Владыка и его Ведьма
Шрифт:
Мысль о том, что ей придётся встретиться с ним снова, заставила её сердце пропустить удар.
"Почему он это делает? У него всё: красота, как у богов из древних мифов, власть, деньги, бессмертие. Что ему нужно от меня? Если он хочет унизить меня так, как делают отпрыски богатых семейств, я не промолчу. Но…"
Лира вздохнула. Она знала, что в Академии слова могли стоить дороже, чем она готова заплатить. Здесь всё решала сила – магическая или социальная. Одно неверное слово могло лишить её не только работы, но и остатков уважения.
Приведя себя в порядок, Лира направилась к главному залу. Её шаги эхом отражались от стен, словно Академия дразнила её, напоминая, что она здесь чужая.
"Я скажу, что он ошибся," – подумала она. "Скажу, что это была шутка. Или…"
Она не успела додумать, потому что массивные двери главного зала распахнулись, и её окутал холодный свет серебряных факелов.
Главный зал Академии "Мистерия" был воплощением величия. Огромные колонны из чёрного мрамора поднимались к высокому куполу, украшенному витражами, на которых изображались сцены древних битв между кланами. Свет серебряных факелов, пылающих магическим пламенем, освещал стены, на которых висели гербы великих родов. Лира почувствовала, как её шаги эхом раздаются по всему залу, словно она была единственной здесь живой душой.
Но она не была одна.
В центре зала, под самым большим витражом, изображающим вампира, держащего в руке горящее солнце, стоял Валкериус. Его фигура, окружённая полутенью, казалась вырезанной из мрамора. Он стоял неподвижно, но от него исходила такая мощь, что Лира едва сдержалась, чтобы не остановиться прямо у дверей.
– Ты всё-таки пришла, – произнёс он, не оборачиваясь.
Его голос, глубокий и ровный, словно проникал в её сознание, заставляя сердце биться чаще. Лира сглотнула, подходя ближе.
– Вы велели… – начала она, но её голос дрогнул. Она быстро собралась и добавила: – Вы велели меня найти.
Он медленно обернулся, его серые глаза пристально смотрели на неё.
– Скажи, Лира, – произнёс он, делая шаг вперёд. – Ты всегда носишь этот уродливый платок?
Его слова, хоть и не прозвучали грубо, обожгли её, словно плеть.
– Я… это необходимо, – ответила она, пытаясь не выдать своей обиды.
Он наклонил голову, словно изучая её.
– Твои волосы, – сказал он, его голос стал тише. – Ты понимаешь, как они выделяют тебя?
Лира почувствовала, как её пальцы непроизвольно сжались. Она стояла перед самым могущественным вампиром в мире, и он говорил о её волосах?
– Мой внешний вид не должен вас волновать, Ваше Величество, – осторожно произнесла она, стараясь, чтобы её голос звучал твёрдо.
Его губы тронула едва заметная усмешка.
– Ты удивляешь меня. Мало кто осмеливается говорить со мной таким тоном.
Он снова подошёл ближе, и Лира инстинктивно сделала шаг назад.
– Стой, – мягко сказал он, и она замерла, словно её ноги приросли к полу.
– Знаешь ли ты, кто ты, Лира? – спросил он, его взгляд стал пронзительным.
Она опустила глаза.
– Я всего лишь служанка, Ваше Величество, – произнесла Лира, стараясь, чтобы её голос звучал твёрдо, но всё же в нём зазвучала горечь.
– Служанка? Да. – переспросил он, и его тон внезапно стал ледяным. Его глаза, острые, как клинки, впились в неё. – Но, я думаю, кроме этого ты что-то еще гораздо больше.
Лира почувствовала, как её сердце замерло. Его слова звучали одновременно как обвинение и откровение. Она сжала руки в кулаки, пытаясь унять дрожь.
– Я не понимаю, о чём вы говорите, – ответила она, но в её голосе уже не было прежней уверенности.
Он сделал шаг ближе, и Лира инстинктивно отступила.
– Конечно, не понимаешь, – тихо произнёс он, но в его голосе слышалось что-то большее, чем раздражение. Он смотрел на неё так, словно видел нечто, скрытое даже от неё самой.
– С этого момента ты больше не будешь служанкой, – внезапно заявил он.
Лира моргнула, не веря своим ушам.
– Что?
– Я приказываю зачислить тебя в Академию "Мистерия". Завтра ты начнёшь обучение, – он говорил спокойно, словно это было что-то совершенно обыденное.
– Но… это невозможно, – возразила она, чувствуя, как её голос дрожит. – Я… Я не обладаю магическими способностями.
Его глаза сузились, и на миг в них блеснуло что-то опасное.
– Возможно, ты не знаешь, что в тебе есть, – сказал он. – Но я знаю одно: такие, как ты, не рождаются, чтобы мыть полы.
– Но почему? – прошептала она.
– Мне не нужно объяснять свои приказы, – холодно ответил он. – Завтра ты начнёшь учёбу, и лучше тебе доказать, что я не ошибся.
Он отвернулся, словно разговор был завершён, оставляя Лиру стоять посреди зала, в абсолютной растерянности.
По дороге домой Лира шла быстро, стиснув руки в карманах кофты, словно это могло защитить её от мыслей, которые вихрем крутились в голове. Она не смотрела по сторонам, не замечала ни шороха листьев под ногами, ни вечернего прохладного ветра, пытающегося сорвать её платок. Все её мысли были прикованы к событиям дня.
"Что могло пойти не так?" – этот вопрос мучил её. Она так долго старалась быть незаметной. Рыжие пряди, такие яркие, будто выхваченные из пламени, привлекали внимание, которого она не могла себе позволить. В этом мире их редкость делала их чем-то особенным, почти мифическим. Когда-то давно именно такие волосы часто встречались у древних ведьм, носивших в себе силу, которую боялись и поклонялись одновременно.
Она вспомнила, как впервые надела платок. Тогда это казалось ей чем-то вроде защиты, маски, которая позволяла ей оставаться одной из многих. Это работало. Её не замечали. Она была просто "платочной девчонкой", уборщицей, частью фона. Она научилась прятаться за работой, опускать глаза и оставаться в тени.
Но сегодня всё рухнуло. Один миг – и её волосы были обнажены. Она увидела выражение лиц свиты Анны, почувствовала, как их взгляды прожигали её насквозь. Анна смеялась, но даже в её голосе звучала зависть. Лира знала, что это ненадолго. Зависть всегда превращается в ненависть.
А потом был он. Валкериус.Его взгляд, спокойный, холодный, но какой-то… настойчивый. Он смотрел на неё так, будто знал что-то, чего не знала она сама. Его слова до сих пор звенели в её голове. "Найди меня в главном зале." Почему он проявил интерес? Что ему нужно?
И наконец, Аркан. Его хищная ухмылка, этот насмешливый голос. Лира почувствовала, как её щеки снова заливает жар, вспомнив его слова. "Ты выделяешься, даже если пытаешься это скрыть." Она сжала зубы. Почему все они решили заметить её именно сейчас? Она так старалась не привлекать внимания, так долго играла роль серой мыши.