Чтение онлайн

1509-1512 гг.

Рассредоточение ведения внешнеполитических дел на трех лиц сохраняется, но сами эти лица мельчают: дьяк Семенов и придаваемые ему дьяки Долматов и Маклаков.

1515-1520 гг.

Обнаруживается доминирование как самого активного деятеля в ведении внешнеполитиче ской работы царского казначея и печатника Юрия Дмитриевича Малого Траханиота, оказавшегося самым компетентным и самым разносторонним помощником царя в ведении внешней политики. В его руках она и сосредоточивается в это пятилетие.

1522-1539 гг.

Роль ведущего руководителя внешней политики поручается следующему царскому казначею — Федору Ивановичу Карпову. Однако его знаний и компетентности не хватает для ведения внешнеполитических дел так, как это делал Траханиот. В связи с этим ему придается в 1523 г. печатник — И. И. Третьяков, а в 1537— 1539 гг. подьячий — Н. Иванов.

1539-1549 гг.

Эта система сохраняется на следующее десятилетие: руководителем становится боярин и казначей (по основной должности) Иван Иванович Третьяков, а для не посредственной черновой внешнеполитической работы используются подьячие И. М. Висковатый (с 1542 г.) и дополнительно еще А.Щека (с 1548 г.).

С 1549 г.на фактическую роль руководителя внешней политики Московского государства выдвигается талантливый и активный дипломат, подьячий И. М. Висковатый, получающий чин дьяка, а затем и посольского, и думного дьяка, когда организуется специальное ведомство — Посольская изба. Но даже при наличии талантливого дьяка-дипломата, при условии, что только он сам фактически руководил и осуществлял всю внешнеполитическую работу со своими техническими помощниками-подьячими, все равно первое время, по крайней мере первые пять лет, все еще имелся и формальный руководитель внешней политики — наблюдатель-контролер из числа бояр.

В 1549-1553 гг. таким последним номинальным «руководителем» внешней политики при наличии фактического, активного и практически все время действующего руководителя дьяка И. М. Висковатого был боярин Никита Фуников-Курнев, являвшийся в это время печатником. Только с 1561 г., когда Висковатый получает титул печатника, пост руководителя внешней политики Русского государства делается неделимым.

Вместе с тем 1549 г.(начиная с февраля) определяется как время начала существования первого русского внешнеполитического ведомства не только потому, что оно выделяется в особую Избу, но потому, что во главе его появляется с этого времени действительно особый руководитель — И. М. Висковатый, который действовал и до 1549 г. на внешнеполитическом поприще и в январе 1549 г. был еще только подьячим. Но с февраля Висковатый назначается дьяком — думным и посольским — и берет исключительно в свои руки ведение всех практических внешнеполитических дел, но главное — не занимается уже никакими иными делами, кроме внешней политики. Именно этот факт имеет решающее, так сказать, принципиальное профессиональное значение. До Висковатого мы не можем назвать ни одно лицо, какое бы положение оно ни занимало в государстве, которое бы занималось исключительно внешними, посольскими делами. Именно с февраля 1549 г. такой человек появляется, и именно ему в это время придается отдельное, профессионально ориентированное на ведение внешнеполитических дел учреждение.

Вот почему именно с этого времени и датируется существование Посольского приказа как особого ведомства и должности его руководителя как особой позиции в государственном управлении, отдельной от казначея, печатника.

Однако, как было неоднократно указано выше, регулярное ведение внешнеполитических дел начинается за сто лет до организации Посольского приказа особым «столом», или повытьем, Казенного двора, и результаты этой деятельности, совместной с великим князем и создаваемой в каждый период особой «коллегией» из трех лиц для руководства внешней политикой, выражаются прежде всего в установлении внешнеполитических, дипломатических отношений с соседними и дальними странами.

Вначале дипломатические отношения устанавливаются с восточными соседями, затем, чуть позднее, с западными странами.

Итак, первое государство Востока, с которым Москва вступает в регулярные дипломатические отношения, — Крымское ханство, первое государство Запада — Папский Престол.

Разница во времени — всего 7 лет.

