Чтение онлайн

– Мне показалось, ты звонил Ивану Ильичу, - она посмотрела ему прямо в глаза, и солгать он не решился.

– Ну, звонил. Что с того?

– Ты не разговаривал с ним целую вечность!

Еще одно замечание в ее духе. В духе всезнающей мамочки. К тому же, произнесла она эту фразу с едва скрытым упреком, и Трущенко взорвался:

– Какая разница, с кем и когда я разговаривал?! Сколько можно совать нос в мои дела?!

– Надеюсь, ты не собираешься ввязываться во все эти игры с террористами?
– все так же не повышая голоса спросила она.

Этого следовало ожидать. Естественно, она уже все знала. Как же иначе? Так было всегда. И так будет. Однажды он имел неосторожность завести любовницу. Они встречались два раза. На третий раз в кровати его ждала жена. "Мне кажется, любовница для человека твоего возраста - непозволительная роскошь", - сказала она, и больше они к этой теме не возвращались.

Трущенко вздохнул.

– Ко мне сейчас должны прийти люди. Пожалуйста, Даша, оставь меня.

– Я только хочу предупредить тебя: Дотов сейчас силен как никогда. И если у тебя вдруг что-то не получится, он уничтожит и тебя, и твой банк. И не тешь себя надеждой, что ты сможешь устоять: у него в руках власть, и он знает, как ею распорядиться.

Она все-таки испортила ему настроение, и когда пришли Зорин и Потапчук -управляющие его банком, Трущенко не был уверен, стоит ли даже начинать этот разговор.

Его заместители напоминали близнецов: розовощекие, пышнотелые, в безукоризненных костюмах от известных модельеров, с неизменными сотовыми телефонами в руках. По их сияющим физиономиям Трущенко понял, что им уже все известно. Не нужно было быть провидцем, чтобы прочесть их мысли. Если удастся обосноваться в мэрии, весь банковский сектор они поспешат подчинить себе. Для тех, кто знает, как это сделать - не такая уж и неразрешимая задача. Главное здесь в первое время не высовываться, чтобы не нарваться на пулю снайпера. А так риск того стоит. За пару лет вполне можно обеспечить себе спокойную старость. Но и на большее, правда, рассчитывать глупо.

– Андрей Дмитриевич!
– с порога закричал Зорин и бросился пожимать ему руку. Для Трущенко это всегда было испытанием. Стараясь не выказывать брезгливости, он ответил на вялое рукопожатие и махнул своим заместителям на кресла.

– Присаживайтесь. Что будете пить?
– с его стороны это было своего рода местью. Оба заместителя проповедовали здоровый образ жизни и по утрам в окружении телохранителей бегали на зарядку. Все с теми же сотовыми телефонами в руках.

– Спасибо, Андрей Дмитриевич, ничего, - ответил Зорин. Улыбка на его лице несколько поблекла.

Трущенко окинул его хмурым взглядом и в очередной раз наполнил свою рюмку.

– В таком случае, я один.

Зорин и Потапчук переглянулись.

– Возможно, Андрей Дмитриевич, вы еще не знаете...
– начал Зорин, но Трущенко его оборвал.

– Знаю, - сказал он.
– Но устраивать по этому поводу всенародные гуляния не рекомендую. Прежде нужно реально оценить наши шансы. И вообще, есть ли они.

– Конечно, есть, Андрей Дмитриевич!

– Не перебивай! Я хочу, чтобы вы подготовили мне аналитическую справку. В процентах и рублях. Во сколько это нам обойдется и каковы шансы на успех. Если вопросов больше нет - можете быть свободны.

Зорин и Потапчук снова переглянулись.

– Андрей Дмитриевич...

Трущенко приподнялся и включил камин на полную мощность.

– Ноги в последнее время стали мерзнуть. Думаю, не сменить ли мне климатический пояс и не перебраться куда-нибудь на юг?

– Думаю, прежде всего вам нужно сменить кабинет, - осторожно заметил Потапчук.

