Чтение онлайн

Постарайся представить: ты сидишь в своей комнате в полной темноте. Что такое темнота – противоположность света или просто отсутствие света? Если она противоположна свету, тогда она должна обладать собственным существованием. Обладает ли тьма собственным существованием? Реальна она сама по себе, или это просто отсутствие света? Если она обладает собственной реальностью, то, когда ты зажжешь свечу, она должна сопротивляться. Она должна попытаться вытеснить свечу из комнаты. Она должна бороться за свое существование, сопротивляться. Но она не оказывает никакого сопротивления. Она никогда не борется, она не может одолеть даже маленькую свечу. Тьма так обширна, а свеча совсем маленькая, но тьма не может победить свечу. Тьма, может быть, царствовала в этом доме столетиями, но ты приносишь маленькую свечу, и тьма не может сказать: «Я обитаю здесь уже сотни лет, тебе придется побороться со мной». Нет, она просто исчезает.

Тьма не обладает положительной реальностью. Это всего лишь отсутствие света, поэтому, когда вы зажигаете свет, она исчезает, когда вы гасите свет, она появляется. В сущности, она никогда не уходит и не приходит – это невозможно. Тьма не что иное, как отсутствие света: когда свет присутствует, ее нет, когда свет отсутствует, она есть. Это просто отсутствие.

Медитация – это внутренний свет. У нее нет противоположности, может быть только ее отсутствие.

Вся жизнь, которой вы живете, – мирская жизнь, жизнь на уровне власти, престижа, эго, амбиций, жадности, – это отсутствие медитации. Все это и есть политика.

«Политика» – очень емкое слово. Оно подразумевает под собой не только так называемых политиков, но и обычных мирских людей, потому что каждый, у кого есть амбиции, – это политик, и каждый, кто стремится чего-то достичь, тоже политик. Там, где есть соперничество, есть политика. Тридцать учеников, которые учатся в одном классе и называют себя товарищами по классу, – это «классовые враги», потому что они все соперничают друг с другом, они не товарищи. Каждый из них старается обогнать других. Каждый старается получить золотую медаль, стать лучшим. Ими движут амбиции, они уже политики. Везде, где есть соперничество и борьба, есть и политика. Так что вся обычная мирская жизнь политизирована.

Медитация подобна свету. Когда вы погружаетесь в медитацию, политика исчезает. Поэтому нельзя быть медитативным человеком и политиком одновременно, это невозможно. Ты хочешь невозможного. Медитация – это не одна сторона полярности, а отсутствие всех конфликтов, всех амбиций, всякого самоутверждения.

Я вам расскажу одну известную суфийскую притчу.

Один суфий говорит своему ученику:

– Человеческую натуру невозможно понять, пока не осознаешь связи между жадностью, услужливостью и невозможностью.

– Я не могу найти ответа на эту загадку, – отвечает ученик.

– Никогда не ищи ответа умом, если можно получить его путем непосредственного опыта, – говорит суфий.

И он ведет ученика в ближайший магазин одежды.

– Покажите мне самую лучшую мантию, какая у вас есть, – говорит суфий хозяину магазина. – Я сегодня намерен потратить много денег.

Ему приносят прекраснейшую мантию и называют очень высокую цену.

– Это почти то, чего я хочу, – говорит суфий, – только я бы еще хотел, чтобы по воротничку шли стразы и кое-где была меховая отделка.

– Нет проблем, – говорит продавец одежды. – Как раз такая мантия есть в мастерской моего магазина.

Он уходит и через несколько минут возвращается с той же самой мантией, к которой он пришил мех и стразы.

– А эта сколько стоит? – спрашивает суфий.

– В двадцать раз дороже первой, – отвечает хозяин магазина.

– Превосходно, – говорит суфий. – Я беру обе.

Но сделать это невозможно, потому что это одна и та же мантия! Суфий показал, что жадность изначально заключает в себе невозможность – жадности присуще качество невозможности.

