Чтение онлайн

— Да, я добрела до церковного кладбища, — ответила я. — С тех пор как я сюда приехала, я ходила туда почти каждый день, чтобы полюбоваться дивным видом. Не удивительно, что ноги сами понесли меня знакомой дорогой.

— Вы дошли до кладбища, так и не проснувшись?

В голосе молодого офицера послышалось легкое недоверие.

— Лунатики могут целую ночь расхаживать не просыпаясь, — не дав мне ответить, вставила миссис Вестенра. — Я-то это хорошо знаю. Мой покойный муж тоже страдал от этой болезни. Иногда мы находили его очень далеко от дома, в самых неожиданных местах. Однажды он лег спать в нашем поместье, а обнаружили его на пустоши неподалеку от Лондона.

— Чего только не бывает на свете, сударыня, — сочувственно вздохнул молодой офицер. — Мне доводилось слышать о подобных вещах. Моя бабушка говаривала, что, когда мы спим, нас зовут духи, и некоторые из нас откликаются на этот зов.

Слова свои он сопроводил растерянной улыбкой, словно сам не знал, стоит ли относиться к подобным предположениям серьезно.

— Вашей бабушке надо как-нибудь заглянуть к нам на чашку чая и побеседовать с нашим добрым другом доктором Сивардом. Он большой специалист по части сновидений. — На лице миссис Вестенра мелькнуло многозначительное выражение, которое она неизменно принимала, беседуя с Джоном Сивардом о медицинских вопросах. — Доктор утверждает, что всякого рода пугающие образы рождает та часть сознания, которая неподвластна нашему контролю. Все это, конечно, очень сложно. Если вы хотите ознакомиться с этой проблемой ближе, вам следует прочесть научные труды современных психиатров.

— Я непременно сделаю это, сударыня, — любезно откликнулся офицер, но, стоило ему перевести взгляд на Люси, на губах его мелькнула едва заметная улыбка. Легкомыслие молодости толкало его на то, чтобы произвести хорошее впечатление в первую очередь на дочь, а не на мать.

— Быть может, мы больше не будем задерживать этого милого джентльмена и воспользуемся остатком ночи для того, чтобы немного поспать? — предложила Люси.

Про себя я с облегчением отметила, что моя подруга одержала очередную победу. Ей удалось обвести вокруг пальца и собственную мать, и офицера полиции, развеяв все их подозрения.

Молодой человек без особой охоты двинулся к дверям.

— Люси, дорогая, будь добра, возьми лампу и посвети нашему гостю, — попросила миссис Вестенра. — На лестнице очень темно.

— В этом нет необходимости, сударыня, — воспротивился офицер.

Но Люси уже схватила лампу. Повернувшись, она сделала неосторожное движение, и шарф слетел с ее плеч, открыв многочисленные следы поцелуев, темнеющие на сливочно-белой коже. В ярком свете лампы эти розы любви были видны особенно отчетливо. С замиранием сердца я заметила на шее Люси отпечатки зубов, которые показались мне насмешливыми глазами чудовища.

Офицер уставился на эти отметины, открыв рот.

— Мисс, вы подверглись нападению? — наконец выдавил он из себя.

Люси поспешно опустила лампу, но миссис Вестенра тут же схватила ее и поднесла к самому лицу дочери. Взор ее был неотрывно устремлен на синяки, эти неопровержимые свидетельства мужской страсти.

Ситуация была столь неприятной, что Люси изменила ее обычная самоуверенность.

— На меня никто не нападал, — растерянно пробормотала она, закрывая шею руками.

— Но тогда откуда вот это? — спросила миссис Вестенра, протянув дрожащую руку к груди дочери.

— Мисс, если кто-то пытался причинить вам вред, вы поступаете до крайности неразумно, пытаясь его выгородить, — отчеканил молодой офицер, сразу ощутивший себя представителем власти. — У нас здесь мирный уголок, и мы вовсе не хотим, чтобы Уитби, подобно Лондону, превратился в рассадник преступности. Уверяю вас, мы сумеем найти злоумышленника и подвергнуть его наказанию. Нельзя допустить, чтобы он разгуливал по улицам, подстерегая новые жертвы. Подумайте об этом.

— Люси, объясни наконец, что случилось!

В голосе миссис Вестенра вновь послышались истерические нотки. Мне оставалось лишь радоваться тому, что Люси взяла с меня обещание молчать. Поджилки у меня тряслись от страха, но, несмотря на это, я с любопытством ожидала, как она вывернется из затруднительного положения.

Люси не обманула моих ожиданий. Вместо того чтобы вспыхнуть от стыда, она приняла горделивую позу оскорбленной добродетели, высоко вскинула голову и открыла всеобщим взорам покрытую синяками шею. Бросив на мать исполненный сожаления взгляд, она знаком попросила ее сесть.

— Мама, я хотела скрыть от тебя весь этот ужас, но, увы, мне это не удалось, — проронила она, коснувшись плеча матери. — Я боялась, потрясение будет слишком сильным и вызовет у тебя сердечный приступ. Прошу тебя, мама, призови на помощь все свое спокойствие.

Я сочла за благо отступить в тень, дабы никто не заметил поблескивающих в моих глазах огоньков любопытства. Люси приступила к рассказу. Через несколько мгновений я поняла, что душераздирающая история, которой она потчует своих слушателей, в точности воспроизводит жуткое приключение, пережитое мною на берегу Темзы. Только роль жертвы, естественно, досталась самой Люси. Она в красках описала внешность насильника, используя те самые слова и выражения, которые использовала я.

— Глаза его были налиты кровью, как у монстра! — воскликнула она, рассказывая, как насильник, возникший неведомо откуда, набросился на нее в церковном дворе.

— Я так и не поняла, человек то был или демон! — добавила она дрогнувшим голосом.

Люси рассказывала так мастерски, что по спине моей невольно бегали мурашки, когда я слушала, как беспощадный монстр, обдавая ее зловонным дыханием, принялся кусать ее грудь и шею.

Полицейский достал из кармана маленький блокнот и принялся что-то старательно записывать. Иногда он даже позволял себе прервать Люси, чтобы уточнить какую-нибудь деталь.

— Вы говорите, от него несло алкоголем? — спросил он.

— Да, наверное, — пожала плечами Люси. — Запах от него исходил такой мерзкий, что я подумала, на меня напал поднявшийся из могилы мертвец.

Глаза Люси вдохновенно блестели в свете лампы. Полицейский устроился на диване, положив блокнот на маленький столик, что позволило ему писать быстрее. От усердия он слегка покусывал пухлую верхнюю губу, над которой золотились светлые волоски, слишком редкие для того, чтобы счесть их усами. Он почти не поднимал головы от своих записей, лишь изредка позволяя себе бросить сочувственный взгляд на Люси. Чем дальше Люси углублялась в свой рассказ, тем убедительные он звучал. Похоже, она так увлеклась собственным повествованием, что сама принимала его за чистую монету.

Миссис Вестенра внимала дочери молча, словно впав в ступор. По моему разумению, любая другая мать, даже не столь нервная и впечатлительная, давно уже разразилась бы горестными восклицаниями и засыпала дочь вопросами. Однако миссис Вестенра приняла рассказ Люси с отнюдь не свойственным ей хладнокровием.

— Как же тебе удалось избавиться от этого чудовища? — довольно равнодушно осведомилась она.

— Меня спасла Мина, — ответила Люси и сделала эффектный жест в мою сторону, словно я была актрисой, дожидавшейся своей реплики.