Чтение онлайн

– Я с удовольствием прощаю тебя, Конлан, - Келсон легонько тронул коленопреклоненного епископа за плечо.
– Ты поедешь с нами на север?

– Со всей душой, сэр.

– Хорошо.

Келсон посмотрел на Лориса, который бился в руках державших его солдат, на Ивора и Карстена, решивших удалиться в свои епархии, а затем на двух оставшихся прелатов, которые еще не решили, что им выбрать.

– Лейси, что скажешь ты?

Лейси опустил глаза в пол и долго смотрел вниз, затем решительно поднял голову и упал на колени перед королем.

– Простите мою нерешительность, сэр. Но я старик, и мне трудно перестроиться. Я не привык оказывать неповиновение ни архиепископу, ни королю.

– Но тебе сейчас придется сделать выбор между нами. Кого ты выбираешь?

Лейси склонил голову.

– Я поеду с вами, сэр. Но мне придется ехать в повозке. Мои кости слишком стары, и я не могу ехать верхом.

– Капитан, приготовьте повозку для Его Преосвященства. Корриган, а что решили вы? Почему мне приходится спрашивать? У вас было время решиться на что-то.

Корриган был бледен. Его толстое круглое лицо лоснилось, покрытое каплями пота. Он оглянулся на своих коллег, посмотрел на Лориса, которого крепко держали солдаты, затем вынул огромный носовой платок, вытер лоб и медленно пошел к королю. Не дойдя до короля футов десяти, он снова оглянулся на Лориса и опустил голову.

– Простите меня, сэр, но я стар, болен и не могу сражаться. Я с вами не согласен, но у меня нет сил бороться, а тюрьму мне уже не выдержать. Я прошу разрешения удалиться в мои владения в Ремуте. Сэр... я... мне нехорошо.

– Пусть так, - спокойно согласился Келсон.
– Если вы дадите слово, что не будете выступать против меня, я освобожу вас. Лорды, благодарю вас всех за решение этого важного вопроса. Ну, а теперь, Морган, Варин, лорд Гамильтон, я хочу выступить в полдень, если получится. Подготовьте все к предстоящему походу.

Все было готово не в полдень, а к вечеру, но, несмотря на близость ночи, Келсон дал объединенной армии приказ выступить. Если двигаться всю ночь до следующего полудня, они пересекут почти весь Корвин, а там, отдохнув до утра, к полудню следующего дня достигнут Джассы. Таким образом, через два дня похода они уже соединятся с армией, ожидающей их в долине под Джассой. Так что можно ожидать, что через неделю им предстоит встреча с армией Венсита на севере. Келсон с нетерпением ожидал этой встречи.

Было уже довольно поздно, когда первые отряды вышли из Корота. Но, несмотря на поздний выход, никто не выражал недовольства. Они шли по направлению к северо-западу, и над ними полоскались на ветру алые королевские знамена со львами, серо-черные с соколами Варина, пурпурные епископа Кардиеля.

Груженные провиантом и одеждой телеги скрипели на выбоинах дороги, конные отряды весело скакали прямо по изумрудным полям Корвина. Вьючные животные ржали и фыркали, когда по их бокам прохаживался безжалостный кнут погонщика, подгоняя их, чтобы не отстать от основного отряда армии короля.

Разодетые солдаты Моргана, копейщики Халданов, пехотинцы Брунка, корпус королевских лучников - все они соперничали друг с другом в роскоши одежды, стройности рядов, боевой выправке. Но всех их - от знатного лорда до простолюдина - связывали крепчайшие узы: преданность королю Келсону, который гордо ехал впереди.

Вернувшись в свой лагерь, Келсон переоделся для похода: накинул золоченую кольчугу королей Гвинеда, зашнуровал сапоги позолоченными шнурками, обтянул талию широким кожаным белым ремнем, отделанным золотом, вложил в ножны меч Халданов, с которым ходили в походы его предки.

Золотой шлем Келсона сверкал в лучах заходящего солнца, соперничая блеском с игрой драгоценных камней, которыми была усыпана маленькая корона, украшавшая шлем. Со шлема горделиво спускалось алое перо. На плечах свободно висел алый плащ, а руки обтягивали тонкие перчатки алой кожи.

Белый конь плясал под ним и горделиво выгибал длинную шею, когда руки в алых перчатках твердо и уверенно натягивали поводья.

Рядом с Келсоном ехали Морган, Дункан, Кардиель, Арлиан, Нигель и его сын Конал, офицеры Моргана и некоторые другие из числа наиболее знатных.

Вот в таком порядке они выехали сегодня из Корота и в таком порядке должны были вступить в бой с армией Венсита спустя несколько дней.

Но в данный момент главным было то, что они объединились, что они идут на соединение с другими войсками, верными престолу.

Они знали, что одержали первую победу в этой войне - моральную победу в стенах Корота. Впереди у Келсона будут и другие, более примечательные дни. Но вряд ли король Гвинеда забудет о том дне, когда он выехал из Корота, так как этот день принес ему первую настоящую военную победу победу, несмотря на то, что ни один меч не был обнажен.

Он выступил в двухдневный поход к Джассе в приподнятом состоянии духа.

18

Они прибыли в Джассу, как и планировали, так что им еще оставались ночь и день на согласование военных планов. Однако никаких вестей от армии с севера не поступало. Более того, уже целую неделю вестей не было ниоткуда. Беспокойство возрастало. Теперь, когда в Гвинеде было достигнуто согласие и единство, исход войны представлялся Келсону благоприятным, но неизвестность тяготила молодого короля. Морган, ко всему, был сильно обеспокоен тем, что ему не удавалось вступить в контакт с Дерри.

Он пытался много раз, но контакт через магический медальон не получался. Все попытки Моргана и Дункана были тщетны. Морган был уверен, что на таком сравнительно небольшом расстоянии можно было бы, по крайней мере, нащупать, где находится Дерри в данный момент. Но никаких следов Дерри Моргану обнаружить не удалось. Даже усилив свои чувства до предела, Морган не нащупал ни малейшего контакта и с неохотой должен был заключить, что Дерри либо погиб, либо находится в руках могущественного врага и поэтому не может ответить на вызов Моргана.

Больше всего Морган боялся, что Дерри мертв, он ругал себя, считая, что дал ему очень опасное задание, послал на верную смерть.

Итак, в ночь перед выходом армии в поход в епископском дворце Джассы допоздна горели свечи.

Епископ Кардиель предоставил Келсону для проведения военного совета зал заседаний Курии как самое подходящее место. В то время как там обсуждался план действий, солдаты армии Гвинеда спали у своих костров в долине у озера под Джассой.

Военный совет был в самом разгаре. Огромный стол очистили от посуды и остатков ужина, чтобы освободить место картам, схемам, руководствам по тактике и стратегии. В комнате звучали с полсотни голосов. Опытные военачальники обсуждали план кампании, рисовали на картах яркие стрелы, указывающие перемещения войск, своих и чужих, направления ударов и прочие военные премудрости.