Трущенко усмехнулся. Льстецов он не любил, но тех, кто умел это делать, неизменно приближал к себе.

– То, что мэр решил шум вокруг террористов не поднимать - нам на руку. Будет время выяснить, что это за люди, чего они хотят.

– По моим данным никаких требований террористы пока не выдвигали, но всю базу уже залили кровью.

– Да?
– Трущенко нахмурился.
– В таком случае, небольшой шум в прессе по этому поводу не помешает.

– Но ни одна газета без санкции мэра подобный материал не опубликует! возразил Зорин.

– Ну, разумеется. А как же иначе? Вот пусть кто-нибудь и обратится к нему за санкцией! А мы подождем, что он ответит.

ГЛАВА 6. Суббота, 11 октября - 5 часов утра.

Он снова промахнулся. Прежде такого с ним никогда не случалось. Он и в группу-то попал во многом благодаря тому, что никогда не промахивался. Тот, в кого он стрелял, мгновенно отшатнулся от окна и впечатление было такое, словно пуля все-таки достигла цели. Но Профессор знал, что это не так. Он всегда безошибочно угадывал, насколько удачным был выстрел. В последний момент у него дрогнула рука, и пуля ушла чуть в сторону. Он не видел оставленного ею следа, но мог бы поклясться, что несколькими сантиметрами выше окна появилась внушительная дыра. Должна появиться.

– Отличный выстрел, Проф!
– кто-то хлопнул его по плечу. Он даже не видел кто: Режиссер или Продюсер. Скорее всего, Продюсер, поскольку Режиссеру было не до того, а Охотник лежал впереди него.

Позиция была просто идеальной для выстрела. Он отчетливо видел голову жертвы. Как он мог промахнуться? Как?

Но если он все-таки попал? Ведь Продюсер, кажется, нисколько в этом не сомневается. Конечно, рассмотреть что-либо в серой предрассветной мгле практически невозможно, но...

В этом легко убедиться. Достаточно только встать и подойти к блоку.

По очкам, оставляя размывы, текла вода. Профессор с трудом подавил желание сорвать очки и швырнуть их в грязь. Что от этого изменится? Он просто станет слеп и беспомощен. Как тогда, в горах.

Не стоило ввязываться во все это. Это не его жизнь.

Разумеется, главной причиной того, почему он присоединился к группе, были деньги. Два миллиона долларов. Достаточно большая сумма, чтобы ввязаться и не в такую авантюру. А в том, что это авантюра, лично у него никаких сомнений не было. Как бы Консультант это ни называл. До сегодняшнего дня никого из этих людей Профессор не видел. Знал только, что в операции принимает участие двенадцать человек, а также их клички. Совершенно идиотские клички, если хотите знать его мнение.

– Ладно, парни, пора возвращаться, - Продюсер перекинул автомат через плечо и встал в полный рост. Профессор едва не закричал, чтобы он не делал этого, но ничего не произошло. Ни малейшего движения со стороны блока, ни тем более выстрела.

А может, все дело в его мнительности? Он промахнулся один раз и ждал, что промахнется второй?

– Надо бы взглянуть, как он там, - осторожно заметил Охотник. Он даже не повернул голову, а, растянувшись на мокрой траве, внимательно всматривался в темноту.

– На что смотреть? Ты слышал, что сказал Консультант? Проф просто не способен промахнуться! Так что не будем терять зря времени!

Профессор поднялся последним. Он никак не мог принять решения. Признаться в том, что не уверен, насколько удачным был выстрел? После того, что он только что услышал? И тем самым подставить Консультанта? Но если тот, в кого он стрелял, все-таки остался жив, что тогда?

– В чем дело, Проф?
– окликнул его Продюсер.

– Ничего, все нормально, - Профессор не узнал собственного голоса. Он так и не отважился взглянуть правде в глаза. Господи! Неужели он всю жизнь так и останется трусом?