Чтение онлайн

Не мой вариант.

Поэтому, пусть я буду в ее глазах немного (много) наглым, но из квартиры я никуда не уйду. Перспектива провести остаток дня и ночь раздельно не прельщает мне вообще никак. Я могу лечь на полу, если она не хочет, чтобы я был рядом, но никуда я от нее не денусь.

— Нет, — отвечаю на ее вопрос, все еще удерживая ее лицо в ладонях. Наклоняюсь и оставляю мягкий поцелуй на губах, а потом отпускаю ее и прохожу в квартиру, снимая обувь и пиджак.

— В смысле? — идет она следом. Явно не ожидала такой наглости, но в целом, я и сам не то чтобы ожидал. Просто я не самый наглый человек на планете, если дело не касается потери того, что я люблю.

— В прямом. Я не уйду, — закатываю рукава рубашки и прохожу на кухню. Из меня никакущий повар, но мне безумно хочется сделать что-нибудь для нее. — Что предпочитаешь на ужин?

— Одиночество.

Она говорит это уже не так уверенно, как еще пару минут назад, а я собираюсь этим нагло (да, снова) воспользоваться. А еще она смотрит на меня так удивленно, словно я не ее босс и молодой человек Илья, а инопланетянин, как минимум.

— Этого в меню нет.

— А что в меню? — вздыхает она и присаживается за стол. Становлюсь напротив, облокачиваюсь и мы снова оказываемся лицом к лицу.

— В меню либо что-то несъедобное, либо очень вкусное, но заказанное из ресторана. А еще разговоры по душам и, если ты меня простишь, то хороший секс.

— А если не прощу?

— Перенесем его до момента, когда все-таки простишь. В целом, я не собираюсь затягивать с этим и собираюсь начать извиняться уже сейчас. Прости меня, Ариш, за то, что не сказал сразу, кто она. Просто не хотел, чтобы ты загрузилась из-за этого, ведь перед ужином с родителями ты и так волновалась сильно. Мне правда на нее все равно, и она правда несла чушь по поводу того, почему мы прекратили всякое общение. Если тебе важно, что там было — я расскажу всю правду, не утаивая ничего, мне не сложно. Просто хочу, чтобы ты знала, что у меня не было желания специально от тебя что-то утаивать. Это произошло случайно.

Оказывается, извиняться не страшно. Как-то так вышло, что мне не особо приходилось раньше заниматься этим. Она вносит в мою жизнь не только яркие краски, но и совершенно новые эмоции, и я совру, если скажу, что мне это совершенно не нравится. Я кайфую от того, каким становлюсь рядом с ней, честное слово.

— У вас правда был договор на секс? — спрашивает она и я отчего-то посмеиваюсь, вспоминая, как Костя из-за этого факта называет меня Кристиан Грей.

Мы, к слову, не меняем положения. Она сидит за столом, уперевшись в него локтями и положив на сцепленные руки подбородок, а я точно так же напротив, но без стула.

— Не то чтобы прямо на секс, но да. Был договор, что никто из нас не претендует ни на какие отношения. Мы просто время от времени ездили в гостиницу и сбрасывали там напряжение. Она не была против, я ее ни к чему не принуждал.

— И она влюбилась?

— Она растрепала о внутренностях рабочего процесса нашим конкурентам, — закатываю глаза, — потому что там предложили побольше денег. Никакими чувствами, кроме алчности, там и не пахло. Они переманили у нас несколько клиентов, но в целом мы быстро оправились от ее подставы.

— Вот же сука! — взрывается Арина, округляя глаза. — Серьезно? Взяла и предала? И теперь еще имеет совесть так себя с тобой вести?

— Ну, — развожу руками, — очевидно, она обижена из-за увольнения.

— Да за такое ей можно и волосы было повырывать!

— Я не привык применять физическое насилие к женщинам, — посмеиваюсь от того, как она становится сразу же на мою сторону и сторону компании. Это дорогого для меня стоит, потому то компания — мое детище, мой ребенок, мы с Костей создали ее с нуля и очень ею дорожим. — Да и в целом она поступила так, как считала нужным. Я не в обиде.

— Да она как стерва поступила! Как вообще можно просто взять и предать, когда… Кошмар! У меня слов нет. Если она подойдет ко мне еще раз, я за себя не ручаюсь! Я могу себе позволить ударить девушку. Наверное. Но в любом случае лучше ей ко мне не подходить! — рычит она и я понимаю, что окончательно в ней тону и пропадаю. Так сильно, что я и подумать не мог, что так бывает вообще.

— Ты такая потрясающе красивая, — говорю негромко, но очень искренне, зависая взглядом на ее бездонных глазах. — Я никогда еще не видел никого красивее тебя.

Она краснеет. И это тоже потрясающе! Опускает взгляд, кусает губы, а потом снова смотрит на меня и ничего не отвечает, но ее легкой улыбки на губах для меня достаточно, чтобы понять, что все у нас будет хорошо.

— Давай все-таки что-нибудь закажем, — сдается она, и я тянусь через стол, чтобы оставить еще один поцелуй, но уже на кончике ее носа.

Кстати, наблюдение: раньше я думал, что вообще не люблю целоваться и что совершенно не тактильный, но, как выяснилось, рядом просто не было того самого нужного человека, который показал бы мне обратную сторону меня самого.

— Давай тогда все-таки поедем ко мне? — улыбаюсь. — У меня там такой вид…

— О да, — она вдруг отчего-то хохочет, — я помню, как ты манил меня этим видом, когда мы были в баре! Ты сказал, что мы будем заниматься сексом с видом на город, а я уже тогда знала, что ты мой босс и чуть не сгорела от неловкости!

— Кстати, предложение еще в силе! И… как ты смотришь на то, чтобы сходить в этот бар еще раз?

— Я надену зеленый браслет, — хихикает она, — но пообещай, что ты не дашь никому приблизиться ко мне.

— Обещаю. Бери вещи, поедем ко мне. Сегодня в программе заниматься сексом у панорамных окон и есть вкусный ужин. Будут ли какие-то правки?

— М-м-м… Хочу клубнику!

— Принято, — улыбаюсь, чувствую себя чертовски счастливым от того, что мы смогли решить все спокойно и без ссор, и заказываю ужин, пока Арина бежит брать все нужные ей вещи и принимать душ.

Через минут сорок мы снова выходим из ее дома и направляемся к машине, и история повторяется: Полина снова стоит и ожидает нас, наглея настолько, что стоит прямо около пассажирское двери моей машины.

— Серьезно? — фыркает она, когда мы подходим ближе, в этот раз глядя только на Ариночку. Напрягаюсь. — Настолько промыл тебе мозги, что стала подстилкой?

— Зато не предательницей, — улыбается мой ангел ей ослепительно, а потом отодвигает одним резким движением и смотрит на меня: — Едем?

— Все, что угодно, моя госпожа, — подмигиваю ей, открываю дверь, и мы уезжаем оттуда ко мне, чтобы воплотить в жизнь все наши планы. И к черту всех неугодных, мы вместе, и это самое главное.