Чтение онлайн

— О, я помню эту сучку! — закатывает глаза Терренс. — Ту маленькую сучку, которая всегда меня недолюбливала и постоянно делала мне гадости.

— М-м-м, еще одна ярая поклонница нашего неотразимого и неповторимого Терренса МакКлайфа… — загадочно улыбается Эдвард.

— Так, Паркер, ну-ка расскажи нам про их «большую и чистую любовь»! — весело просит Даниэль.

— О, у этих двоих была «любовь с первого взгляда»… — хитро улыбается Бенджамин. — Как только Терренс появлялся у меня дома, так Стейси буквально впадала в истерику.

— Тебе надо было лучше заниматься ее воспитанием, — хмуро бросает Терренс. — А то твоя любимая Стейси вела себя как наглая, невоспитанная стерва!

— Моя Стейси была лапочкой. Это ты ее провоцировал и заставлял мстить тебе.

— Мог хотя бы отучить эту девчонку кусать мою обувь и делать из нее туалет.

— А это не моя вина, — разводит руками Бенджамин. — Нечего было пинать ногой мою девочку и орать на нее!

— Да? Ты хоть знаешь, сколько стоили те ботинки, которые она испортила, когда я однажды приперся к тебе домой? Между прочим, я отдал за них половину гонорара за небольшую роль в кино! Твоя Стейси испортила мою новую обувь к чертовой матери! После ее выкрутасов ботинки были обкусанные, порванные и воняли собачьей мочой!

— Ой, ну подумаешь, моя собачка сходила пописать в твои ботиночки!

— Чего?

— Ой, да у тебя в тот момент было уже столько бабла, что ты мог купить еще кучу таких пар, — отмечает Джозеф.

— Да что ты говоришь!

— Вот какого черта надо было кричать на нее и с еще большей силой пинать ее ногами? — возмущается Бенджамин. — Да еще и по заднице треснул!

— Да ладно? — удивляется Коди.

— Бедняжка до жути испугалась и вся затряслась, ибо с ней так ранее не обращались! Я никогда не кричал на нее и не поднимал руку, когда она что-то делала не так. Просто спокойно что-то ей говорил и на время чего-то лишал.

— Этого я ей никогда не прощу, — хмуро заявляет Терренс. — Как не прощу и все то, что она делала после того случая! Это по ее вине я не мог приходить к тебе домой, ибо мне пришлось бы уходить оттуда едва ли не голым и босиком.

— Ты получил по заслугам, приятель. Нечего было обижать собачку, да еще и женского пола.

— Если бы у меня тогда была собака, я бы заставил ее обоссать твои любимые кроссовки и изгрызть их ко всем чертям.

— Я бы надел их тебе на голову.

— Да уж, веселая у вас была жизнь, ребята, — тихо хихикает Даниэль.

— Ой, Дэн, и не говори! — восклицает Коди.

— Да уж, — произносит Джозеф.

— Но теперь я могу сказать точно, что МакКлайфу нельзя заводить животное, — заключает Питер. — Раз он лупил ту собачку, то это уже о многом говорит.

— Блять, да не лупил я ее! — возражает Терренс. — Просто легонько шлепнул газетой по заднице! Всего один раз!

— Но она на всю жизнь это запомнила и начала мстить.

— Тогда я был рад. Но сейчас да, я жалею, что треснул ее.

— Надеюсь, Сэмми не ждет такая же участь? — слегка хмурится Питер.

— Нет, Сэмми я люблю. Он воспитанный и умный песик. Ему можно все объяснить словами, и он все поймет. А до собаки Паркера ничего не доходило. Как бы ты ее ни воспитывал! Это была наглая, бестолковая и мстительная маленькая сучка!

— Да, Терренс, правильно все говорят, что ты никогда не был милым, пушистым и невинным, — задумчиво говорит Даниэль. — С каждым днем мы узнаем о тебе все больше.

— Эй, я вовсе не плохой! Я давно вырос, сильно изменился и поступаю не так, как поступил бы раньше.

— Бен правильно сказал, что ты получил по заслугам.

— Ой, Перкинс, я бы поржал над тобой, если бы твоя Челси испортила тебе новые дорогие ботинки и превратила их в кусок дерьма, который пришлось бы выбрасывать, — хмуро отвечает Терренс. — Как бы ты пришел в бешенство и начал орать и гоняться за своей собакой с тапками в руках!

— Нет, моя малышка Челси была очень воспитанной и скромной девочкой. Хотя и ужасно любопытной. Мы с родителями и сестрой всем сердцем обожали ее. Да, конечно, иногда она вредничала и делала гадости, но такова женская психология – от этого никуда не деться. Челси, как истинная девчонка, порой тоже капризничала и обижалась, когда ей уделяли мало внимания.

— Моя Стейси тоже была очень воспитанная, — уверенно отвечает Бенджамин. — Просто ей не слишком понравился Терренс. Он единственный, кого она, так скажем, не переваривала. А отношение этого псевдокороля лишило его любого шанса на завоевание ее любви и восхищения.

— Да уж, ну и дела, — задумчиво говорит Джозеф.

— К тому же, не будем забывать, что МакКлайф до сих пор не может смириться с тем, что люди могут не только пускать по нему слюнки и облизывали экраны во время показа кино с его участием, но еще и дико ненавидеть. Для Терри это всегда было сильным ударом по его безграничному самолюбию. Он привык, что все восхищаются им и считают незаменимым.

— По-моему, ты стал слишком болтливым, Бенджамин Паркер, — задумчиво говорит Терренс. — Стоило налить тебе немного выпивки, как ты превратился в занудливого болтуна.

— Занудливым стал ты, Терренс. Думаю, пора налить еще стопочку, чтобы ты снова подобрел и просто дико ржал как конь.

— О, а я предлагаю снова выпить! — приподняв руку, весело предлагает Блейк.

— Прекрасная мысль, Блейк! — бодро одобряет Питер. — Только налейте еще немного нашему неотразимому павлину. А то сидит тут как неродной с пустым стаканом.

— Один момент, друзья!

Блейк берет бутылку, на половину заполненную крепким виски, и быстро наполняет пустой стаканчик Терренса, а также подливает чуть-чуть себе и всем остальным.

— Ну что, мужики, поднимем эти стаканчики… — слегка покачивая всем телом и сидя на полу с подогнутыми под себя ногами, предлагает Джереми.

— Давайте просто выпьем за то, чтобы классно провести время, — весело добавляет Уильям, будучи уже довольно опьяневшим.

— Да-а-а-а! — в разное время радостно вопят все мужчины.

С такими радостными возгласами и улыбками до ушей парни поднимают свои стаканы, легонько ударяют по каждому и выпивают несколько очередных глотков обжигающего горла виски, после которого они не забывают закусить чем-нибудь из того, что сейчас лежит перед ними. А немного погодя, немного затуманенный взгляд Кевина останавливается на Эдварде, который задумывается о чем-то своем и на время покидает друзей и братьев в своих мыслях, уставив задумчивый взгляд на дальние горизонты.

— Эй, Эдвард, о чем ты там задумался? — весело спрашивает Кевин и щелкает пальцами перед лицом Эдварда. — Алло… А ну колись давай, чем заняты твои мысли!