Чтение онлайн

– Молитвы Богу не пустые слова, епископ, - проговорил Келсон.

Они были уже на расстоянии пятидесяти ярдов от врага, и Келсон мог различать лица.

В это утро Венсит был почти взволнован, обеспокоен. Отказавшись от обычной роскоши в одежде, он надел простую тунику фиолетового бархата. Его королевская диадема была лишь чуть более украшена, чем корона Келсона.

Лайонелл, одетый в свои черно-серебряные цвета, стоял слева от Венсита. На сей раз роскошный кинжал не украшал его пояс.

Бран, справа от Венсита, был бледен, и эту бледность подчеркивали голубые тона одежд.

Справа от Брана, одетый в темно-синюю тунику, стоял Ридон. Темные волосы были перехвачены серебряным обручем.

Ридон и Венсит поглядывали на север, как бы ожидая кого-то, и Келсон понял, что они ожидают прибытия членов Совета.

Келсон подумал, не заподозрили ли они что-нибудь. Но гадать ему оставалось недолго.

Когда расстояние между ними не превышало тридцати ярдов, на севере послышался стук копыт и показались четыре роскошно одетых всадника. Белые лошади были почти не видны в лучах солнца, и всадники в золотых одеждах древних лордов Дерини приблизились к застывшим на месте людям, словно летя по воздуху.

Келсон услышал, как Венсит что-то шепотом сказал Ридону. Лицо Венсита посерело от ярости, Ридон же не выразил никаких эмоций.

Четверо всадников спешились: слепой Баррет, врач Лоран и юный Тирсель де Кларан, помогающий спуститься на землю леди Вивьене. Белые лошади стояли неподвижно, как изваянные из белого камня. Всадники сняли плащи и бросили их на седла.

Изумрудные глаза слепого Баррета величественно заскользили по ожидающим людям, когда четверка приблизилась.

– Кто вызывал Совет Камбера на это поле чести?

Венсит бросил на Келсона взгляд, полный ненависти, и, выступив вперед, опустился на одно колено. Голос его был спокоен, но в нем чувствовалось напряжение, когда Венсит заговорил:

– Благородный член Совета, я Венсит из Торента, король Торента и чистокровный Дерини, прошу августейшей защиты и арбитража на поединке, на который я вызвал этого человека, - он ткнул пальцем в сторону Келсона.
– Я прошу защиты от вероломства для себя и своих коллег: герцога Лайонелла...

Герцог опустился на колени.

– ...графа Марли и лорда Ридона.

Бран и Ридон тоже опустились на колени, а Венсит продолжил:

– Мы просим разрешения на битву со смертельным исходом, четыре на четыре, мы против тех, кто стоит перед нами. И мы просим, чтобы поединок не прекращался до тех пор, пока все противники не будут мертвы. Этому мы посвящаем свои жизни и используем для этого все могущество.

Изумрудные глаза Баррета медленно повернулись к Келсону.

– А каково ваше желание?

Келсон нервно сглотнул слюну, встал на колени.

– Милорд, я Келсон Халдан, король Гвинеда, принял вызов на поединок, чтобы не проливать лишней крови во время войны. Я также прошу защиты от вероломства для себя, герцога Моргана, епископа Арлиана и монсеньора Мак Лейна.

Все трое опустились на колени.

– Мы с неохотой соглашаемся на поединок со смертельным исходом, но вынуждены сделать это и используем все свое могущество, чтобы победить.

Баррет кивнул и стукнул по траве концом посоха из слоновой кости.

– Да будет так. А что получат победители? Согласны ли воины обеих армий признать справедливым исход вашего поединка?

– Да, милорд, - ответил Келсон, опередив Венсита.
– Мои люди знают, что если мы проиграем, то их жизни пощадят, и мои преемники поклянутся в верности королям Торента, чтобы наступил мир между нашими народами. Это ведь правильное условие. Согласен ли король Торента?

Венсит, оглядев своих, повернулся к Баррету.

– Мы согласны с условиями, милорд. Если мы проиграем, то мои преемники поклянутся хранить верность королю Гвинеда как его вассалы.

Баррет кивнул и спросил:

– Кто твой наследник, король Торента?

Венсит посмотрел на Лайонелла.

– Принц Альрой, старший сын моей сестры Иораг и моего родственника Лайонелла. А после Альроя его братья Анам и Ронал.

– И принц Альрой готов поклясться в верности Келсону, королю Гвинеда, если ты и его отец будут убиты?

– Да, - кивнул Венсит, плотно сжав губы.

Затем Баррет повернулся к Келсону.

– А ты, Келсон, готов ли твой преемник поклясться в верности Венситу из Торента, если ты погибнешь сегодня?

Келсон с трудом проглотил комок в горле.

– Мой наследник - брат отца принц Нигель, а после него его сыновья Конал, Рори и Пейн. Принц Нигель знает свой долг.

– Хорошо, - кивнул Баррет.
– И эти условия удовлетворяют обе стороны?

Келсон возразил:

– Не полностью. Есть еще один вопрос, милорд.

Глаза Венсита расширились, и он с трудом заставил себя устоять на месте.

– Говори свое условие, Келсон, - разрешил Баррет.

– Прошлой ночью Венсит и Бран Корис проникли в мой лагерь и похитили ребенка у матери. Если я одержу победу, пусть ребенка вернут мне, чтобы я смог возвратить его этой женщине.

Бран, вскакивая на ноги, закричал:

– Нет! Брендан мой сын! Он принадлежит мне! Она не получит его!

– Держи себя в руках, Бран!
– рявкнула Вивьена, впервые подав голос.
– Если Келсон победит, какая тебе разница, у кого будет ребенок? Ты ведь будешь мертв.

– Она права, Бран, - сказал Венсит, прежде чем Бран успел возразить.
– Но, с другой стороны, я требую: если победу одержу я, то мать ребенка должна вернуться к своему мужу, который стоит здесь, - он показал на Брана, и Баррет кивнул.
– Если Келсон согласится с этим условием, я соглашусь на возвращение мальчика, а также остальных пленных, которые еще живы.

Баррет спросил:

– Келсон?

Келсон колебался недолго.

– Я согласен, и у меня нет других условий.

– А ты, Венсит?

– Условий больше нет.

– Тогда можете встать.

Все восемь человек поднялись на ноги.

– Образуйте круг для битвы, - продолжал Баррет, проходя между двумя группами вместе с Лораном.
– Мы уверены, что вы выполнили наши требования относительно оружия, так что не станем никого осматривать. Но если кто-нибудь из вас имеет вопросы по правилам ведения поединка, то задавайте их сейчас, прежде чем Совет замкнет первый круг.