Таким образом, еще до создания особого внешнеполитического ведомства, особого учреждения, которое бы занималось исключительно вопросами сношений с другими государствами, великие московские князья установили регулярные отношения с двумя десятками иностранных государств. И хотя отношения в то время были отнюдь не интенсивными и посольства, а также переписка из одной страны в другую шли месяцами, тем не менее два десятка корреспондентов, употребляющих разные языки, требующих оформления посланий по всей строгости канонов тогдашнего дипломатического этикета н при соблюдении крайне высоких и сложных технических стандартов (телячий пергамент, киноварь, китайская тушь, арабский гуммиарабик, золотопись, каллиграфия), невольно заставляли подумать о выделении для этой цели специальных людей, о закреплении у них определенных знаний и навыков и об освобождении их от всех иных побочных занятий, мешающих им тщательно и точно выполнять эту важную государственную работу.

Если обратить внимание на выбор тех стран, с которыми желали преимущественно вступить в дипломатические отношения, то окажется, что в Европе это были, как правило, дальние и дружественные государства. С ними шли на контакт гораздо охотнее, чем с непосредственными соседями, т. е. с ближними и недружественными, какими являлись Швеция, Польша и страны Прибалтики — Литва и Ливония, хотя эти государства были известны в России, что называется, с первых же дней рождения Русского государства. С ними веками развивались военные отношения, отношения перманентной войны, прерываемой редкими и нестабильными перемириями. Но постоянные дипломатические отношения с этими государствами вплоть до конца XV — начала XVI в. не налаживались, и поэтому получилось так, что они позднее вступили в официальные дипломатические отношения с Русским государством, чем многие далекие от России страны. Отношения с ними устанавливались трудно в результате долгих переговоров да и при наличии постоянных сомнений, надо ли вообще вступать в регулярные дипломатические отношения с «вечными врагами». Считалось, что их можно знать, иметь, наконец, в период мира торговые сношения (как правило, местные, пограничные), но в постоянные дипломатические, а тем более политические, регулярно-дружественные отношения вообще не вступать.

Дипломатические же отношения мыслились как отношения друзей с далекими, непограничными странами, с которыми никогда воевать не намерены, а рассчитывают обмениваться новинками в области товаров, инструментов, изобретений и людьми — специалистами своего дела: военными, строителями, архитекторами, медиками, ремесленниками и т. п.

Оттого страны романские, особенно дальние — Италия (Рим, Венеция), Испания и Франция, были представлены полностью, страны германского региона — в основном за счет своих западных и центральноевропейскнх частей (Любек, Гамбург, Австрия, Западная Пруссия), страны Скандинавии — в первую очередь непограничными с Русью (Дания), Венгрия — как далекое и традиционно связанное с Россией государство. И, наконец, Швеция, Литва и Ливония — «вынужденно», как «враги», в отношения с которыми приходится вступать, ибо они достались как соседи Московскому государству по наследству от Новгородской республики в конце XV в. С ними в дипотношения Москве пришлось вступить «волей-неволей». Так что и здесь принцип невступления в отношения с врагами еще не был полностью поколеблен, а в нем были просто сделаны логичные исключения в силу сложившейся международной обстановки и внешнеполитической конъюнктуры.

В Азии принцип установления отношений был иным: там надо было дружить, поддерживать добрососедские отношения именно с потенциально неспокойными и агрессивными пограничными государствами-соседями. Этого требовал весь исторический опыт общения Русского государства с татарами, а также диктовали сложившиеся географические реальности.

1. Папский Престол (Римская курия) – 11 февраля 1469 г.: обмен посланиями (Иван III – папа Иннокентий VIII).

2. Дания (королевство) – 1481 г. – июль 1493 г., 8 нояб. 1493 г.: обмен посланиями. Первый союзный договор «о любви и братстве» (Король Ханс I – Иван III).

3. Венгрия (королевство) – 1485 г.: договор о братстве и союзе (Король Матиаш Корвин – Иван III).

4. Венцианская республика – 1485 г.: обмен посланиями (Иван III – дож Джованни Моцениго).

5. Крулевство Великопольско – 6 окт. 1487 г.: обмен посланиями (Казимир IV – Иван III).