Влюблен по собственному желанию
Шрифт:
– Гарри…
– Я знаю, что это глупо, но если у меня получится, если я не завалюсь на зельях, ты согласишься?
– Гарри, послушай, я не могу так! Ты извелся и перенервничал, но это не значит, что нет другого смысла в жизни.
Юноша усмехнулся, а потом, не сдержавшись, рассмеялся:
– Северус… Северус, Северус… Ох, черт! Когда же я перестану сходить с ума от одного твоего имени? Просто пообещай, что подумаешь… Ты ведь всегда можешь задать мне дурацкий вопрос, на который я не отвечу, типа: что будет, если в уменьшающее зелье добавить хвост носорога, или в веритасерум - пучок жаборослей… Я пойму. Но дай мне шанс…
– Оно свернется, Поттер…
– Что?
– Если в веритасерум добавить жаборосли, зелье свернется.
– Ох…
Гарри отстранился, потянулся за своим стаканом, в котором еще оставался скотч, и, сделав изрядный глоток, вернул стакан на место.
– Мне, правда, это нужно. Не думай, что это - прихоть… Я согласен чистить котлы каждый день, мыть все пробирки, только если ты расскажешь потом что-нибудь еще…
– Ты и в самом деле согласился бы убить несколько лет своей жизни на изучение бесполезного, на взгляд многих студентов, предмета?
– Я не считаю бесполезным то, что ты делаешь. Наверное, если бы с самого начала все сложилось не так, мне бы даже нравились эти уроки, но… Господи, все так глупо! Ты ненавидел меня из-за моего отца, я ненавидел тебя, потому что ты тыкал мне в нос моим несовершенством…
– Поттер, да ты пьян!
– Нет!
– Гарри отрицательно мотнул головой. Он никогда не чувствовал такой свободы и жажды говорить. Говорить все, что оставалось невысказанным на протяжении многих месяцев, а теперь словно само просилось наружу.
– Просто я, наконец-то понял, что мне нужно. И я не считаю, что работать с тобой - значит убивать какие-то мифические годы жизни. Возможно, это - единственное, что заинтересовало меня по-настоящему, после того, как я в первый раз вышел на квиддичное поле.
– Гарри, ты должен подумать, как следует.
– Я думал. И это - окончательное решение. Я только хотел попросить тебя…
Снейп напрягся, словно ожидал от Гарри какого-то подвоха, но тот в очередной раз поверг его в шок:
– Если я и в самом деле выставлю себя на экзамене идиотом, поставь мне то, что я заслужил. Я хочу знать, на что я способен.
Выслушав юношу, Северус помедлил, а потом усмехнулся:
– У тебя есть повод думать, что я стану завышать оценку? Одному нахальному, самодовольному, избалованному мальчишке?
– Сомневаюсь, - Гарри фыркнул.
– Но все-таки пообещай…
– Можешь не беспокоиться. Я не собираюсь льстить твоему самолюбию.
– Спасибо.
Некоторое время они сидели молча, а потом Гарри спросил:
– Ты будешь очень огорчен, если я переберусь поближе?
– Смотря, что ты под этим подразумеваешь…
Юноша приподнялся и оседлал колени Снейпа, получив возможность прижаться к нему все телом:
– Вот это.
– Хм… Ты и в самом деле полагаешь, что я позвал тебя для того, чтобы развратить окончательно? По-моему, именно эти мысли и бродят у тебя в голове.
– Не уверен, - отозвался юноша, обвивая руками шею мужчины.
– Но мне хорошо…
Северус вздохнул, чувствуя, как Гарри вжимается в него, и позволил себе расслабиться, наслаждаясь его присутствием.
Это было странно - ощущать близость, не обязывающую ни к чему, тепло, охватывающее не только тело, но и душу, нежные прикосновения, и ласку. Северус сам не заметил, как его губы соприкоснулись с губами Гарри, и этот легкий поцелуй не был прелюдией к ночи страстной любви, а необходимым жестом, сполна заменившим слова. Гарри опустил голову ему на плечо, и проговорил:
– Знаешь, после того, как я в первый раз у тебя остался, я чувствовал себя так глупо… А сейчас все совсем по другому. Мне хорошо, и кажется, что так было всегда.
В ответ Снейп только сильнее обнял Гарри, и юноша что-то неразборчиво пробормотал, целуя шею Северуса.
– На следующей неделе последний матч по квиддичу… Ты придешь?
– несколько минут спустя, тихо поинтересовался он.
– Разве я когда-нибудь их пропускал?
– Нет. Но я подумал, что если скажу тебе сам, ты точно не забудешь.
– Собираешься показать себя во всей красе?
– Да. И хочу, чтобы ты был там. Я обязательно поймаю снитч! Не можем же мы проиграть cлизеринцам на последнем матче?
– Посмотрим…
Гарри хмыкнул, но ничего не сказал. Ему нравилось просто прижиматься к любимому, чувствовать тепло его тела, и знать, что его присутствие также приятно Северусу.
– Ты не хочешь выпить со мной?
– наконец поинтересовался он.
– Не собираюсь выглядеть болваном в одиночестве…
Снейп только ухмыльнулся, но ловким жестом извлек волшебную палочку, призвал второй стакан и, дотянувшись до бутылки, оставленной на столике, плеснул себе скотча:
– Мы нарушаем все правила, Поттер, ты в курсе?
– Я всегда что-нибудь нарушаю…
– А я - нет, - ответил Снейп, сделав хороший глоток.
– Но, видимо, твое присутствие способствует отрицанию любых норм.
– Можно я сегодня останусь?
– Гарри собрался с духом и посмотрел Северусу в глаза.
– Нужно. Я не собираюсь отдавать тебя на растерзание Грейнджер.
– Хорошо…
Юноша довольно поерзал на коленях у Снейпа, устраиваясь удобнее, и хмыкнул:
– А ты смог бы выдержать мое присутствие более чем несколько часов в неделю?
– О чем Вы, мистер Поттер?
– глаза Снейпа отразили непередаваемую иронию, но Гарри это не смутило:
– Если я все-таки останусь в Хогвартсе, мне будет постоянно нечем заняться, и я буду отнимать твое драгоценное время…
– Не обольщайся. В подсобке валяется уйма нечищеных котлов, так что дело тебе найдется.
– Этого я и боялся.
– Лучше подумай, что скажешь Уизли, когда он обнаружит, что ты не вернулся ночевать.
– Совру, конечно…
– Поттер, ты понимаешь, что я должен испытывать? У меня на коленях сидит захмелевший, непозволительно привлекательный мальчишка, которого я совратил, споил, а теперь вынуждаю лгать?
– Ммм… Северус… Ты же слизеринец…
– И что?
– Полагаю, это не должно тебя беспокоить.
– И не беспокоило бы, если бы ты, вдобавок ко всему, не являлся моим учеником.
– Кстати, это, кажется, я тебя совратил…
– В самом деле?
– Снейп высокомерно усмехнулся и Гарри едва сдержал улыбку, - А тебе не приходило в голову, что я мог просто выставить тебя, что и собирался сделать?
– Приходило. Но ведь не выставил…
Ответом был сладкий поцелуй, на который юноша с удовольствием ответил, а потом они молча сидели, и руки Снейпа снова скользили по спине Гарри, привлекая его ближе, успокаивая, заставляя забыть обо всем на свете.