Чтение онлайн

АНАСТАСИЯ ЯРОСЛАВНА 50

(чуть охрипшим голосом, негромко)

Кто же я как не старшая сестрица, коли отец за руку меня к колыбели твоей подвел

да сказывает: Вот, Настёнушка, и подруженька тебе на свет божий народилась. Как назовем младшенькую?

Крупные слезы катятся по щекам Анастасии Ярославны 50.

Анастасия Ярославна 50

(навзрыд)

А матушка Ирина по голове меня гладит: Смотри, как сестрица ножками бьет и бровки хмурит, чистый викинг!

Елизавета Ярославна 48 подходит к Анастасии Ярославне 50, обнимает за плечи. Ободряюще-успокаивающе кивает. Протягивает платок и картину без упаковки.

Анастасия Ярославна 50 берет дорогой платок, вытирает слезы, шумно сморкается в него и с просветленной улыбкой машет платком, мол, сама рассказывай.

Елизавета Ярославна 48 по-военному разворачивается к Мономаху.

Мономах встает с лавки, где присел рядом с любимой теткой Анной Ярославной, чтобы от души похохотать над традиционной сценой определения старшинства. Мономах немного озадачен, встревожен, вытягивается в струну.

ЕЛИЗАВЕТА ЯРОСЛАВНА 48

(абсолютно спокойно, продолжает)

Привезли мы тебе, свет-Владимир, картину, маслом писаную. Гита – принцесса Английская на ней, дочь покойного короля Гарольда, почившего 7 лет тому в битве при Гастингсе, царствие ему небесное.

На лице Елизаветы Ярославны 48 возникает внезапное горькое переживание, но тут же приходит.

ЕЛИЗАВЕТА ЯРОСЛАВНА 48

(снова спокойно)

Девка ладная, крепкая, умом наделена да статью королевской.

Мономах с неподдельным интересом разглядывает портрет миловидной девушки в рыцарских доспехах.

Шлем снят и чудесное нахмуренное лицо девушки с мило оттопыренными ушками – единственное, что можно разглядеть из всего тела.

На шлеме пристроился крупный белый горностай с черным кончиком хвоста и черными глазами-бусинками, похожий на Забаву, но белый-белый.

Мономах

(медленно, задумчиво)

Понял, зачем пожаловали, тетушки мои любезные.

(с озарением)

Ответ таков мой будет – не помышляю о жене да детях малых!

(торжественно)

Клятву даю, час настанет – вы первые услышите да узнаете!

Тетки настороженно молчат.

Мономах

(набирая обороты)

Да я и не бывал в той земле аглицкой, и что за люди там живут мне неведомо.

Мономах продолжает разглядывать портрет, озорно подмигивает портрету.

Мономах

Принцесса Гита прекрасна.

Коли судьбинушка походом в Англию-страну забросит – обещаю, навещу принцессу английскую! Ромашки-то у них там, поди не растут? Вот и привезу охапку, чтоб не скучала, да на лепестках гадала!

Мономах хохочет.

В одном из проемов залы, ведущих в полукруглый коридор, появляются недоуменные лица молодых друзей Мономаха, которые ждут его из последних сил. Все готово к охоте.

Мономах

(весело и деловито)

А, покуда и так дел невпроворот!

Мономах легкой уверенной походкой направляется к друзьям. Анастасия Ярославна 50 встает на пути, бьет посохом по полу.

Анастасия Ярославна 50

(сурово)

Король Вильгельм Незаконнорожденный глаз на Гиту положил. Крепость, где принцесса хоронится уж долгие месяцы под неусыпным взором Вильгельмовым!

(приговор)

Али ярмо на девку, али голову сложит от меча Вильгельмова!

Мономах подмигивает друзьям.

Мономах

(нахально)

Про Вильгельма слыхал. Злой рубака… А принцессу ослобонить – дело правое да святое!

Мономах на секунду крепко сжимает ножны на поясе.

Мономах

(спокойно)

Коли просишь да велишь, тетушка, ослобоню.

Только достойных мужей в Чернигове и так хватает…

(пытается загнуть палец, ведя счет)

…князь Олег Святославич,

да…

В светлицу быстрым шагом шумно входит ВСЕВОЛОД ЯРОСЛАВИЧ, отец Мономаха. Всеволоду Ярославичу – сорок три года. Он в сопровождении двух богато и нарядно одетых византийцев.

Оба смуглые. Умные интеллигентные лица. Один ТОЛСТЫЙ и невысокий грек. Пыхтит от жары. Явно заискивает перед Всеволодом Ярославичем. Много говорит. Небольшая аккуратная борода. Второй – ВЫСОКИЙ и крепкого телосложения. Ведет себя с достоинством. Молчалив. Орлиный нос. Похож на грека, но скорее итальянец. Потусторонний одухотворенный взгляд наводит на мысли о принадлежности Высокого к Ватикану. Небольшая аккуратная борода.

Всеволод Ярославич размашисто, по ходу движения, прикладывает ладонь к груди одного из друзей Мономаха и мягко, но уверенно толкает его в грудь за себя. Друзья делают шаг назад. Перстни сверкают на пальцах Всеволода Ярославича. Няньки с детьми шумно разбегаются кто куда, еду по коридорам тут же перестают носить, в коридорах – внезапная мертвая тишина.

Всеволод Ярославич

(радостно, с порога, Мономаху)

Вот и невесту тебе нашли,

писаную красавицу, девку сурьезную, истую королевну византийскую! Чай помнишь деда свово Константина девятого Мономаха, императора византийского?

Всеволод Ярославич энергично крестится, глядя в оконный проем на золотые купола церкви.

Всеволод Ярославич

(тихо)

Царствие ему небесное, да прибудет господь с ним на небе.

(Мономаху, громко, торжественно)

Так вот и невестушка заморская из Византии!

Свадьбу в Киеве, пир горой! Да так чтоб звенела молва по Руси!

Всеволод Ярославич внезапно понимает, что что-то не так и не то. В руках у Мономаха – портрет Гиты. В руках у Всеволода Ярославича тоже чей-то портрет. Всеволод Ярославич растерянно хмыкает в усы и бороду и молча меняется портретами с Мономахом. Мономах смотрит на любимых тетушек и портрет загадочной принцессы Гиты с туманного Альбиона, затем на подозрительно нахмурившиеся брови отца, заискивающее лицо толстого византийца и портрет византийской принцессы с голым пупком.

Личико византийской принцессы закрыто легким платком, как паранджой. Из-под паранджи смотрят красивые внимательные живые глаза, угадывается жаркая зовущая улыбка чувственных губ.

Рядом с византийской принцессой родная сестра Мономаха Янка, которая в качестве подруги гостит у византийской принцессы. Янке восемнадцать лет. Очень похожа на Мономаха. Искренне, по-доброму улыбается. Одета скромно, в длинный сарафан, но с византийским орнаментом. У Янки толстая длинная коса ниже пояса, в которую вплетены яркие византийские ленты. Лицо Янки выражает мягкое смирение и высокий ум.