Чтение онлайн

— Наверное, ты права. Но я снова и снова задаю себе один и тот же вопрос… Как ты думаешь, случилось бы такое, если бы я не воскрес?

Вместо ответа, Нила пылко сжала ему руку.

— Зря я спросил… Извини! — только и сумел произнести Джастин, переводя взгляд на свою чашку с остывшим кофе.

— Еще два нападения на этой неделе! — Керк швырнул на столешницу несколько инфопланшетов. — Во всем виноват Джастин Корд!

Голос его гулким эхом отдавался от высокого потолка зала заседаний GCI. И то, что предназначалось только для ушей членов совета директоров, прекрасно слышали сотрудники охранной службы и роботы-охранники. Вооруженные до зубов, они охраняли зал заседаний не только снаружи, по периметру, но и изнутри. И впервые на памяти людей, то есть впервые за последние сто лет, защищать пришлось людей, а не информацию. Новые программы разработали вскоре после покушения на жизнь самого Председателя.

— Разумеется, во всем виноват он, — согласилась Юрист.

— Блестящее наблюдение, — фыркнула Бухгалтер. — Может, у вас найдутся для нас еще подобные перлы?

— Да пошла ты! — огрызнулся Керк, больше всего негодуя из-за того, что Бухгалтер осмелилась перечить ему. Она не скрывала враждебности, и ее отношение красноречиво свидетельствовало о смене власти в GCI. Но за время своего долгого восхождения на вершину Керк знавал и худшие дни. Ненамного худшие, и все же… «Ничего, — подумал он, — она еще за это заплатит!»

Бухгалтер осталась невозмутимой:

— И тебе хорошего дня.

— Итак, — подал голос Пиарщик, — что вы предлагаете нам предпринять?

Рекламщица откашлялась и спросила:

— А зачем что-то предпринимать? Нас и без того закидали тухлыми яйцами. Общественность считает виновниками катастрофы нас. По-моему, пора нам отойти в сторону. Пусть с ним разбирается кто-нибудь другой.

— Кто, например? — насмешливо поинтересовался Керк. — Государство?

При таком нелепом предположении все члены совета директоров громко расхохотались.

Керк был доволен. По крайней мере, он их рассмешил. Он решил закрепить успех.

— Покончить с ним — наш долг, — произнес он нараспев. — И пусть мы ни в чем не виноваты, общественность считает иначе. Вот что сейчас самое главное.

Он увидел, что Пиарщик кивает и самодовольно улыбается.

— Кроме того, — продолжал Керк, — мы — GCI. Мы потратили не один десяток лет на то, чтобы завоевать доверие общественности. Вот как мы превратились в самую мощную организацию в истории. Что подумают люди, если мы отойдем в сторону и спрячем голову в песок? — Он сделал паузу, дожидаясь, пока все переварят его слова. — Я скажу вам, что они подумают! Они подумают, что мы утратили хватку! Что мы идем на попятный… струсили перед лицом опасности! И как, по-вашему, отразится такая реакция на стоимости принадлежащих нам акций, на курсах валют и на наших персональных портфелях? — Керк снова помолчал. — Вы все отлично знаете, что надо делать, потому что мы играем в эту игру лучше всех. Почуяв кровь, вы нападаете. Гарантирую, сейчас наши главные конкуренты проводят заседания своих советов директоров, на которых прикидывают, как сбросить GCI с вершины… Во всяком случае, на их месте я бы поступил именно так!

— Значит, вернемся к моему вопросу, — снова подал голос Пиарщик. — Что вы предлагаете нам предпринять?

Керк посмотрел на Юриста. Сейчас или никогда! Риск — благородное дело!

— Мы его убьем.

Никто не возмутился и не возразил. Правда, никто и не высказал ему слова поддержки. Все задумались. «Вот и хорошо, — подумал Керк, — они, по крайней мере, соблюдают нейтралитет… С нейтральными союзниками я смогу договориться».

Керк заметил, как поежилась Бухгалтер, и злорадно подумал: «Ну что, сучка, мы слишком скоро заговорили?»

— Чем поможет его убийство? — спросила Бухгалтер, словно прочитав его мысли.

Керк встал с места и оперся о столешницу сжатыми кулаками.

