Чтение онлайн

А касается меня то, что Её Бывшее Благородие тоненько намекнула мне о своих догадках на мой счёт. Дескать, у княжича только что голова была пробита, а после того, как я над ним посидел всё чудесным образом срослось.

Улыбалась, короче говоря, многозначительно. Игралась с полутонами и подстрочным смыслом.

— А вы точно анималист? — спрашивала.

И фамилию мою повторяла чуть ли не через слово. Чтобы лучше запомнить, что ли? Короче! Сказала обязательно навестить, если буду в Столице, и глубже мы друг другу в душу не лезли. Негласно сошлись на том, что у всех свои тайны.

Хотя, возможно, её тайны я узнаю раньше, чем она мои. Ведь всё прошло по плану, и душа графа сейчас находилась на переправе. Я навестил его лишь на пару минут. Как мог успокоил, сообщил что его сын жив и на всякий случай попросил ни за что не приближаться к грёбаным Весам. Лица своего при этом не открывал и пока что оставил под капюшоном. Вот он, должно быть, удивится…

Вот так. На большее у меня сегодня моральных сил не хватило, да и Голубицкому есть о чём подумать, так что диалог с графом мы продолжим после. И вообще! Не о нём сейчас речь, вернусь к хронологии событий.

Дальше была эвакуация.

Машину отволокли в кювет и бросили, тела погрузили на карету скорой и увезли. Напоследок Андрей Семёнович рассказал нам куда именно в городе доставить груз, дал свои контакты и на этом всё, расход.

Мы в данной ситуации люди маленькие, и большим людям не до нас.

— Спасибо.

Официантка поставила перед нами поднос с разномастными колбасами и жареной картошкой. Согласно меню, эта доска представляла собой блюдо на большую компанию, и даже с первого взгляда становилось понятно — втроём обожрёмся. Батяня взял вилку и принялся разламывать колбасы, чтобы перепробовать всё.

— А я думал, что вомбаты травоядные, — ляпнул Женёк просто чтобы что-то ляпнуть.

Батяня не оценил. Батяня резко воткнул вилку в деревянную столешницу, язвительно спросил:

— А что ещё ты думал? — и подскочил со стула с явным намерением бычить. — Что ещё ты знаешь об анатомии моего народа?

Ну… тут всё понятно. Безо всяких сомнений речь сейчас зашла о том, что вомбаты ввиду некоторых особенностей кишечника гадят аккуратными такими кубиками, — если на их грани нанести точки, то ими вполне можно сыграть в кости. И шуткуют люди об этом столь часто, что вомбатов оно уже задолбало.

— Ну же, Удальцов!? Скажи мне! Что ещё ты думал, а!?

А Удальцов в ответ лишь устало вздохнул. Затем зажмурился, прогоняя сон, наколол картофелину и принялся её меланхолично жевать. Уж кому-кому, а этому великану бояться нападения пушистого пуфика точно не приходилось. Да и меня вся эта сцена не сказать, чтобы как-то встревожила.

Это мы сейчас просто на нервах все. Замученные дорогой выбились из сил, ага. Взрыв ещё этот, и трупы, и новый город. Впечатлений у ребят масса, вот Батяня и пылит по всякой херне. И все всё прекрасно понимают.

— Извини, — сказал Батяня и бросил плюшевую задницу обратно на стул. — Я это самое…

— Да забей, — отмахнулся Удальцов, затем мельком глянул на часы и спросил: — У нас какие планы дальше?

— Ночуем и обратно, — ответил я.

— А мост!? — Батяня со всей дури приложил кулаком по столу. — А мост мы что, б***!? Не посмотрим что ли!? — снова поймал себя на беспричинной ярости и сбавил тон. — Кхм… простите. Я просто подумал, что раз уж мы в Рубежном, то надо бы достопримечательности осмотреть. А то ведь когда ещё придётся?

— Вообще логично, — кивнул я. — Женёк, ты как?

— Э-э-э, — пожал тот плечами.

— Батянь, давай по обстоятельствам, ладно? Если после колбасок кто-нибудь из нас найдёт в себе силы и желание прогуляться с тобой до моста, то обязательно.

— Забились, — кивнул вомбат, залпом добил пивную кружку и принялся вертеть головой в поисках официантки.

Так вот…

Мост, который так хотел посмотреть Батяня, на самом деле так себе сооружение с точки зрения эстетики. По сути, это кусок четырёхполосного шоссе на подпорках, что пересекает Нерку. Треснутый местами асфальт, расписанные гадостями железные листы вместо перил и типовые фонари формата железная балка с лампочкой.

Но место это действительно знаковое. Ведь что такое Рубежный?

Небольшой городок, — именно здесь мы сейчас и находимся, — крепость на берегу и мост к крепости на другом берегу. А построили всё это великолепие здесь именно потому, что это единственное известное человечеству место, где Нерку можно перейти вброд.

Причём человека-то обязательно снесёт течением, а вот орка…

Короче говоря, именно здесь проходит бывшая граница Российской Империи, за которой иномирье открывается с другой, более опасной своей стороны.

— Ах-ха-ха-ха! — раздался взрыв смеха у нас за спиной, за ним хлопок и в горку нашей картошки прилетела пробка от шампанского.

— Батяня, сидеть! — рявкнул я на упреждение.

Пробка прилетела случайно. Точно. Заранее траектория её полета была ведома лишь ей одной; никто нас не собирался ни унижать, ни обижать, ни подшучивать над нами. Просто господа гусары гулять изволят, а господ гусар в Рубежном трогать не моги.

— Извините, ребят! — крикнул кто-то из шумной компании, на что вомбат оглянулся и вполне дружелюбно махнул ребятам рукой.

Пронесло.

И да, вот он! Сорок первый гусарский полк Его Величества. Возможно, последние в этом мире люди, которые служат императору Российской Империи. А хотя… чёрт его знает на самом деле, как тут всё устроено. Два года прошло, и скорее всего они теперь сами себе государство.

Но государство крайне полезное!

А дело вот в чём: после Исхода генерал-командующий полка, — матёрый вояка старой закалки с простецкой фамилией Иванов, — оказался на таком же перепутье, как и все остальные. Господин наместник тянул его в свою сторону, Младшие Сыновья в свою, и каждый мечтал заслужить его лояльность. В конце концов! С полком обученных на практике солдат захватывать власть куда сподручней, чем без него.

И вроде бы поначалу генерал начал проявлять симпатию к Бахметьеву, но дальше произошло невообразимое и непредсказуемое. Беспрецедентное, блин, проявление воли.

Иванов не тая заявил, что вокруг него собрались одни ублюдки, и что принимать участие в этом цирке он не собирается. А затем одним днём увёл гусар из Столицы — сюда, в Рубежный, защищать человечество. И человечеству не осталось ничего другого, как быть благодарным, ведь угроза агрессивно-настроенных рас иного мира стояла всегда.