Чтение онлайн

Для смены же системы власти понадобится мировоззренческое идеологическое насилие, мировоззренческая политическая философия, которая поставит стратегические цели государственному развитию в свете требований спасения производительных сил, обоснует новое устройство власти под задачи воплощения в жизнь такой цели. Соответствующее национальное политическое мировоззрение нельзя взять где-то в готовом виде. Его необходимо разработать с учётом всех основополагающих особенностей государства, как климатических, геополитических, так и исторических, культурных. Но главное, учесть при этом важнейшее противоречие. Суть его в том, что нужно будет раскрепостить массовую предприимчивость и самоотдачу в задаче мобилизационного возрождения производительных сил в обстоятельствах расшатанной режимом диктатуры коммерческого космополитизма социальной морали населения, при укоренённой потребительскими настроениями люмпенизации молодёжи.

Противоречие это грозит потерей устойчивости политических отношений, а потому обязательно заставит произвести смену самого поколения политиков, заменить либералов на тех, кто сможет сделать главный упор в своей деятельности на пробуждение самосознания государствообразующего этноса, сначала народно-патриотического, а затем и национального. Роль идеологов и мыслителей, обосновывающих и разрабатывающих новую систему власти национального буржуазного государства, которую станет возможным создавать в течение Национальной революции, начнёт возрастать и постепенно превратится в доминирующую. А это приведёт к тому, что вся политическая элита, весь правящий класс диктатуры коммерческого космополитизма, принципиально деинтеллектуальные и обюрокраченные в процессе их становления, окажутся оттесняемыми на второй, третий план политической борьбы. И только таким путём создадутся предпосылки стабилизации финансов, выработки не инфляционной финансовой политики при установлении диктата промышленного политического интереса в условиях сохранения рыночных преобразований в производительном хозяйствовании.

Диктатура коммерческого космополитизма всегда и везде удерживается постольку, поскольку режим живёт в долг через заимствования у межгосударственных банковских заимодавцев, за счёт непрерывного роста долгов правительства. В конце концов она загоняет правительство в угол острых противоречий с кредиторами. Поэтому любой режим осуществления задач Национальной революции оказывается вынужденным решать проблемы в условиях острого конфликта с внешними кредитными институтами, под их непрерывным давлением. К острейшему противостоянию с мировыми финансовыми кредиторами приходили и режим Линкольна в США, режим Муссолини в Италии, режим Гитлера в Германии, режим Франко в Испании, режим генерала Тодзио в Японии, режим генерала Пиночета в Чили и так далее.

Поскольку возвращение в мировую рыночную систему товарно-денежных обменов оказывается немыслимым без восстановления доверия мировых финансовых институтов. Постольку политическая сила, совершающая Национальную революцию и Национальную Реформацию, неизбежно вынуждена принимать чрезвычайные меры для превращения экономики, производства в самые конкурентоспособные, с долгосрочной целью погашения огромных долговых обязательств посредством высокодоходного выброса на мировые рынки большого набора самой потребительской продукции, производимой на самом высокопроизводительном оборудовании.

Данная причина и приводила к политике шовинизма, расизма, фашизма и нацизма силы осуществления диктата промышленного политического интереса в целом ряде переживавших Национальные революции и Национальные Реформации государств. Именно она заставила американскую республику после Национальной революции и Гражданской войны между Севером и Югом повернуть государство к длившейся десятилетия Гражданской войне с индейцами, искоренению их во второй половине ХIХ века. Именно она сделала режим национал-социализма в Германии, режим милитаризма в Японии столь радикально нацистскими. Но по схожим причинам и политическая сила установления режима русской Национальной революции, русской Национальной Реформации окажется вынужденной проводить радикально националистическую, радикально расистскую политику. Этой силе тоже придётся повести Гражданскую войну на истребление с теми этническими и расовыми группами, которые встанут на пути становления в России крупнопромышленной экономики, на пути превращения национальной крупной промышленности в самую высокопроизводительную и конкурентоспособную в мире. Только так правительство русского национального государства сможет за десятилетия расплатиться с долгами, которые наделал нынешний режим диктатуры коммерческого космополитизма при осуществляемой им вульгарно монетаристской финансовой политике.

3 августа 1998г.

Исламское идеологическое насилие превращается в единственную политическую идеологию в среде большинства представителей религиозной традиции мусульманского мировоззрения, и его носители начинают агрессивное наступление на Россию со стороны большей части её южных границ и с Поволжья. И происходит это в период глубочайшего цивилизационного перелома в судьбе русского государствообразующего этноса. Тогда, когда его бытиё начинает изменяться коренным образом, отрываясь от отмирающей и глубоко земледельческой народной традиции культуры, этики, морали, чтобы в мучительном поиске объективно преобразовываться в бытиё буржуазно-городского национального общества, традиции которого только предстоит закладывать в эпоху Национальной Реформации. История других государств, которые переживали буржуазно-демократическую революцию, показывает, что такой перелом чрезвычайно болезненный для государствообразующего этноса, ослабляет его "иммунную" систему самозащиты, какая вырабатывалась веками и даже тысячелетиями для отпора внешним и внутренним опасностям. Поэтому политическая сила, готовящаяся осуществить русскую Национальную Реформацию, должна иметь ясную и недвусмысленную политику в отношении ислама и возникших на его духовной основе феодально-земледельческих народов и народностей. И исходить при выработке соответствующей политики из собственных стратегических целей и тактических задач, диктуемых историческими и геополитическими обстоятельствами, при которых ей придётся руководить становлением русской цивилизационной традиции национально-городских общественных отношений.

