Чтение онлайн

Может мне и вправду надо прогуляться, развеяться и отвлечься от всего, но с «малышами» нет! Быть самой старой в компании? Ну, нет! Лучше к родителям на работу пойду. Может, помогу чем-нибудь. Правда, они меня вновь вопросами обсыпают, но ничего — потерпеть можно, в крайнем случае, сбегу в кладовку и буду перебирать специи.

Только с братом не очень красиво получилось. Он помочь мне хотел, а я вот так с ним…надо будет потом извиниться.

Когда выхожу из ванной, в доме никого не обнаруживаю. Заткнув на время голос совести, иду собираться. Не стала заморачиваться с одеждой — надела то, что первое упало со шкафа — и уже через несколько минут шла по дороге к одному из ресторанов своих родителей.

Холодный ветер заставляет меня вздрогнуть и вспомнить всё теплые моменты, чтобы было не так холодно. Как назло на ум лезут только воспоминания с Соколовым, где мы сидим в обнимку и… стоп! Я не должна об этом думать! Только как заставить память не прокручивать эти моменты, а сердце болезненно ныть?

— Здрасте, дядь Жор! — громко говорю, здороваясь с нашим администратором.

Дядя Жора — 30-летний статный мужчина, холост, красавец… в общем не мужчина, а мечта! Я бы сказала, что большая часть наших посетителей ходят сюда не из-за сногсшибательного меню, а из-за дяди Жоры.

— Привет, Никуш! Ты что так орешь? — мужчина оглядывается по сторонам.

— Вас увидела, и эмоции свои сдержать не смогла, — улыбаюсь от уха до уха.

Дядя Жора слегка улыбнулся и потрепал меня за макушку. С ним мы всегда были в хороших отношениях. Чаще он мне пончики покупал или помогал в чем-нибудь, нежели я, но его всё устраивало. Говорил, что я похожа на его младшую сестру, которая, к сожалению, погибла — несчастный случай — поэтому поддерживать меня для него одно удовольствие.

— Ты чего приехала-то? Учеба же в самом разгаре, — мы подошли к барной стойке. Хмм… новый бармен? А где старый?

— Дела у меня тут небольшие появились, — поверхностно говорю. Не скажу же я, что трусливо сбежала?

Мужчина понимающе хмыкнул, а вскоре его позвал кто-то из посетителей. Сразу как-то не по себе стало, а от изучающего взгляда нового бармена тем более.

— Вы готовы сделать заказ? — обращается он ко мне.

— Нет. Лучше скажи, Вадим Николаевич у себя? — Куда-то «те» в слове «скажи» пропало, блин.

— Да, но посторонним нельзя к нему заходить.

— Думаю, родная дочь ему не посторонний человек, — спокойно говорю и направляюсь в кабинет к отцу.

Не нравится мне почему-то этот новый бармен.

— Пап, я…, - захожу в кабинет.

— Соколов, я тебе уже всё сказал. Либо так, либо никак.

Глава 36

— Здрасте! — фыркнула я и, подойдя, поцеловала папу в щечку.

— Привет, Никуль. Что ты тут делаешь? — в ответ, обняв меня, сказал папа.

— Никита из дома выгнал, — просто ответила я, и перевела взгляд на Соколова. Клянусь, скоро меня от этой фамилии уже тошнить начнет! — А этот что здесь делает?

— Ника! Как ты так можешь разговаривать? — гаркнул отец. Ну конечно, я же забыла, мама с папой воспитывали меня вежливой!

— Интересно, как это я могу грубить человеку, который обокрал тебя на три миллиона рублей! Действительно, как!? Сама не знаю, папуль! — сказала я, и плюхнулась на диван, который находился в кабинете возле окна.

— Действительно, как я мог впустить к себе в дом девушку, которая через окно пролезла в мою квартиру с документами! — пристально смотря на меня, сказал Соколов старший.

— Кто бы говорил!

— Что здесь вообще происходит!? — ударив по столу кулаком, спросил папа.

— У своей прошмандовки спроси! — плюнул мне в ноги отец Пернатого, он собрался уходить, а я будто взрываюсь.

— Сказал вор! Наглый, высокомерный, самовлюбленный упырь с грязными деньгами! — мне кажется, на весь ресторан заорала я.

— Вероника! — хлопнув дверью, заорал на меня папа.

— Что Ника!? Девятнадцать лет уже как Вера, Ника, Вероника!

— Что это сейчас было!? Почему ты приехала сюда посреди учебы!? Что с тобой происходит!? — орал Князев старший.

— Ничего! Если я вам так мешаю, то хорошо я могу уехать! — бросила я, и поспешила к двери, как врезалась в маму.

— Никушь, что-то случилось? Почему вы с отцом орете на весь ресторан?

— Ничего не случилось мам! Просто я видимо вам мешаю! Да, папа!? — крикнула я и, обойдя родительницу, поспешила убегать оттуда как можно скорее.

Так, где здесь в городе был карьер? Через главную улицу, лес, и я на месте.

Злость, обида, и дикая боль переполняла меня, что хотелось куда-то её выместить, что я как какая-то пятиклашка, которая получила двойку по математике иду и пинаю камушки, смотря в пол.

— Князева!? Офигеть! Ты что ли!? — раздался где-то рядом женский голос.

Поднимаю глаза, и… несите мне унитаз в руки, я блевать.

— Привет, Ксюша! — криво улыбаясь, сказала я, одной из главных подстилок Соколова.

Теперь то, что мне злиться на Ксюшу, я вошла в её ряды, стала такой же дурой, что связалась с этой не до птицей.

— Ты тут, какими судьбами? Вроде же в Москву укатила? Ты так изменилась! Это просто немыслимо! — начала лепетать Ксюша, ходя вокруг меня, рассматривая каждый миллиметр кожи.

— Да так, по родителям очень соскучилась. Слушай, я немного тороплюсь, давай как-нибудь, потом поговорим? — Нет! Но ей знать об этом не обязательно, — Хорошо?

— Ладно, не буду тебя задерживать, — сказала она, и я, ускорив шаг, поспешила до карьера.

— Стой, а ты куда!? — кричала она мне в след.

— На карьер! — я сказала правду, потому что я знаю, что она боится воды.

Сыкуха.

Жизнь изменилась, и я изменилась. Сегодня я первый раз в жизни накричала на своих родителей. Да, я делала это и раньше, из-за еды, учебы, переходный возраст и т. д., но это не то, как было сегодня. Чувствую ли я себя виноватой? Как странно, но нет. Мама с папой и половины не знают, что происходит у меня в жизни. Они лишь поселились на верхушке айсберга. Да, даже Крис недалеко от родителей скатилась. Да и Злата, только поселилась там.

Никто не знает большую часть моей жизни, как я в детстве сбегала по ночам на карьер и рыдала там, когда все думали, что я мирно сплю в своей комнате. Как меня унижали в школе, когда все думали, что это простые шутки, а на самом деле травля. Как я была игрушкой, с которой любили поиграть, а все думали, что я счастлива, раз на лице улыбка. Как в универе меня чуть не изнасиловали, и я сбежала в универ к сестре, когда все думали что мне просто далеко туда ехать, но даже здесь я получила новую и, наверное, самую сильную боль. Соколов — моя отдельная доза боли.