Не будь слишком жадным. А это величайшая жадность – желать одновременно быть политиком и человеком, погруженным в медитацию. Это величайшая жадность, какая только возможна. Ты хочешь быть амбициозным и ненапряженным, ты хочешь бороться, проявлять агрессию, жадность и в то же время быть спокойным и расслабленным. Если бы такое было возможно, тогда не нужна была бы саньяса, не нужна была бы медитация.

То и другое одновременно невозможно. Как только ты начинаешь медитировать, политика начинает исчезать. И вместе с ней начинают исчезать все ее проявления: напряженное состояние, беспокойство, тревога, душевная боль, насилие, жадность – все это исчезает. Все это побочные продукты политизированного ума.

Тебе придется решить: либо ты будешь политиком, либо ты будешь медитировать. Ты не можешь делать то и другое одновременно, потому что, когда приходит медитация, тьма исчезает. Этот мир, ваш мир – всего лишь отсутствие медитации. И когда появляется медитация, этот мир просто исчезает, подобно тьме.

Вот почему все те, кто познали, все время говорят, что этот мир иллюзорен, нереален. Иллюзорен как тьма: она кажется реальной, когда темно, но стоит появиться свету, и ты видишь, что она не была реальной – она нереальна. Взгляни на тьму – какой реальной она кажется: она окружает тебя со всех сторон. И не только окружает – ты испытываешь страх. Нереальное вызывает страх. Оно может убить тебя, в то время как оно даже не существует! Но зажги свет. Пусть кто-нибудь встанет у двери и посмотрит: увидит он, как тьма выходит наружу или нет? Никто никогда не видел, чтобы тьма выходила, и никто никогда не видел, чтобы тьма входила. Нам кажется, что она существует, но это не так. Так называемый мир желаний и амбиций, мир политики только кажется реальным – в действительности его нет. Стоит вам начать медитировать, и вы начнете смеяться над всей этой чепухой, над всем этим кошмаром, который просто исчезнет.

Только, пожалуйста, не пытайся делать невозможное. Если попытаешься, это приведет к внутреннему конфликту, произойдет расщепление личности. «Могу я выбрать политику и медитацию одновременно? Могу я одновременно пытаться изменить мир и изменить себя?» Нет, это невозможно. На самом деле ты и есть мир. Меняя себя, ты меняешь мир – и другого способа не существует. Если ты начнешь менять других, ты не сможешь изменить себя, а тот, кто не может изменить себя, не может изменить и никого другого. Он только продолжает думать, что выполняет великую работу – как думают все ваши политики.

Ваши так называемые революционеры – это больные люди, напряженные, сумасшедшие. Они безумны, и их безумие таково, что, если они будут предоставлены самим себе, они необратимо сойдут с ума, поэтому им нужно трансформировать свое безумие в какую-то деятельность. Они либо начинают изменять общество, реформировать общество, делать то и это… изменять весь мир… Помрачение рассудка не позволяет им видеть, как это глупо: они еще не изменили себя – как же они могут изменить кого-то другого?

Начните с того, что ближе. Сначала измените себя, сначала привнесите свет внутрь себя, и тогда вы сможете… На самом деле неправильно было бы сказать, что тогда вы сможете изменить других. В действительности, когда вы изменяете себя, вы становитесь источником бесконечной энергии, и эта энергия сама по себе начинает менять других. Не то чтобы вам пришлось стараться изо всех сил, прикладывать героические усилия, чтобы изменить других, – ничего подобного. Вы просто остаетесь в себе, но сама энергия, ее чистота, ее невинность, ее аромат постоянно распространяется вокруг вас во все стороны. Она достигает всех уголков мира. И без каких-либо усилий с вашей стороны начинает совершаться непроизвольная революция. Революция прекрасна, когда она непроизвольна. Когда она произвольна, она насильственна – вы навязываете другим свои идеи.