Чтение онлайн

К сожалению мужчины, химера не развивалась, навсегда застыв на том уровне сил, который он ей дал.

В подобном веселье участвовали все системщики, не занятые приглядом за пленными.

Сергей видел Руквуда, который совершал длинные прыжки, пытаясь научиться летать на выращенных крыльях. Его усиленный развитый навык позволил ему управлять своим телом в довольно широких пределах. Было видно, что Зверь имеет некоторые представления о том, как летать. Скорее всего Система уже вложила ему это знание в голову. Но знать мало, требуется еще и уметь. Кроме крыльев Руквуд вырастил многочисленные костяные пластинки по всему телу. Особенно плотно они росли на голове, образуя своеобразный костяной шлем. И Сергей не сомневался, что этот материал не сможет пробить даже автоматная пуля. А если даже и пробьет мгновенная регенерация все восстановит.

Уже сейчас убийство Зверя могло стать очень медленным процессом, ведь судя по его ауре магические воздействия он очень сильно ослаблял.

Лиза через пару дней уничтожения осколков все же получила свой тридцатый. Сергей лишь раз после этого ее видел. Вид самых настоящих энтов, медленно шагающих десятков деревьев, его все же немного удивил. Более того, на месте ее сражений оставалась земля, покрытая причудливой растительностью и деревьями. И в отличие от того, что было раньше, они не собирались вянуть в ближайшее время.

Сергей же оставлял абсолютно обратный вид. От обилия некроэнергии изливающейся из некро-големов вся растительная жизнь умирала и засыхала, оставляя покрытые серой пылью поля.

Инквизитор остался верен самому себе. Приближаться к тому, что раньше было осколками, после его визита нельзя было по нескольку часов, столь сильным жаром несло от этих оплавленных и булькающих земель.

Маг огня не сдерживал свою силу. От его ударов почва не то что горела, она плавилась, превращаясь в самую настоящую лаву, которая текла вдоль улиц. Стены каменных домов оплывали, стекая вниз под запредельно высокими температурами. При этом многие клялись, что сам жар не наносил священнику никакого вреда. Он спускался вниз почти к самой поверхности, и его одежда не вспыхивала, как это можно было ожидать.

Но несмотря на все это, их способности тратили ману. Пара осколков и им требовалось передохнуть, восстановившись. Это не значило, что они полностью устали. Но было бы полной глупостью выкладываться до конца, находясь во все еще вражеском городе. Да и кто гарантировал, что свои же союзники не попробуют попытать счастья.

При этом тот же Сергей не был ограничен в затратах маны, как они. Машина смерти, один раз запущенная, потребляла немного чистой энергии. Она вполне неплохо разрасталась, питаясь своими «товарищами» и чужими смертями.

Его эффективность была в разы выше. Поток же опыта в отличие от прошлого был ничуть не хуже. А иногда даже лучше.

Питтсбург был относительно небольшим городом. Поэтому под чутким руководством Совета, потребовалось всего лишь месяц дабы его полностью обезопасить от всех возможных угроз.

Конечно, осколки иногда появлялись, но редко, и они тут же уничтожались специальной бригадой.

За это время работы по эвакуации жителей Нью-йорка не стояли на месте. Три десятка тысяч новых поселенцев уже обживали очищенные здания города и еще столько же должно было прибыть через две недели.

Были здесь и люди Сергея. За его вклад в общее дело, ему в кои-то веки честно были предоставлены несколько улиц с целыми, современными домами.

Почему целыми? Просто Питтсбург, из-за большого количества уехавших людей с пятидесятых по наше время, славился целыми районами заброшенных улиц.

Получить заброшку, простоявшую аж с половины прошлого века, мало кому охота. Отошло ему и пара цехов по переработке угля. Его людям в будущем требовалась работа на благо города. Причем, самое важное, оплачиваемая.

Не останавливались и работы по очистке и восстановлению железнодорожных путей в Чикаго.

Учитывая то, что этот был третий по числу жителей город после Нью-Йорка и Лос-Анджелеса, все понимали, что там все будет в разы сложнее, чем в небольшом Питтсбурге.

— Привет мертвому фронту! — Завалившийся домой к Властителю Руквуд прямо лучился хорошим настроением: — Что вы все такие кислые? Вон, воздух какой! Последний месяц лета!

— Что такой веселый? — Сергей раздраженно отставил записку своего главного механика. Тот все же не смог побороть эту странную робость и навострился писать докладные записки в которых описывал чего ему не хватает и что стоит бы починить. Иногда там мелькали и другие проблемы.

— Хочу позвать всех новых тридцаток и хорошенько отметить наш успех!

— Новых тридцаток?

Руквуд поморщился: — Да пошел этот Мастер в сраку. Хитрожопый он больно. Все мудрит и мудрит. Вроде как с нами, а бац, и инфу о себе скрысил. Не люблю таких. Не то, что ты русский! Простой и твердый, как эта столешница. Такие люди мне больше по душе! — Руквуд стукнул ладонью по столу, заставив ручки и бумаги подпрыгнуть.

Сергей бросил скреплённые стиплером листики на стол. Он уже понял, что Зверь не даст ему поработать.

Из другой двери высунулась любопытная морда Таби. Увидев гостя, она прижала уши к голове и зло зашипела.

Чего-чего, а любви между ними никогда не было. Сергей не знал почему. Может из-за «волчьей» природы системщика?

Руквуд не отставал, лицо мгновенно вытянуло, превратившись в волчью морду. Интересно было то, что остальное тело осталось без изменений. Раньше он подобного делать не умел.

С его стороны раздалось угрожающее рычание.

Шипение усилилось на пару децибел, рычание спустя секунду тоже возросло.

Ручка в руке Властителя с хрустом превратилась в горку осколков, которые он аккуратно высыпал на стол и подровнял бумажкой. Почему ему упорно казалось, что они за его спиной успели договориться о том, как сподручнее вывести его из себя?

— Я первый к кому ты подошел?

— Да нифига. Элизабет, Дубина и наше преосвященство сказали будут.

— Сергей вскинул брови: — Инквизитор тоже будет?

— Ты меня, епта, недооцениваешь! Поупирался, конечно, чуток для приличия, обещал раз пять сжечь к ядреной матери, но все же согласился.

— Ну ты и отморозок. — Невольно слетело с губ у некроманта.

Но бандит не обиделся, восприняв как комплимент.

— Стой. Руквуд, ты же не можешь пить. Твое тело тупо перерабатывает алкоголь до того, как он хоть как-то подействует.

— Мимо! — Судя по сияющей морде Зверя именно эта новость заставляла его радоваться всему миру: — Я теперь могу заставить свое тело не портить мне всю малину и сделать исключение для бухла. Ты русский просто не представляешь, как я соскучился по выпивке! Мог хлестать ее сколько угодно, вот только толку не было никакого! Кое-как в драках и сексе сбрасывал напряжение, но это все же не то, не то… Хотя ты же русский, кому как не тебе понять эту проблему.