полных пятьдесят шагов и воткнул в землю срезанную ветку, обозначив нужную дистанцию.
– Значит так, стреляем бронебойными (стрела с узким наконечником), чтобы кольцо не разворотить. По одному выстрелу. Первый – Щен, второй – Лузга, Лось третьим, смените его для выстрела. Дальше – Левша, Змей и Леший. Начали!
Щен натянул тетиву наполовину, прицелился, натянул ещё на четверть хода, рука, держащая лук, заходила из стороны в сторону…немного отпустив, замер и выпустил стрелу.
– Хорош…даже в ствол не попал, воин, – съехидничал Змей.
Лузга решил действовать быстро: натянув тетиву на три четверти хода, под углом к горизонту, плавно опустил лук до уровня мишени и выстрелил. Стрела вошла в ствол берёзы чуть ниже кольца, перекрыв его оперением, частично.
– Ни нашим, ни вашим, молодец! – Змей продолжал ёрничать, – иди, замени Лося.
Подошедший Лось натянул свой деревянный лук полностью, легко, без видимых усилий, прицелился, выстрелил жёстко – стрела рванулась вперёд и, с хорошо слышимым стуком, вошла в дерево чуть ли не на всю длину наконечника, но на вершок выше кольца.
– Да ты проткнёшь насквозь любого врага, хорошо бы ещё в нужном месте, – Змей с ухмылкой хлопнул Лося по плечу, – иди лучше карауль нас.
Левша, с непроницаемым выражением лица, как бы нехотя, натянул тетиву и почти не целясь, выстрелил. Стрела впилась в ствол правее колечка, примерно на таком же расстоянии, что у Лузги.