Чтение онлайн

Армин подошёл к двери и снова открыл, но там уже никого не было.

— В этом доме стены пропускают звук? — спросил он в манере человека, который ожидает только плохие новости.

— Не припомню такого. Думаю, у них у всех тонкий слух. К тому же сказывается влияние Зокоры…

Он посмотрел на меня грустными глазами, и вернулся к столу, как побитая собака. Мне пришлось сдержать улыбку. У них с Имрой было много общего.

Армин театрально вздохнул.

— Это ведь мужчинам боги дали во владение землю, верно? Они подчинили им женщин и животных, чтобы они правили замным диском. Разве не именно так написано или я ошибаюсь? — я ничего не ответил, потому что он ещё не закончил. — Мы сильнее их, мудрее, умнее, и боги поставили нас выше, чтобы они повиновались. Так написано в книгах. Я сам читал эти отрывки. Там действительно так написано. Скажите эссэри, почему тогда я чувствую себя словно вол, которого тянут за кольцо в носу? Хелис всегда восхищалась мной, я был её старшим братом, который всё для неё устраивал. Разве я не сдержал свою клятву? Разве я не освободил её из лап этого проклятого? Разве я не заботился о ней? — он умоляюще посмотрел на меня. — Что я сделал не так?

Я вздохнул.

— Ничего, Армин. Ты сделал всё то, что перечислил, и это было правильно. Но вернулась не Хелис, а Серафина. И хотя у неё, как она и сказала, есть воспоминания твоей сестры, она смотрит на вещи иначе. Ей было три десятки и два года, когда она умерла в той ледяной пещере. Она сама принимает решения.

— Пока она не замужем, я всё ещё остаюсь главой семьи.

Я закрыл глаза и потёр виски. Моя голова гудела.

— Иногда боги тоже ошибаются. Я сомневаюсь, хватит ли просто сказать женщинам, чтобы они слушались. У них могла бы возникнуть идея спросить, почему, — я мгновение помедлил. — Ты уверен, что выше, мудрее и умнее Серафины? Или Лиандры? Или Файлид? А что, если все трое объединятся против тебя, что тогда?

Он опустил голову, накрыв лицо ладонями.

— Было бы сомнительно, эссэри, очень сомнительно, — он посмотрел на меня сквозь пальцы одним глазом. — Могу я спросить, что вы такого сделали, что Хелис так сердито на вас смотрела?

— Ничего.

— Но почему тогда…?

— Если узнаю, то скажу тебе, — я откинулся на спинку стула. — Это была единственная причина, по которой ты пришёл?

Он покачал головой и выпрямился.

— Нет, эссэри. Сегодня я снова буду вашем слугой и восхвалять вашу щедрость за то, что вы так быстро простили мою глупость. К тому же, я принёс новости от моей львицы. Она передала, что вчера ночью было неподходящее время для благодарностей, но она, несомненно, не забудет о них.

Я вспомнил поездку на грифоне, и уже только от этих воспоминаний у меня онемели ноги.

— Я рад, что Марина, наконец-то, смогла в целости и сохранности вернуться к семье.

Он смущённо посмотрел на меня.

— Что еще? — с подозрением спросил я.

— Она собирается завтра выдвинуть обвинение в храме Борона. Она не знала точно, кто вы, хотя вы уже два раза освободили её. Теперь уже знает. Она склонна к тому, чтобы требовать, но вас вежливо просит, не могли бы вы присутствовать, когда она предстанет перед богом правосудия. Она также попросила о присутствие маэстры, Хелис и Наталии.

— И?

— Эссэра Фала приглашает вас маэстру и мою сестру к чаю. Если вы отправите гонца, то, что касается времени, она подстроиться под вас. Обычно она не делает такого не для кого другого, — объяснил Армин.

Я подавил вздох. Эссэра Фала хранила книгу пророчеств и была твёрдо убеждена в том, что в ней написано что-то обо мне. Я был уверен, что эта книга была причиной для приглашения.

— Наталию не пригласили?

Армин покачал головой.

— Это всё?

Он колебался.

— Ещё вот это, — сказал он. — Тарук нашёл её на вашей кровати, — почти нерешительно он залез под жакет и протянул мне тяжёлую серебряную монету, которая, однако равномерно почернела или её покрасили. Одна сторона была гладкой, на другой был отпечаток ястреба.

— Это то, что я думаю? — спросил я, кладя монету на стол.

— Да, эссэри, — подтвердил он. — Именно это. Так что вам осталось жить ещё два дня.

— Правда? — удивлённо спросил я. — Почему?

— По традиции, после предупреждения у вас есть три дня, чтобы уладить личные дела.

— Очень любезно с их стороны, — я посмотрел на монету. — Она лежала на моей кровати?

Он лишь кивнул.

— Мне уже было интересно, почему они не напали на меня раньше, — сказал я.

— Вы не понимаете, эссэир. Это не сами Ночные Ястребы, кто желает вашей смерти.

На самом деле, эта монета означает, что они вас уважают. Это старый способ. Кроме того, это монета также говорит, что их наняли. Она даёт вам ровно три дня, чтобы найти убийцу и, возможно, отомстить самому, — он криво улыбнулся. — Говорят, время от времени случалось так, что монету получали как заказчик, так и жертва.

— Значит ли это, что они выполнят договор, даже если я найду заказчика раньше и сам привлеку его к ответственности?

— Если вы убьете его первым? — спросил Армин. — Это не поможет. Договор имеет обязательную силу. Для Ночных Ястребов это вопрос чести, — он серьёзно посмотрел на меня. — Я рад, что они принесли вам монету. Убийца покажет вам себя и сразится. Но вам это не поможет, потому что этот бой с самого начала будет склонён в пользу Ночных Ястребов. Но если вы его победите, нового договора больше не будет, по крайней мере, на следующие двадцать лет.

Ночной Ястреб в открытом бою. Я вспомнил слова Серафины, она назвала этих убийц трусливыми.

— И ещё кое-что, господин. Если кто-то будет помогать вам в этом бою, и вы победите, они пошлют ещё одного Ночного Ястреба. Вы должны сами одержать верх над своим противником, чтобы следующие двадцать лет иметь защиту.

— Ты не думаешь, что я одержу верх?

— Я на это надеюсь. Если кто и сможет победить, то это вы. Вы ангел смерти… но…, - он повесил голову. — Почти никому не удавалось ускользнуть от Ночного Ястреба.

Я двигал монету на столе туда-сюда.

— Я как раз задаю себе вопрос, действительно ли хочу от них ускользнуть.

Монета была серебряной, но её везде равномерно покрывала чернота. Это была не краска и не краситель. Подделать такую монету, без сомнения, непросто.

— Кто-нибудь ещё об этом знает? — спросил я.

— Тарук. Но он умеет держать язык за зубами и рассказал только мне. Он бы рассказал вам лично, но хотел на этот раз позволить вам выспаться.

— А почему два дня, если их должно было быть три?

— Монету вы получили уже вчера.

Снова дверь за моей спиной открылась, и я принял решение, что в следующий раз сяду с боку.

Я оглянулся. На этот раз это была Лиандра, и я вздохнул от облегчения, что, по крайней мере, она поприветствовала меня с улыбкой.

— Хавальд? — спросила она, наклонилась, чтобы поцеловать меня и застыла. — Что у тебя в руке?

— Монета, — ответил я, как можно более безразлично, кладя её в карман. — Ничего особенного.

Она странно на меня посмотрела, затем всё-таки поцеловала и когда садилась, провела кончиками пальцев по моей щеке.