Чтение онлайн

Военно-морское искусство — это умение командира (командующего) при планировании и ведении боевых действий руководствоваться положениями, выработанными теоретиками в мирное время (с учетом опыта минувших войн). Вышеизложенное дает основание считать объектом исследования истории военно-морского искусства вооруженную борьбу на море, а предметом — опыт боевого применения сил флота в операциях, сражениях, боях и боевых действиях. Исходя из сущности и содержания объекта и предмета исследования, нетрудно заметить, что история военно-морского искусства — наука оперативно-тактическая.

Методологическими основами истории военно-морского искусства являются анализ и синтез (индукция и дедукция), объективность и всесторонность, системный подход, установление периодизации и др.

В метод анализа входят дробление кампании, операции или боя на части, исследование их в отдельности с целью получения частных уроков и выводов. Например, целесообразно отдельно рассматривать подготовку операции, оперативное построение сил, организацию управления силами, разведку, маскировку, тыловое обеспечение и т. д. В свою очередь, каждый из выделенных элементов также подлежит дроблению. Так, подготовку операции можно исследовать по схеме: разбор замысла командующего — изучение плана операции и планов всех видов обеспечения — анализ соотношения сил сторон в операции — оценка района — подготовка сил и средств и т. д. Благодаря методу синтеза все разобранные по частям элементы операции следует обобщать с целью получения общих уроков и выводов. Это наиболее сложная часть истории военно-морского искусства.

В 70-е гг. XX в. в преподавании истории военно-морского искусства наметилась негативная тенденция: из опыта боевых действий советского Военно-Морского Флота стали извлекать только положительные уроки, приводившие к победам. Такой подход противоречил методологии истории военно-морского искусства, главным принципом которой является критический анализ и побед, и поражений. При этом объективность должна быть важнейшим принципом исследователя.

Отступление от научных методов исследования вооруженной борьбы на море, как правило, приводило к неверным выводам. Например, сделав поверхностный анализ Дарданелльской десантной операции (1915 г.), западные теоретики пришли к выводу, что в будущем вряд ли появится возможность высадить крупный морской десант, поскольку силы обороны побережья по своей маневренности и способности за счет этого создавать огневое превосходство обрекают десант на неудачу. Такой вывод на какое-то время задержал развитие теории и практики подготовки десантов. Из опыта Второй Мировой войны стало ясно, насколько ошибочными явились эти взгляды. В отличие от западных теоретиков русские военные исследователи Дарданелльской операции (Коленковский, Сакович и Жерве) подошли к вопросу критически и сделали совсем другие выводы.

Поскольку в истории военно-морского искусства имеются объект и предмет исследования, цели и задачи и своя методология, ее можно отнести к самостоятельному направлению в военно-морской науке и сделать такое определение: история военно-морского искусства — это часть военно-морской науки, содержащая исследования в области развития теории военно-морского искусства, морских вооружений, комплектования и подготовки флотов и опыта их боевого применения.

Постичь сущность современной военно-морской науки и овладеть ее основами можно только при доскональном изучении военно-морской истории и истории военно-морского искусства. Однако надо помнить, что предназначение истории военно-морского искусства заключается не только в расширении военно-исторического кругозора, но и в практическом применении, т. е. в извлечении из исторического боевого опыта прошедших войн тех уроков (принципов), которые не потеряли своей актуальности и могут быть использованы в будущем. Известно, что под влиянием боевого опыта происходили существенные изменения во взглядах военных теоретиков и военачальников на роль и место флотов в общей системе вооруженных сил, на формы и способы ведения военных действий, организационную структуру флотов и систему комплектования и подготовки военных кадров, на общую направленность развития морских вооружений и другие проблемы теории и практики военного дела. В истории не раз возникали ситуации, когда из-за отсутствия должного анализа боевого опыта теоретики военно-морского искусства заходили в тупик. Так произошло при формировании тактики паровых броненосных флотов. Из-за отсутствия боевого опыта теоретики по-разному определяли способы ведения морского боя: одни главную роль отводили тарану, другие — артиллерии, третьи — самодвижущейся и буксируемой мине; одни полагали, что бой надо вести, находясь в строю кильватерной колонны, другие считали наиболее приемлемым строй клина либо фронта и т. д. В результате первого в истории сражения броненосных эскадр (Лисское сражение 1866 г.) многие вопросы, связанные с военно-морским искусством, остались нерешенными. Происходившие во второй половине XIX в. боевые столкновения на море из-за существовавшей неопределенности во взглядах на развитие флота и способы его боевого применения приводили то к одной, то к другой крайности. И только в период русско-японской войны 1904–1905 гг. все было поставлено на свои места. Уже первые боевые столкновения, произошедшие между кораблями русского и японского флотов, дали ответы на многие вопросы военно-морского искусства. Примерно в такой же ситуации оказались теоретики и после принятия на вооружение ядерного оружия. Они вновь оказались в тупике и весь предшествующий опыт поставили под сомнение. Лишь испытания ядерного оружия на атолле Бикини и на полигоне Новая Земля, а также опыт Корейской войны 1950–1953 гг. повлияли на решение многих вопросов, связанных с военно-морским искусством.

