Чтение онлайн

— Да. Нам также вернули все наши вещи, и капитан извинился, — теперь я и сам рассмеялся. — Была ещё заключительная сцена. Когда мы вышли из караульного помещения, там всё ещё стоял тот охранник из библиотеки. Рассказывал каждому, хотел он того или нет, какой он неподкупный и показывал серебряную монету.

Армин заметил его и так возмутился, что подошёл и объяснил ошарашенному мужчине, что если сравнивать мозги курицы и его, то куриные будут, как у кита. Затем забрал у него серебряную монету, сказав, что тот её не заслужил, так как в конечном итоге оставил свой пост.

Лиандра громко рассмеялась, и я её обнял. С левой стороны нашей кровати стоял Искоренитель Душ, с правой — Каменное Сердце. Двери во двор были открыты. Ночи в Газалабаде были тёплыми, только на этот раз по ширине всей комнаты была натянута рыболовная сеть с колокольчиками. Может она как-то нам поможет. Лиандра повернулась ко мне и улыбнулась этой своей однозначной улыбкой. И когда простынь упала вниз, я забыл о Ночных Ястребах.

14. Доверие взамен на секрет

На следующее утро мы все встали рано, и всё же я выспался, потому что вернулся рано после небольшого приключения вчера вечером. Армин пришёл позже. Он сказал, что хочет кое-что рассказать эмире и кроме того, обратить её внимание на некоего Рекула, капитана её кавалерии.

Видимо, он вернулся ещё ночью, я нашёл его на кухне, углублённого в разговор с Серафиной, когда мы с Лиандрой вошли туда.

В последнее время я не особо много ел и был ужасно голодным. На этот раз я полностью оценил завтрак, который приготовила для нас Афала.

Она покинула кухню, после того, как положила нам всем добавки, ей даже не нужно было ничего говорить.

— Нам нужна комната, где нас никто не сможет подслушать, — заметил я и откусил большой кусок хлеба.

— У вас есть такая, в подвале, — ответил Армин. — Это комната, в которой раньше хранили только что отчеканенные монеты.

Мы все переглянулись, затем Лиандра пожала плечами.

Серафина улыбнулась.

— Мне нравится здесь.

— В комнате для аудиенций в стенах нет таких отверстий, — сообщил Армин.

— Внутри дома можно подслушать. Снаружи будет на так просто, — Лиандра посмотрела на меня. — Ты хочешь что-то обсудить? У тебя есть план?

— Всего лишь идея. Я вернусь к ней позже. Предстоит ещё многое выяснить, — я взглянул на Наталию. — На этот раз почти всё будет зависеть от тебя.

Она настороженно посмотрела на меня.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — сказала она. — Что ты задумал?

— Ты смогла протянуть Сарака через стену во дворце Башни. Как далеко ты сможет протянуть через коренную породу кого-то вроде меня?

— Вас быстро охватывает страх? — спросила она в ответ. — Боязнь темноты или беспомощности?

— Не быстро, — ответил я, немного подумав. Не было смысла обманывать себя, иначе то, что я задумал будет неосуществимо. — Я смогу это вынести.

— Через коренную породу и по прямой я смола бы протянуть вас добрых пятьдесят шагов, потом станет труднее. Ещё через двадцать шагов мне понадобится воздух. Это похоже на плаванье.

Я кивнул. Чему мне тоже срочно нужно научиться.

— Значит нужно только задержать воздух?

— Нет, Хавальд. Для вас это будет так, будто вы находитесь в кромешной тьме. В камне. Камень наполнит вас, коснётся вас, срастётся с вами глубоко внутри. Вы почувствует холод, вес бесчисленных столетий, образовавших камень. Вы не заметете, что двигаетесь, не будите чувствовать время, которое находитесь в камне. Вам будет казаться, что вы там вечность. Из-за этого вы можете потерять рассудок.

— Ты чувствуешь тоже самое? — тихо спросил я.

— Нет. Для меня камень, словно тёмная вода. Друг, то, что я могу чувствовать и видеть. Мы едины, и это как принимать прохладную ванну. Если бы мне не нужен был воздух, чтобы дышать, я предпочла бы спасть в камне.

— Откуда тогда ты знаешь, каково это для других? — спросил я.

Её глаза потемнели.

— Мой талант уникален. Коларон хотел узнать, можно ли с его помощью проникать в безопасные места. Он заставил меня перетаскивать через камень солдат. Несколько умерло. Другие падали и рыдали в истерике, а ещё другие сошли с ума. Примерно один из двенадцати пережил это без ущерба для себя.

— Хорошо. Тогда прежде чем продолжу говорить, я должен узнать, каково это. Наш дом стоит на каменном фундаменте. Спусти меня вниз, а потом снова подними наверх.

— Вы действительно этого хотите? — тихо спросила она.

— Я должен узнать, каково это, и нужно ли будет придумать что-то ещё. Скажи, ты можешь видишь из камня?

— Как сквозь тёмное стекло. Но я действительно также могу выглядывать из камня, — сообщила она, улыбаясь. — Никто не ожидает увидеть лицо в скале, а если оно всё-таки появляется, то люди, максимум, удивляются красивому рельефу…

— Тогда давай попробуем.

— Прямо сейчас?

Я кивнул.

Мы спустились в подвал. Там она повернулась ко мне и взяла за руку.

— Это безопасно? — с беспокойством спросила Лиандра.

— Камень ему не навредит, — ответила Наталия. — А вот то, что будет происходить в его мыслях, может быть опасным, — она снова посмотрела на меня. — Сейчас начнётся. Посмотрите вниз.

Мои ноги исчезли в камне, а я даже не заметил. Она была права, было такое чувство, будто я стоял в сапогах в воде, ощущение прохладного давления.

— На самом деле…

Земля помчалась мне навстречу, затем воцарилась темнота.

Было не совсем так, как описала Наталия. В плену меня держал не камень, а ночь. Она была внутри и вокруг меня, наполнена бесчисленным количеством звёзд, которые я никогда раньше не видел с такой ясностью. Зрелище, открывшееся мне, было чудесным. Ленты из сверкающего света в бесконечной ночи. Пустота, которая была настолько бесконечно велика и скрывала в себе так бесконечно много всего.

— Хавальд? — с беспокойством спросила Лиандра. Я лежал на полу в подвале, и все смотрели на меня. — Что такое? Ты в порядке? — она легонько провела пальцем по уголку моего глаза. — Ты плачешь, Хавальд.

— Он сошёл с ума? — с любопытством спросил Армин. Я посмотрел на него, и он сглотнул. — Видимо, нет, — заметил он, прячась от моего взгляда. Серафина громко рассмеялась, а Лиандра почувствовала облегчение.

Я сел.

— Было иначе, чем ты рассказывала, — сообщил я Наталии. — Это было… прекрасно.