Чтение онлайн

Вечер пролетел незаметно за обустройством комнат, время близилось к ночи.

Я прилегла на кровать и внимательно смотрела незнакомый фильм по телевизору. Сюжет менялся, и он даже имел глубокий смысл.

– Лер у тебя, что телефон выключен?! – провопила внезапно вломившееся подруга. Я нервно подпрыгнула на месте и уставилась на нее. Ее щеки пылали огнем.

– Свет ты чего? – подруга замерла, закрыла лицо руками и произнесла: - Шурка отравилась…

Она прошла в комнату и присела рядом. Взор бессмысленно был направлен на телевизор, но меня не волновал фильм, меня волновали вопросы, на которые я не могла найти ответа.

– Она жива? – вытирая слезу со щеки, произнесла я, находясь в необъяснимом ступоре.

– Жива. Таська рассказала, - уставив взгляд в телевизор, ответила она.

Только сейчас я отошла о шока, и вытирая мокрые щеки прокричала:

– Свет, как это случилось?! Ну не молчи?!

– После того звонка, последнего с тобой, она пошла и выпила огромную дозу сильнодействующих таблеток… - беспокойно проводя пальцами по вискам, отозвалась подруга.

– Черт! Надо было тогда еще задуматься. Тогда еще понять, что тут что-то не так! – опустив взгляд в пол, восклицала я.

«Я виновата! Я! Из-за меня мог погибнуть человек!» - я с силой вцепилась с подушку, сжимая ее до размера мячика, пытаясь унять мысли и необъяснимое состояние, которое переходило к истерике.

– Надо было. Да уже поздно. – подруга не сдвинулась с места, изучая взглядом дерево за окном, которое беспокойно шаталось от порывов ветра.

– Кто ее обнаружил? – спросила я, поднимая полный тревоги взгляд.

– Отец. Он ее повез в больницу, – автоматически, будто зная мой вопрос, ответила подруга.

– Как она? Ты не знаешь? – хватка ослабилась, подушка выпала из рук как помятый листок бумаги.

– Знаю только то, что она жива. И, Слава Богу! – отозвалась подруга. – Ребята в больнице.

– Максим знает? – спросила я, направляясь к одинокому пустеющему окну.

– Нет. Ему никто не звонил, – задумавшись, сказала Света, добавив: - Не звони ему. Не надо. Как Шурка отойдет, сама решит сказать ему об этом или нет.

Я промолчала. Наверное, слов больше не было. Хотелось молчать. Безнадежные разговоры, догадки, ни к чему бы, ни привели. В голове путались фразы, мысли, от чего хотелось просто провалиться под землю. Волнение нарастало, но обнадеживало лишь одно – она жива.

Фильм подходил к концу, так и не понятый мной. Заснули мы в не известии. Все звонки друзьям были пусты. Они тоже ничего не знали.

***

Дни шли своим чередом, принося все больше и больше новых известий, как хороших, так и плохих.

Первым самым радужным известием было то, то Шурку спустя несколько дней, выписали из больницы. Нашей радости не было предела. После этого происшествия родители подруги стали больше уделять ей внимания, и первое время ходили за ней по пятам. Неделю заставили дома отлеживаться. За это время Шурка пожалела о том, что натворила, и вытащить ее из депрессии Таське и Лейле было крайне не просто. Мы звонили ей каждый день, и замечали изменение в ее голосе, от тяжелого хриплого он почти спокойным. В нем не было задора, но время все расставляет на свои места.

«Не было бы счастья, да несчастье помогло». Всё время, что ребята проводили в больнице, Таська и Славка были вместе. Когда Таська узнала о происшествии, они гуляли со Славкой в парке. Слушая непонятные в тот момент слова в трубке, она уронила ее, и растеряно села на ближайшую лавку. Друг засуетился, протягивая ей воду. Она жадно глотала ее, не в состоянии сказать и слова.

Затем долгая бессонная ночь в больнице, где они остались со Славкой и Тимуром. Последний был, как на иголках, не находя себе места. В палату никого не пускали. Тогда впервые Славка, обняв Таську, передал все то, что хотел передать давно. Он не планировал это, само вышло. Это была поддержка, она была тогда важна, как никогда.

***

Короткие гудки. Я терпеливо подождала минуту, и снова набирала уже заученный номер.

– Алло, – отозвался он.

– Привет, Максим, это Лера звонит, - еле выдавила я, чувствуя нарастающее волнение.

– Салют, – безрадостно произнес он.

– Как у тебя дела?

– Ты звонишь, чтобы спросить как у меня дела? – усмехнулся он.

– И это тоже. – призналась я.
– Слушай Максим, мы можем сегодня встретиться, вечером в часов семь?

– Можем. А зачем? – голос на том конце провода стал чуть серьезнее.

– Раз говорю, значит надо. Давай у моста Москвы реки.

– Хорошо, – я отключилась и шумно выдохнула.

Одним делом меньше.

– Куда это ты намылилась в семь часов? – улыбаясь, спросила подруга, неожиданно появившаяся в проеме двери.

– Да по делам, – непринужденно произнесла я, делая лохматый пучок из волос.

– Какие у тебя дела появились, о которых я не знаю, а? – приподняв дугообразные русые брови, насупилась подружка, войдя в комнату.

– Да поговорить надо, с Максимом. Я хочу помирить их, – от услышанного подруга подпрыгнула на месте и торопливо направилась к окну, где стояла я.

– Ты свихнулась? – покрутив пальцем у виска, воскликнула она, ее руки схватили мои плечи и развернули к себе. Её глаза осуждали меня, со свойственной ей колкостью.

– Свет, нужно их помирить, они ведь любят друг друга! – настаивала я.

– Вперед! Только ты забыла у Шурки спросить нужно ли ей это. И любит ли она его, теперь. – Света отпустила мои плечи и пошла на кухню.

– Она запуталась в себе! – крикнула я, отчего подруга застыла в коридоре.

– Ради чего тогда идти? – её глаза стали темнее горького шоколада, в которых читался упрек.

– Хочу узнать все произошедшее от него.

– Если только так,- пожав плечами, согласилась подруга, её пыл поутих.

Я оделась в спортивную одежду, и поехала на встречу. Меня не волновало, что я скажу, не думала как я буду перед ним выглядеть. Мне это даже не приходило в голову, единственное что я хотела, так это понять что произошло, увидеть его.

Стрелка часов торопливо приближалась к семи часам, а я находилась в длинной прямой из машин, которые стояли в пробке.

18:45. «Главное не опоздать, а то Максим уйдет, сочтя, что я просто его разыграла. Вот я и познала первую самую ужасную проблему Москвы – это пробки» - думала я, поглядывая в лобовое окно маршрутки.

18:50. «Пробка.…А люди уже и привыкли. Вон на перекур из машин вышли, разговаривают. Мне бы их спокойствие»

18:55. «Неужели! Хоть скорость прибавили, и, кажется, пробка рассасывается. А осталось совсем чуть – чуть. Моя следующая остановка»

Выйдя из маршрутки, я удостоверилась, что время ровно семь. Запыхавшись, я подбежала к мосту, и громко выдохнула. Его не было. Оглядываясь по сторонам я пошла по тротуару вперед. Река, гуляющие пары, кругом дети с родителями, парни на роликах и скейтах. В отдалении на траве сидел он. Я аккуратно пошла по спуску. Кругом было все еще зелено, лишь редкие золотые листья украшали траву янтарем.