Чтобы оценивать проблемы взаимоотношений с исламом с позиции ответственности за проведение Национальной Реформации, рождающаяся русская национал-демократия должна ответить на следующий вопрос. Какой же оказывается политическая роль ислама в современном мире, в чём его сила и каковы причины возникновения этой силы?

После Второй мировой войны главными целями социально-политических движений всех стран исламского мира стали борьба с западноевропейским капиталистическим колониализмом и достижение независимости посредством создания самостоятельных государств. Однако западноевропейский колониализм оказал серьёзное воздействие на хозяйственную и культурную жизнь городских слоёв исламских стран, и цели политического освобождения у всех влиятельных движений неизбежно переплелись с пониманием необходимости ускоренного экономического подъёма на основе созданных в Европе городских философских идеологических и политических мировоззрений, которые обосновывали капитализм или коммунистический социализм.

Достижение политической независимости и создание собственных государств было в основном осуществлено в исламском мире к семидесятым годам текущего столетия. Однако уже с пятидесятых годов получившие европейское образование военные, которые возглавили борьбу за независимость и стали руководителями первых из освободившихся от колониальной зависимости исламских стран, вроде Египта, Пакистана, начали внедрять рыночно-капиталистические или плановые прокоммунистические способы государственного строительства и хозяйствования. При этом они столкнулись с нарастающими проблемами, так как результаты использования европейского опыта были далеки от того, что ожидали получить новоявленные государственные руководители. Европейские городские социально-политические учения, внедряемые ими в своих странах, не приводили к предполагавшимся успехам, с одной стороны, но и не могли объяснить причин неудач – с другой. Добившиеся формальной независимости государства влезали в гораздо большую, чем при колониализме, экономическую и политическую зависимость от промышленных держав Запада и от Советского Союза, отставая и отставая от них в промышленном производстве, особенно после начала научно-технической революции. Вследствие чего в исламском мире повсеместно стало нарастать осознание своего особого культурного опыта, что вело к зарождению революционно-политических движений на принципах самостоятельного поиска задач и целей социально-политического развития, учитывающих мусульманский характер мировоззрения подавляющего большинства населения.

Каковы же глубинные причины неудач исламского мира добиться экономического прорыва, быстро подняться до уровня современной промышленной цивилизации?

Новые городские традиции социально-политических отношений, которые внедрялись в третьем мире, в том числе в исламских странах, как только они становились самостоятельными государствами и поднимали в ООН собственные флаги, были либо западноевропейскими капиталистическими, либо восточноевропейскими коммунистическими. То есть это были традиции, которые выросли из почвы западной христианской и восточной христианской духовных традиций мировосприятия, несли в себе их опыт культурно-мировоззренческого исторического развития. На данных традициях в третьем мире и строились городские производственные отношения, осуществлялась индустриализация, как основа хозяйственной и политической независимости новых государств. Поэтому вызываемая внешнеполитической необходимостью насильственная индустриализация молодых исламских стран их руководителями и порождаемая этим массовая урбанизация феодального деревенского населения, многие столетия организуемого в надплеменные сообщества догматизированным в ХI веке исламом, приводила к нарастающему внутреннему противоречию. Местные крестьяне, перебираясь в город вследствие обезземеливания и нищеты деревни, попадали в среду, где они очень остро ощущали свою моральную и культурную ущербность. Они как бы попадали в положение особого колониального рабства, под мировоззренческий гнёт чужеродной городской социальной и духовной культуры, которая навязывалась их же собственной государственной властью и интересами новоявленной европейски образованной элиты.

Однако к концу семидесятых годов становилось ясным, что исламские народности и народы не смогут достигнуть уровня материальной обеспеченности капиталистических и европейских коммунистических стран, не в состоянии ускоренно создавать современное производство и необходимую ему естественную науку. Их материальное благополучие наступало только при наличии относительно дешёвых и больших запасов углеводородного сырья. Однако такое благополучие становилось исключительно потребительским, паразитарным, превращая имеющие такое сырьё страны в полностью привязанные к промышленным державам сырьевые придатки.

Даже самые богатые нефтедолларами государства Персидского залива не смогли создать промышленную основу самостоятельной экономики, которая и обеспечила бы им подлинную независимость для выражения собственного политического и мировоззренческого влияния на мировые процессы. Наоборот, чем решительнее ставились властями этих государств цели на промышленное развитие, тем большими становились внутренние противоречия, обусловленные именно традиционно-феодальным неприятием исламскими массами задач социологизации производственных отношений, которые ставились им получавшими образование в Западном капиталистическом или Восточном коммунистическом лагере руководителями. Промышленное производство оказывалось либо невозможным без широкого участия иностранцев, либо было некачественным, неконкурентоспособным, нерентабельным и дотационным.