Чтение онлайн

– Это мелочи, - отмахнулась полосатая пони (называть сородичей лошадьми, после того, как выяснилась правда о мире, теперь кажется неправильным).
– Мой брат - гений, который поступает в школу, пока все остальные ещё только учатся правильно разговаривать! Знаешь, что это значит?

– И что же?
– решаю подыграть кобылке, в свои пять лет старающейся казаться взрослой и самостоятельной.

"А я думал, маги предыдущего мира много требуют от детей... Да они ещё мягко обходятся с потомками! Поступать в школу с уклоном в магическую специализацию в три года - вот это по настоящему сурово".

– Ты должен быть самым красивым в классе, - заявила Уно, продолжив расчёсывать мою гриву железным гребешком.

"Не вижу связи между причиной и следствием".

Решив не забивать себе голову вещами, слишком сложными для осмысления, возвращаюсь к чтению сказок. Почему я столь спокойно отношусь к тому, что меня фактически используют как игрушку? Скорее всего, дело в стайном инстинкте, заработанном во время жизни в шкуре волка. Щенятам тогда позволялось многое, пока они не переходили определённых рамок, а зебра-пегас мной воспринимается как младшая родственница, за которой нужен присмотр, несмотря на то, что биологически она старше моего нынешнего тела на целых четыре года.

Снова направляю каплю ментальной энергии в рог, прислушиваюсь к гудению пронизывающих его каналов и замечаю бледное белое свечение, вызванное притягивающейся из пространства магией. Мой природный концентратор ещё не окреп в достаточной степени, чтобы пропускать через себя более грубую силу, вроде жизненной составляющей или магии с ярким оттенком смерти, а потому приходиться ограничиваться самыми малостями.

В оглавлении книги, которую я прочитал уже на две трети, самым первым стоит название "Легенда о сотворении Эквуса", а сразу за ним идёт "Богиня солнца, тень луны и дух хаоса". Имена Селестии, Луны и Дискорда, вызвали цепочку воспоминаний о мультфильме, опираться на знания о котором глупо, а в моём случае ещё и бесполезно.

"Эквестрия? Не, не знаю. Я живу в Зебрике, которая занимает южный материк и является империей".

Кроме всего прочего, мне не известен нынешний год, да и об обстановке за пределами подземного комплекса жеребятам не рассказывают. По словам взрослых, всё, что нам нужно знать - это то, что императором является Цезарь.

"Мы словно отдельная колония где-то на другой планете: раз в пол года привозят продукты долгого хранения, лекарства и иные мелочи первой необходимости. Охранники заперты вместе с нами, что хорошего настроения им не добавляет, но дисциплина не позволяет распускать копыта и приставать к кобылам".

– Вы ещё не собрались?
– в комнату, полосатым чёрно-белым ураганом, ворвалась мама.
– Уно, у Доса от твоих причесываний скоро грива выпадать начнёт.

– Ну мам!
– обижено воскликнула зебра-пегаска, когда у неё отобрали гребешок.
– Может быть, это мой талант, а ты не даёшь мне его проявлять.

– Вот когда появится метка - тогда и поговорим, - безапелляционно произнесла старшая кобыла.
– Дос... может быть подождём ещё годик? Пойдёшь в школу с друзьями.

Запомнив страницу, копытами закрываю книгу, и, встав на ноги, внимательно смотрю в мордочку мамы. В глазах зебры отражается беспокойство, губы поджаты, уши слегка подёргиваются...

"А ещё она три ночи не спала, из-за чего стала легко раздражимой".

– Мне скучно, - говорю совершенно честно, хоть и не всю правду.

– Эх, - чёрно-белая пони уселась на пол и с грустной улыбкой погладила по голове сперва меня, а затем и Уно.
– Вы оба так быстро растёте.

***

Учебные аудитории находились в дальних концах семи "лучей" - коридоров, отходящих от центрального зала. С первого класса жеребят делили на факультеты друидизма, некромантии и шаманизма, а так же разводили по разным классам по расовому признаку (зебры-единороги - направо, зебры-пегасы - налево).

В каждом луче учился один курс, от первого до седьмого, а в возрасте десяти лет жеребят должны были забирать на поверхность, чтобы перевести в общую академию. Однако же, всё это пока что было лишь теорией, так как первые выпускники появятся только в следующем году.

В восьмом луче жили охранники, учителя, и располагались подсобные помещения. Что находилось в девятом луче неизвестно, так как взрослые при всех расспросах отделывались одним и тем же ответом: "Вырастешь и узнаешь".

"Наверняка, там выход на поверхность, а может быть и спуск ещё ниже".

Однако, в данный момент девятый коридор интересовал меня мало, так как мы с мамой шли по первому лучу, в конце которого меня ждал мой класс.

Для своего возраста я был достаточно крупным жеребёнком, но в сравнении с высокой зеброй напоминал пушистый полосатый шарик на коротеньких ножках. Серьёзный взгляд больших глаз, вместо того, чтобы создавать более взрослый образ, у всех встречных, разве что, за исключением охранников, вызывал умилённые улыбки.

– Учителю не груби, вопросами его не забрасывай, одноклассников не обижай, - уже, наверное, в десятый раз произносила напутственную речь чёрно-белая пони.

– Мам, там все будут старше меня на два года, - напоминаю взволнованной кобыле.
– Даже если захочу, физически не смогу никого обидеть.

– Я в тебя верю, - улыбнувшись, на ходу потрепала меня по гриве родительница.

Наконец-то путь закончился, и мы остановились перед тупиком, от которого справа и слева отходили короткие ответвления с тремя дверями в каждом.

– Факультет некромантии...
– Чёрно-белая пони осмотрела двери, на которых были закреплены таблички с неизвестными мне символами.
– Нам сюда.

Постучавшись и распахнув створку, мы вошли в длинный класс, где справа и слева стояли двухместные парты, а прямо напротив входа возвышался стол учителя, позади которого висела доска для рисования мелом. В помещении уже присутствовали жеребята и несколько матерей их сопровождающих, но с первых же секунд моим вниманием полностью завладел полосатый жеребец, занимающий место преподавателя.

"Я в шоке: нас будет учить лич".

Подняв морду от бумаг, немертвый маг посмотрел в сторону выхода стеклянными глазами, внутри которых клубилось зелёное пламя, а затем монотонным голосом произнёс:

– Первая парта слева, место с табуретом.

По видимому решив, что выполнил свой долг, лич вернулся к изучению документов, при этом звякнув золотой цепью надетой на шею. Зато, вместо немертвого, свои взгляды на нас устремили мои будущие одноклассники, от которых ощутимо повеяло любопытством, пока что без откровенной неприязни.