Чтение онлайн

Подручными пропагандистскими инструментами формировались гротескные образы представителей соответствующих направлений российского социализма. В.В. Маяковский отразил впоследствии в «Советской азбуке» утвердившиеся пропагандистские клише. В отношении к меньшевикам обыгрывалась тема «иудина предательства».

«Меньшевики такие люди —

Мамашу могут проиудить».

Применительно к социалистам-революционерам проводилась идея об их псевдореволюционности, замаскированной буржуазности.

«Экватор мучает испарина —

Эсера смой, увидишь барина».

На эти идентификаторы работали и знаменитые ленинские афоризмы о меньшевиствующем Л.Д. Троцком – «Иудушка», об эсерах – «кадеты с бомбой».

Удивительно, но этот «стандарт» прослеживается в классической сюжетной линии Евангелия. Параллели с евангельскими событиями определяются той ролью контрэлиты Римской империи, которую исторически взяли на себя христиане. Основная полемика велась ими первоначально не с римлянами, а с конкурирующими течениями в иудаизме – саддукеями и фарисеями. Это было необходимо в целях идентификации нового течения. Размытая трактовка в рамках общеиудейской оппозиционности не позволила бы христианскому направлению сложиться в ту мощную контрэлитную идейную корпорацию, которая перевернула в итоге всю римскую государственную систему.

А как же тактика единого оппозиционного фронта? В значительной части случаев контрэлита приходила к власти в результате выступления блока партийных организаций, а не одной партии. Для стран, не имеющих государственной суверенности, свержение колониального режима чаще всего осуществлялось в результате действий фронта национального освобождения. Народные фронты добивались победы коммунистической оппозиции в странах Восточной Европы в послевоенные годы. Этим объяснялось номинальное сохранение при социализме в структуре власти некоторых из них, помимо компартий, в виде марионеточных партийных организаций. Например, Болгарский земледельческий народный союз, Демократическая крестьянская партия Германии, Объединенная крестьянская партия Польши, Демократическая партия Польши, Чехословацкая социалистическая партия, Чехословацкая народная партия, Партия словацкого возрождения, Словацкая партия свободы. И вновь – парадокс повторяемости истории. Новые народные фронты реализовывали в дальнейшем задачу свержения коммунистических режимов.

К созданию коалиции революционных сил призывал В.И. Ленин во время первой российской революции [157] . Да и в 1917 г. большевики пришли к власти, как известно, не одни, а блокировавшись с левыми эсерами. Такую же тактику блокирования использовали национал-социалисты в Германии. Союзником их в рамках созданного в 1931 г. Гарцбургского фронта выступала Немецкая национальная народная партия. Ее руководитель Альфред Розенберг занял в дальнейшем в гитлеровском правительстве пост министра хозяйства [158] .

Но, говоря о тактике блокирования контрэлитных организаций, не следует смешивать этапы. Логический процесс, как известно, выстраивается в следующей последовательности операций: вначале анализ и только затем – синтез. Применительно к организационному строительству действует также алгоритмизированная очередность. Вначале созданная партия идеологически самоидентифицируется, что предполагает идейное дистанцирование ее от других, уже существующих партийных объединений. И только затем – уже самоопределившись, она ищет союзников. «Для того чтобы объединиться – нужно размежеваться». Все перечисленные фронты и коалиции создавались не одновременно с партийным генезисом, но несколько позже – на этапе контрэлитного синтеза.

Обратная последовательность действий никогда к созданию партии контрэлиты не приведет. Но именно по этой обратной траектории партогенеза развивается партия «Единая Россия». Она возникла в 1999 г. без какой-либо идеологии. На этом этапе не было ни одного документа, дающего представление о ценностных ориентирах единоросов. Об идеологии, в качестве которой был номинирован консерватизм, речь зашла едва ли не по прошествии десятилетия с момента создания партии. Единственным скрепляющим партийные ряды ориентиром была фигура главы государства (еще не являвшегося лидером партии).

С самого начала создаваемая организация вступила в процесс блокирований. Основу учреждаемой партии составил, как известно, союз общественно-политических объединений, в который входили партии – «Единство», «Отечество» и «Вся Россия». Широкие партийные коалиции формировались до обретения базовыми партиями своей идеологической самоидентификации.

Кульминацией начального периода партогенеза является выдвижение программы партии. Именно по вопросу о программе и уставе произошло, как известно, размежевание большевиков и меньшевиков на II съезде РСДРП. Пафос критики В.И. Лениным ортодоксальной позиции Г.В. Плеханова заключался в утверждении о готовности России к осуществлению социальной революции. Плехановскому тезису о том, что «Россия еще не перемолола пирог капитализма», противопоставлялась идея о возможности целенаправленного форсированного преодоления существующих стадиальных несоответствий [159] .

Дальнейшим подтверждением ленинского концепта явились социалистические революции в странах Востока, где доминировал традиционный докапиталистический уклад хозяйствования. Для ортодоксальных марксистов плехановской школы это был нонсенс. Переход к новой формации, учили они, возможен только тогда, когда будут созданы соответствующие объективные условия экономического и социального развития (когда «дозреет базис»). Отсюда относительная пассивность меньшевистского крыла, предпочтение, отдаваемое революционно-реформаторским схемам, боязнь вести речь о трансформации парадигмы развития (на марксистском языке – о смене формации) [160] .

Для В.И. Ленина условия могут быть целенаправленно формируемы, а развитие – целевым образом управляемо. Этот концепт собственно и составил ядро идеологии большевизма. Многие исследователи говорили впоследствии о достигнутом в ленинском учении синтезе универсалистского социал-демократического и почвеннического народнического теоретических компонентов. Главное, что без формирования на первом этапе партогенеза особой отличительной идеологии сборка контрэлиты принципиально невозможна [161] .

В качестве идеологической платформы «Единой России», программных ориентиров ее деятельности позиционируется «План Путина». Более странную программу партии трудно себе представить. Как единый опубликованный документ она просто отсутствует. «Плана Путина» в опубликованном виде нет. Прецедентов такого рода виртуальных программ мировая история партий не знала.

Сам В.В. Путин признавал, что «план», названный его именем, к программной стратегии имеет весьма условное отношение: «Этот слоган не я придумал, это действительно придумали в “Единой России”». Важная оговорка – «этот слоган». Это терминология из предвыборных политтехнологий. С учетом того, что документа нет – речь идет просто о манипуляциях в предвыборной агитации. Что именно такая партия, получив власть, собирается делать – неизвестно. Что она делает конкретно – определяется совершенно иными факторами.

На практике в президентских посланиях Федеральному Собранию на протяжении семи лет, практически в каждом (во всяком случае, в пяти точно), была какая-то ключевая часть, посвященная развитию той или иной сферы жизнедеятельности государства на среднесрочную перспективу. Это экономика, социальная сфера, политика, международная деятельность. Каждый год имелась какая-то основная часть. Странность состоит в том, что государство каждый год занимается всеми этими сферами одновременно, а вовсе не последовательно. Но тем не менее, если все эти основные части сложить, то это можно считать реконструкцией плана развития страны на среднесрочную перспективу.