Чтение онлайн

Буквально через несколько секунд в палату входит медсестра, а следом за ней и Макар Андреевич!

– Алиса дыши! – доктор сразу понял, что случилось. – Лекарства вчера вечером принимала?

– Нет, я забыла!

– Алиса Ильинична, вы же взрослый человек!
– Макар Андреевич вовсе не ругался, он совершенно спокойно протянул мне маленький стаканчик с таблетками, и сам лично, налил для меня стакан воды.

– Я схожу с ума? – чуть заикаясь, спрашиваю.

Доктор приподнимает уголок губ.

– Нет, конечно! Слава богу, до этого не дошло у нас с вами.

Я посмотрела на спящую Еву, что завозилась и, судя по всему, собирается уже проснуться.

– Вы боитесь, что навредите девочке? – я просто кивнула, разговорами доктор меня отвлёк, и я понемногу начала успокаиваться.

– У вас обычные панические атаки, причём не в острой форме, не забывайте принимать лекарства и всё пройдёт.

– Когда?

– Скоро!

– Как скоро?- не унималась я.

– Вы сейчас, я так понимаю, уже не про панику спрашиваете? – я снова просто киваю головой.

– Тонкие линейные шрамы на руках и ногах заживут уже через пару месяцев. А те, что крупнее, мы сможем убрать через три, четыре месяца. 

Такой ответ меня более-менее устраивает. Конечно, я понимаю, что через два, три месяца вряд ли удастся мне накопить на пластическую операцию, чтобы удалить шрамы, но со временем, я смогу это сделать, и мысли об этом дают мне толику успокоения.

– Я могу оставаться с ребёнком наедине?

– Вы же себя переживайте по этому поводу! Для Евы, вы не представляете угрозы! Если бы я увидел хоть какой-то намёк на вашу неадекватность, Еву, с вами, мы бы не оставили.

Действительно я, наверное, просто сильно загоняюсь, я ведь вполне соображаю, что происходит.

– Вы успокоились?

– Да, вроде бы, да !

– Отлично! Идите, сдавайте кровь, пока Ева не проснулась! К полудню вас вызовет гинеколог. Вера Сергеевна побудет с девочкой, пока вы будете на процедурах.

Ева, проснулась, словно почувствовала, то, что я хочу уйти, она сильно расплакалась, не хотела ни с кем оставаться кроме меня, в конце концов, мне пришлось проходить все процедуры с нею на руках. Во время тихого часа приехал дедушка. На моё удивление его впустили. Я едва ли не расплакалась, увидев его. Я так сильно по нему соскучилась, оказывается. Я вышла из палаты в коридор, не хочу объяснять деду, что в моей палате делает двухгодовалый ребёнок. Дедушка и без этого, задал тысячу и один вопрос, но Макар Андреевич буквально спас меня, проходя мимо, подошёл к нам и уверил деда, что я в полном порядке и выпишут меня через два дня.

– Деда, ну куда ты мне притащил столько? – дедушка с бабушкой в своём репертуаре, если меня не свалила болезнь,- значит,- меня нужно закормить до смерти. – Тут очень хорошо кормят!

– Да знаю я, как в больницах кормят!

– Дед! – немного нервничая от настойчивости деда, я притопнула ногой.

– А ну, не перечь деду! – довольно строгим голосом говорит тот.

– Действительно Алиса, не стоит спорить со старшими! – я вздрагиваю от грубоватого мужского голоса, совершенно не ожидала, что он так быстро вернётся.

Дедушка у меня не маленького роста, но всё же ему для того, чтобы заглянуть в глаза Тумуру, пришлось высоко поднять голову.

Первое о чём я подумала, это, конечно же, что дедушка, так же как и я, может испугаться Тумурзорига.

– Добрый день Игнат Фёдорович! – дедушка скорее рефлекторно отвечает на рукопожатие. – Я Тумурзориг Тодаев, ваша внучка любезно согласилась присмотреть за моей дочерью в моё отсутствие!

– За какой дочерью? – дед удивлён, но не напуган, я поднимаю взгляд вверх и смотрю прямиком в глаза Тумурзорига. Сейчас я не боюсь его, его взгляд по-прежнему острый и прожигающий, но он не пугает меня сейчас так, как это было две недели назад, там, в холодном, сыром подвале. Снова воспоминания устрашающими картинками всплывают в моей памяти. Но я, не могу показать своей паники при дедушке, и поэтому, прикрыв глаза, и немного пошатнувшись, тихонько делаю глубокий вдох.

– Она спит! – не успела я проговорить, как из палаты раздаётся, довольно сильный плач Евы.

Тумур резко среагировал, и хотя я, тут же быстро вошла в палату, вслед за ним, Тимур уже держал дочку на руках и прижимал её к себе.

Еве, скорее всего, приснился страшный сон, она долго не успокаивается, выгибается, и бьётся в истерике.

На её крик прибежало несколько врачей. Мне стало не по себе, и слёзы сорвались с моих глаз, ведь сердце разрывается, глядя, как она кричит,- надрывается.

– Давайте уколю! – к Еве с набранным шприцом приближается молодая медсестра. С явно намеренно расстегнутыми лишними пуговицами в зоне декольте.

– Не надо её колоть! – твёрдо произношу, и чуть ли не силой забираю девочку из рук отца.

Ева тут же обвивает мою шею своими тонкими ручками и, покричав ещё минуты три, начинает потихоньку затихать.

– Алиса вам ведь нужна работа? – я не отвечаю, сердце так сильно щемит, что я не могу нр о чём думать кроме как о Еве. Неужели Тумурзориг говорил мне именно об этом плаче девочки. Это же просто невыносимо слышать, как надрывно рыдает ребёнок.

– Алиса останьтесь с нами в качестве няни!
– Пожалуйста! С Евой ещё никому не удавалась справиться. Вы первая!

– Где мама Евы?

– Умерла!

– При родах?

– Нет!

– Я останусь с Евой! – даже раздумывать не собираюсь! Если девочки хоть немного со мной легче, я буду рядом с ней.

– Спасибо!

Тумурзориг явно перенервничал, потому как, с очень сильно, напряжённым лицом, быстрым шагом вышел из палаты.

– Алиса ты уверена, что справишься, это же не зверюшка какая!

– Я знаю дедуль. Но, как её оставить?

Дедушка заметно успокоился, и уехал, оставив для меня мой старенький телефон. И вещи. Слава богу, смогла убедить его забрать продукты,- все, кроме пирожков со Щавелем, которые сейчас за обе щеки уплетает Ева!

Тумурзориг!

Конечно же, уехав, я не мог на этот раз быть настолько опрометчивым. Я установил прослушку на телефон и попросил Макара Андреевича передать его Алисе, я целиком и полностью их контролировал, на протяжении всего времени пока отсутствовал. Просто вставив в ухо наушник, занимался своими делами, я слышал всё, что происходила в палате Алисы и Евы.

Мне очень понравилось то, как она находит общий язык с моей дочерью. Никаких требований и строгих нот в голосе, рассказала наизусть не меньше пяти, достаточно длинных сказок. А ещё, судя по тому, как она хвалила Еву, я понял, что каким-то образам Алиса научила мою дочку строить башню из кубиков. Нет, она и до этого это делала само собой, но только когда играла сама по себе. Ни разу не видел, чтобы она с кем-то взаимодействовала. И ночью, я не спал вместе с Алисой. Слушал колыбельные, что она пела для Евы.