Чтение онлайн

Одной из отличительных особенностей приматов стали развитые пальцы конечностей, которыми они хватались за ветки деревьев, благодаря чему ловко перемещались в лесных чащах от дерева к дереву, скрывались от хищников или врагов, срывали, очищали и поедали плоды, отыскивали насекомых в своей шерсти. У некоторых видов древних приматов развитие мозга и строения тела, - через эволюционное накопление изменений и революционное преобразование количественных изменений в новое качество, - пошло по пути наилучшего использования данного преимущества для совершенствования системной устойчивости их организмов. Такие виды и породили человекообразных обезьян, которые выделились из высших приматов, обезьян Старого Света, и распространились отдельными семьями в тёплом климате Африки, южных Европы и Азии.

Виды человекообразных обезьян, которые оказались непосредственными предками гоминид, без необходимости редко спускались с деревьев на землю. Но когда они спускались, благодаря высокой степени развития пальцев и рук могли хватать на земле отдельные палки или камни, как делали это на деревьях с плодами, и кидаться, стучать ими для защиты или нападения, для получения дополнительного питания. Несколько миллионов лет назад в северо-восточной Африке, на землях нынешней Эфиопии происходило серьёзное изменение геологической поверхности и климата, и оно вело к вытеснению лесов саваннами. Живший в местных лесах вид человекообразных обезьян должен был погибнуть; но отдельные его потомки, вследствие отбора признаков, которые оказывались полезными для существования в меняющейся среде обитания, приспособились и выжили, породили новые виды, а именно виды прямоходящих человекообезьян. Во-первых, благодаря тому, что у них усовершенствовалась способность с помощью пальцев рук и кисти использовать камни и палки для защиты от хищников и выкорчевывания питательных кореньев травы и кустарников, и всё больше времени проводить не на деревьях, а на земле. Как следствие, они вынуждались всё чаще и дольше ходить на задних лапах и, наконец, стали прямоходящими. А во-вторых, потому, что у них выработалось и закрепилось стайное поведение нескольких близкородственных семей, то есть совершенствовалась третья, близкородственная наследственная память. В конечном итоге, на определённой ступени эволюционных, постепенных накоплений изменений, прямо связанных с использованием камней и палок, в мозгу отдельных человекообезьян в течение жизни нескольких поколений совершилось революционное, скачкообразное изменение, которое преобразовало их в совершенно новую ветвь животного мира, в гоминид.

Чем же это было вызвано?

На земле лучшие шансы выжить были у тех приспосабливающихся ходить на ногах и использовать камни и палки человекообезьян, чей организм перестраивался на новый, саванный рацион питания. Сначала в рацион человекообезьян кроме кореньев и злаков, главных источников углеводов, вошли находимые в высокой траве объедки плотоядных хищников, и эти объедки стали для них основным источником белков и животных жиров. Затем человекообезьяны научились самостоятельно охотиться, убивать и поедать мелких животных, речных моллюсков, тем самым увеличивать потребление белков и жиров, что влияло на развитие их организмов. Они превращались в постоянно прямоходящих животных, одновременно растительноядных и хищников, из которых и выделились первые гоминиды - австралопитековые. Рацион австралопитековых уже полностью зависел от способностей пользоваться камнями и палками, превращать их в средство для охоты и собирательства, а так же от способностей научаться семейной и близкородственной охоте и в процессе воспитания детёнышей передавать накопленные навыки следующим поколениям. Для обозначения разных видов камней и палок, для обмена сигналами во время охоты или при обнаружении опасности, для обучения детёнышей появлялись новые звуки и звукосочетания, в том числе подражающие другим животным и птицам. Поэтому кроме совершенствования прямохождения, у австралопитековых увеличивалась подвижность рук, гибкость кисти и развивались зубы для усвоения новой пищи, гортань для издания расширяющегося набора звуковых сигналов. Развитие мозга австралопитековых, как ядра власти правления и управления их организмами, существенно ускорилось, сам мозг непрерывно усложнялся.