— Джастин Корд — Человек вне корпорации в инкорпорированном мире. Он не изъявил желания примкнуть к нам, он не приемлет наш образ жизни и потому притягивает и будет притягивать к себе психов-террористов всех мастей. Дугл — всего лишь верхушка айсберга! Нам нужно немедленно избавиться от страшной угрозы, а единственный способ избавиться от угрозы заключается в том, чтобы убить Корда. GCI, естественно, будет «потрясена» его смертью.

Довольный собой, Керк сел на место. Никто не возражал. Если его поддержат, он сохранит свой пост, а потом скинет Бухгалтера. Месть сладка!

— Можно ли обратиться к совету директоров? — спросил Гектор со своего места у двери. Будучи советником по особым вопросам, он не имел права брать слово, не испросив разрешения и не получив согласия, но ему была дарована честь присутствовать на заседаниях. В прессе такой подход справедливо расценили как очередной шаг Гектора наверх, на пути к самому совету директоров. Временами у совета директоров бывало и по четыре советника по особым вопросам, а иногда не бывало ни одного. Сейчас единственным советником был Гектор.

Керк поерзал в кресле.

— Мне кажется, что советнику не стоит давать слово, — сказал он, обводя всех присутствующих внимательным взглядом. Как ни странно, никто его не поддержал.

Бухгалтер, едва заметив брешь в его обороне, не колеблясь, ринулась в атаку:

— Я считаю, что мистеру Самбьянко можно выступить.

— Поддерживаю, — кивнула Юрист. Никто из присутствующих не удивился. Все прекрасно знали, что Юрист не дружит с Керком Олмстедом. Удивительным, особенно для Керка, стало другое: все остальные проголосовали за предложение Бухгалтера.

— Предложение принято, — нехотя согласился Керк. — Мистер Самбьянко, вам слово!

Вставая, Гектор подумал про Бухгалтера: «Я ее должник!»

— Дамы и господа, вице-президент отдела спецопераций совершенно прав в том, что поводом для последнего кризиса стал Джастин Корд и его патологическая ненависть к инкорпорации. Но убийство Корда — худшее из того, что можно придумать. Кроме того, Керк, — в уголках губ Гектора заиграла улыбка, — один раз вы уже пытались убить его — неудачно!

Керк вспыхнул:

— Как вы смеете!

Настала очередь Гектора выложить на стол инфопланшеты.

— Здесь все записано. Не только у вас все под контролем!

Никто не осмелился взять планшеты. Члены совета директоров выжидали, когда закончится артобстрел и вынесут трупы. Все они рассчитывали встать на сторону победителя.

— Я бы, наоборот, — продолжал Гектор, словно не замечая возмущения Керка, — рекомендовал членам совета директоров обеспечить мистеру Корду дополнительную защиту. Видите ли, бывает, что из искры возгорается пламя. Ни один общественный строй не совершенен. Просто наш строй существует так давно и работает так хорошо, что мы забыли эту непреложную истину. Вспомните историю! При любом строе есть недовольные. Просто наша система до сих пор прекрасно удовлетворяла нужды и запросы общества. Более того, благодаря нашей системе некоторым смутьянам удалось занять руководящие посты… в том числе и в нашей компании!

Члены совета директоров заулыбались. А он самокритичен!

— В конце концов, поступать так весьма прибыльно. Но давайте посмотрим правде в глаза. С тех пор как мы переживали последнюю катастрофу, прошло несколько столетий. Недовольные у нас, конечно, тоже были. Но их было так мало и выступали они так тихо, что никто ничего не замечал. Все наслаждались вовсю… И знаете, что я вам скажу? Если бы не Джастин Корд, мы бы по-прежнему ни на что не обращали внимания. Занимались бы своими делами, наращивали свои инвестиционные портфели… Понимаете, раньше наши недовольные охотно забывали о том, что они — недовольные. Плавно перехожу к Шону Дуглу. Шон Дугл не просто владеет собственным контрольным пакетом. Поскольку он по сути своей всего лишь избалованный ребенок, он не придавал этому обстоятельству никакого значения. В противном случае он бы не создал своей партии. Но в последнее время в руках у мистера Дугла появилось самое мощное оружие, которое называется «Корд». Что же еще? Какое послание оставлено после каждого нападения? «Один свободный человек». Не заблуждайтесь, они говорят не о Джастине. Они говорят о себе. С подачи Джастина они все видят себя неинкорпорированными, то есть, на их языке, «свободными».