Многие военные теоретики и военачальники утверждают, что после научно-технической революции, произошедшей в военном деле, опыт минувших войн уже не имеет такого значения, как раньше. Я считаю это явным заблуждением. В мирное время правильность многих теоретических положений и выводов проверить почти невозможно: нужна практика. Для военно-морской науки практикой является боевой опыт, который не могут заменить ни маневры, ни самые современные способы моделирования боевых действий. В истории существуют сотни примеров того, как реальные события, связанные с началом военных действий, не имели ничего общего с предвоенными теоретическими предположениями. Конечно, нельзя (да и невозможно) начать войну для проверки правильности существующих концепций или оперативно-тактических взглядов. Но если уж она случилась, то теоретикам военно-морской науки необходимо тщательно изучить боевой опыт и как можно быстрее внедрить его в практику флотов.

Говоря о хронологических рамках истории военно-морского искусства, следует прежде всего исходить из ее целей и задач. Чтобы сделать правильные выводы, необходимо исследовать ту или иную форму применения сил флота за большой исторический период. На основе нескольких фактов, извлеченных из общего исторического развития, нельзя сделать общей оценки деятельности флота, а вот на основе многих исторических примеров можно подтвердить либо опровергнуть любой вывод. В последнее время теоретические военно-научные труды строятся в основном по такому принципу: авторы стремятся некоторые свои выводы подтвердить отдельными историческими примерами. Считаю, что такой подход ничего общего не имеет с наукой: не устанавливаются закономерности вооруженной борьбы на море, остается неучтенным весь имеющийся исторический материал, следовательно, отсутствуют объективные выводы и анализ боевого опыта. Приведу пример. После проведения Норвежской (1940 г.) и Керченско-Феодосийской (1941–1942 гг.) десантных операций советские теоретики сделали вывод о том, что высадку крупных морских десантов, особенно стратегических, можно осуществить только в порты. Однако из анализа опыта Второй Мировой войны следует совсем другой вывод: крупные десанты высаживали, как правило, на необорудованные побережья и вдали от портов.

До 1917 г. проблемы военно-морской истории и истории военно-морского искусства рассматривали по периодам царствования самодержцев, а допетровское время, как правило, считали одним периодом. После 1917 г., определяя хронологические рамки исследования, стали придерживаться границ общественно-экономических формаций — рабовладельческого, феодального, капиталистического обществ. По моему мнению, наиболее удачной является периодизация по времени существования флотов, а именно: период галерных (гребных) флотов; период парусных флотов; период паровых броненосных флотов; период флотов разнородных сил. При этом каждый период можно разделить на несколько этапов (например, в последнем периоде доядерный и океанский ракетно-ядерный). Каждую войну тоже можно разделить на ряд периодов или кампаний (например, Вторую Мировую войну 1939–1945 гг. делят на пять периодов, Корейскую войну 1950–1953 гг. — на четыре).

После 1945 г. в изучении проблем истории военно-морского искусства освещали два аспекта — совместные действия армии и флота на приморских направлениях и самостоятельные действия флота на морских направлениях. Такой подход, конечно, можно принять. Но тогда почти невозможно разграничить самостоятельные и совместные действия. Локальные войны, происходившие в конце XX в., характеризуются применением разновидовых группировок вооруженных сил. Эта тенденция, по всей видимости, не только сохранится, но и станет преобладающей. В связи с этим я предлагаю тщательно исследовать боевой опыт при действиях флота против берега и против флота противника.

Теперь попытаюсь объяснить, зачем офицеру флота нужно знать историю военно-морского искусства. Во-первых, это позволит узнать о законах развития военно-морского дела и правильно ориентироваться в современных вопросах военно-морского искусства; во-вторых, это расширит кругозор и повлияет на развитие оперативно-тактического мышления.

История войн содержит богатейший материал, связанный с военно-морским искусством; в истории есть обширные сведения о деятельности выдающихся флотоводцев. Вот почему при творческом подходе к преподаванию истории военно-морского искусства следует развивать у офицеров высокие морально-боевые качества, учить их сохранять и продолжать лучшие традиции отечественного флота. При изучении истории военно-морского искусства у офицера появится такое важнейшее качество, как личная инициатива.

Освоив курс истории военно-морского искусства, выпускник Академии будет знать эволюцию основных форм и способов применения сил флота, изучит наследие выдающихся теоретиков, начнет анализировать военно-исторический материал и делать свои выводы, станет использовать полученные знания при решении современных задач, связанных с военно-морским искусством, а также при обучении и воспитании подчиненных.

Исходя из сущности и содержания истории военно-морского искусства, я выделяю следующие направления в ее изучении:

история теории военно-морского искусства;

история морских вооружений;

действия флота против берега;

действия флота против флота.

Вопросами изучения истории военно-морского искусства могут быть следующие:

история теории морской стратегии;

история теории оперативного искусства военно-морского флота;

история теории тактики военно-морского флота;

история боевых сил и средств флота;

история боевого применения сил и средств флота;

морские десантные действия;