В отличие от только плотоядных хищников австралопитековые продолжали питаться растительной пищей, разнообразить потребление такой пищи, и у них сложилась и закрепилась уникальная способность быстро приспосабливаться к изменениям в рационе питания. Благодаря этой способности они поднимались к самой вершине пищевой цепи, к господствующему положению в животном и растительном мире и быстрому увеличению своей численности. Благодаря ней же они стали распространяться от места своего зарождения, из саванны в новые географические и природно-климатические среды обитания, в новые пищевые ниши, в том числе такие, где не могли выжить приматы, человекообразные обезьяны и человекообезьяны.

При распространении из очага своего зарождения некоторые австралопитековые попадали в особо сложные или опасные природные условия, где их выживание напрямую зависело от использования камней и палок. Им приходилось выбирать самые удобные камни и палки и носить с собой, как можно дольше не расставаться с ними в течение суток, и в первую очередь мужским особям, на которых лежала главная ответственность за обеспечение безопасности: своей, самок и детёнышей. Их строение тела претерпевало соответствующие преобразования, а мозг, ядро власти системного правления и управления организмом, со сменой приспосабливающихся к подобному образу жизни поколений постепенно выстраивал новые поля мозговых клеток, которые отвечали за орудия борьбы за выживание, как за непременную часть совершенствования системной устойчивости организма. В таком мозгу само совершенствование системной устойчивости организма начинало зависеть от совершенствования орудий борьбы за существование, то есть от их обработки и усложнения. А эволюционные и революционные совершенствования организма начинали обусловливаться эволюционными и революционными совершенствованиями орудий борьбы за существование, как особых частей организма, без которых организм уже не мог выжить. Эти внешние, отчуждаемые и в то же время жизненно необходимые части организма совершенствовались не вследствие изменений строения и обменных процессов основной, животной части организма, а вследствие побуждений к обработке материалов внешней среды, позволяющей превращать их во всё более удобные и действенные орудия борьбы за существование. Сама же потребность совершенствования орудий и способов их обработки включалась, активизировалась в мозгу с усложнением внешних условий борьбы за существование и ослабевала, выключалась при достижении организмом системной устойчивости с внешней средой обитания.

Мозг ступивших на такой путь развития австралопитековых скачкообразно увеличился, но по разным причинам у мужских и женских особей. У мужских по причине собственно творческого совершенствования орудий борьбы за существование. А у женских особей - вследствие того, что именно их организмы были носителями психической наследственной памяти, а их психическая память должна была приспосабливаться через совершенствование, чтобы наилучшим образом передавать новые психические способности следующим поколениям: как во время развития эмбриона, так и при вскармливании и воспитании детёнышей. Выживавшие благодаря развитию орудий труда и мозга в тяжёлых, непривычных и опасных условиях обитания австралопитековые и дали начало первому виду человека Homo habilis – человеку умелому. В мозгу человека умелого, главным образом в мозгу мужских особей расширялись поля нейронных клеток, в которых закреплялась сложная последовательность способностей ответных реакций на внешнюю среду, на складывающиеся обстоятельства борьбы за существование. Во-первых, способность оценивать внешние материалы среды обитания в качестве возможных для обработки, превращения их в орудия, как особые части своего организма. Во-вторых, способность воображать орудия, как особые части организма, в воображении перебирать их варианты, отбирать наиболее совершенные, наилучшим образом отвечающие задаче усовершенствования общей системной устойчивости организма, его борьбы за существование. А, в третьих, способность побуждать организм к обработке подходящих материалов целенаправленным образом, чтобы воплотить в действительность наилучшее воображаемое орудие, в том числе с помощью других орудий.

Непременной, отражаемой в деятельности мозга составляющей эволюционного и революционного совершенствования орудий борьбы за существование становилось накопление знаний об уже существующих орудиях, способах их обработки и использования, как особого проявления наследственной психической памяти о развитии особых частей организма, передаваемой через передачу знания, через обучение. Так складывалась психическая способность мозга человека отделять представления об объекте от самого объекта, выстраивать последовательность ступеней воплощения воображаемого в действительное и давать звуковые и визуальные обозначения, определения орудиям и способам их использования, чтобы посредством звуков и образов совершенствовать их применение и передавать накапливаемые знания от поколения к поколению. То есть так складывалось человеческое мышление и человеческое сознание, выстраивающее причинно-следственные связи и закрепляющее их полезные для выживания закономерности в неосознанные, не требующие напряжения мышления и сознания привычки поведения.

Неотъемлемой составляющей психической деятельности человеческого мозга, как системообразующего ядра организма, центра власти правления и управления организмом, оказывалась зависимость от орудий и воображаемых навыков их изготовления и использования. Это вызывало развитие полей мозговых клеток, отвечающих за включение, активизацию воображения, особенно в необычных, опасных обстоятельствах и при недостаточных чувственных ощущениях или сведениях об окружающей среде, - к примеру, в условиях тревожной темноты, когда нельзя было опираться на зрение, как поставщика 80% информации о внешней среде. Включаемое воображение, особенно в случае неизвестной опасности, в том числе в темноте, начинало возбуждённо искать виды орудий, пригодных для усиления системной устойчивости организма, образ самой опасности, под которую необходимы те или иные орудия, что постепенно развивало способность к творческому воображению. Такая способность становилась наивысшей у тех особей, которые выживали в наиболее трудных и опасных для борьбы за существование, наиболее сложных природно-климатических местах на земле, в особенности у границ холодного климата с сезонным переходом воды в кристаллическое фазовое состояние, в лёд. И она закреплялась в их психической наследственной памяти, в деятельности мозга. Благодаря ней они преодолели инстинктивную боязнь огня, научились пользоваться им, как источником внешней тепловой энергии, а так же использовать шкуры животных для сохранения тепла в своём организме при низких температурах.

Мышление и творческое воображение изменяли вид человека. Они повлекли за собой дальнейшее увеличение размеров мозга, усложнение его работы и имели ключевое значение для последующего появления Homo erectus - человека прямоходящего и, наконец, Homo sapiens – человека разумного. Усложнению мозга способствовало и углубление, совершенствование стайного поведения и взаимодействия, как самого по себе, так и с помощью орудий. Оно обуславливало развитие третьего типа наследственной памяти, которая под воздействием растущего значения орудий, как особых частей организмов членов стаи, необходимых в борьбе за существование всей стаи, претерпевала существенные изменения вместе с изменением орудий и способов их обработки и применения, а так же с развитием мышления и творческого воображения.

Семьи человекообразных обезьян двигались в лесах вероятностно и хаотически. Так же передвигались семьи тех человекообразных обезьян, которые вынужденно спускались на землю в травы саванны. Однако на земле они оказывались менее поворотливыми, менее проворными, чем в лесу, а окружало их много новых, непривычных опасностей, в том числе быстрых и ловких плотоядных хищников. Между семьями действовали силы психического взаимодействия: притяжения, столкновения и отталкивания. Две силы: столкновения и отталкивания, - обуславливались соперничеством за участок леса, за собственную необходимую семье территорию с жизненно важными средствами жизнеобеспечения и до определённого времени оказывались более значительными, чем силы притяжения. Однако по мере того, как леса редели, а саванна наступала, семьям человекообразных обезьян по отдельности выживать становилось всё сложнее, и между ними нарастали силы психического взаимодействия. Наряду с ужесточающимся, доходящим до смертельных схваток хаотическим соперничеством за сокращающиеся лесные, привычные средства жизнеобеспечения, те опасности саванны, которые несли угрозы гибели всем семьям, вынуждали близкородственные, обитающие по соседству семьи человекообразных обезьян ситуационно сближаться для совместного отпора этим опасностям. С течением тысячелетий выживали лишь семьи, у которых склонность к ситуационному сближению ради общего отпора оказывалась преобладающей. Такая склонность закреплялась в процессе эволюционного и революционного развития человекообразных обезьян, и она способствовала их превращению в приспособленных к постоянной жизни на земле прямоходящих человекообезьян.

Наконец, когда леса исчезли, а остались отдельные рощицы и редкие деревья, опасности саванны стали неотъемлемой частью жизни человекообезьян. Некоторые близкородственные семьи в борьбе с внешними опасностями случайно сближались настолько, что отдельной семье психически становилось сложно оттолкнуться от совокупности других, в том числе и потому, что это позволяло самке с детёнышем выжить даже в случае гибели её самца. Так возникали совокупности нескольких близкородственных семей человекообезьян, у которых вынужденно зарождались общие центры насильственного управления, получала дальнейшее развитие третья наследственная память, теперь уже отвечающая не только за отношения в семье, но и за углубление и совершенствование психически упорядочиваемого поведения близкородственных семей и их членов.