Внезапная любовь
Шрифт:
– Лер, вставай, пора выходить, – дергая меня за плечо, произнесла подруга.
– Что? – я тут же обернулась и увидела рядом Максима и Свету.
Дима был на переднем сиденье и о чем-то увлеченно разговаривал с водителем, отчего они приглушенно смеялись.
– А-а-а. Ага, – так ничего и, не поняв, произнесла я, поправляя взлохмаченные волосы.
Машина остановилась я тотчас пулей выбежала из машины, с пылающим от стыда лицом. Ребята распрощались с нами и уехали.
Приглушенный свет ночника не раздражал глаза, отчего тонкими ниточками усталость прибирала к рукам. Мы сидели на кухне и кушали печенья с молоком.
– Уже три часа. Как мы завтра встанем? – спросила Светка, выводя меня из окружавших меня, на ближайших несколько метров, мыслей.
– Свет, я, что на нем спала? – взбудоражилась я, вцепившись в руку подруги.
– Мечтай.
– Ужас, как стыдно. Спала, наверное, язык набок, волосы растрепанные, – забеспокоилась я, хлопнув себя по лбу.
– Опозорилась.
– Хватит придумывать! Нормально ты спишь!
– Хух! Значит, ничего подобного не было? – от беспокойства тарелка с печеньями с каждой минутой все пустела и пустела.
– Другое было,– хихикнула подруга, отпив молока.
Я несколько секунд безмолвно смотрела на нее, а затем, осмыслив, что она сказала, чуть ли не уронила чашку кофе на себя.
– Тихо-тихо. Не мечтай!– Светка заулыбалась, забирая у меня чашку.
– Он лишь смотрел на тебя спящую и улыбался.
Я облегченно рассмеялась, и положив голову на стол, не верила в происходящее.
***
Сказать, что мир перевернулся с тех пор, как мы гуляем с Сашкой, Максимом и Димкой, значит не сказать ничего. Мы почти каждый три дня куда – то ходили: то просто по магазинам швырялись, то фотографировались на природе, то сидели на берегу реки, то просто бесцельно мотались по улицам в поисках впечатлений. И не зависимо от места мы всегда находили темы для разговора.
Одним словом - мы не скучали, прекрасно проводя последний осенний месяц.
***
Глубокая ночь покрыла темной простыней двор, лишь немногочисленные фонари – окна излучали свет. Возле дома на скамейке сидели Тимур и Славка.
– Тим, ты не в себе, что с тобой? – Славка отнял у него телефон.
– Нет настроения, – отмахнулся Тимур, взяв телефон обратно.
– Дело не в этом. Дело в ней. – Слава посмотрел ему в глаза, и, невзирая на темноту, подтвердил свою догадку.
– Слав, не придумывай.
– Поссорились? – пропустив эти слова, мимо ушей, спросил он.
– Да не чтобы.
– Она долго дуться не будет, все наладится. Ты просто попроси прощения, – похлопав по плечу, произнес Слава.
Тимка что-то невразумительно буркнул, и, положив локти на колени, уставился вдаль. В дали виднелись два силуэта.
Взяв мороженного и сока, подруги пошли обратно по гладкой асфальтированной дорожке ведущей во двор.
– Из-за мелочи поссорились, – бросила Шура, пытаясь закрыть этот излишний разговор, на который пыталась ее вывести Таська.
– Врешь.…Не хочешь рассказывать, не надо, – как в воду смотрела Тася. – Ты попробуй, поговори с ним, или хотя бы согласись, если он захочет с тобой поговорить. Но, не смотря на то, что я ничего не знаю мне его почему-то жалко.
– Я меня вы пожалели?! – крикнула Сашка, оторопев на месте.
Голос эхом пронесся сквозь дома и заглох где-то вдалеке.
– Ты скажи, что случилось Шур! На тебе лица нет!
Сашка настойчиво замотала головой, и пошла, вперед набавляя шаг.
– Нет! Теперь ты постой! – Таська остановила ее, и, потянув к скамейке, усадила рядом. Сашка не смогла умолчать о своем положении, ей было нужно кому-то выговориться, и она получила эту поддержку от Таськи, единственной подруги, которая была рядом.
Вернувшись к ребятам, и увидев значительное пополнение в компании в лице Ромы и Сереги, девчонки присоединились к разговору.
Сквозь Таськин смех и Славкины пародии на известных артистов, Сашка услышала тихий шепот.
– Шур, пожалуйста, отойди со мной, на несколько минут.
Сашка, ничего не вымолвив, пошла с ним. Таська добротно улыбнулась, что-то шепнув Славке на ухо.
Они шли по прямой полосе дороги, сами не зная куда. Не смотря на мрак ночи, неловкость, которая должна была удалиться, подступала все ближе и ближе.
– Шур извини меня…Честно, я сам от себя этого не ожидал. Все произошло спонтанно. Понимаешь, мысли запутались, да и ты необыкновенно красивая в тот вечер была...
– он запнулся и продолжил: - Прости, сказал опять глупость. Ты всегда красивая…
Саша слушала его слова, и ей было лестно. Но совесть с недавнего времени, начала паясничать, и она, почему-то сама начала сожалеть парню.
– Молчишь…Правильно. Не стоит. Я поступил мерзко... – он вдруг остановился.
– Хочешь, я вообще уйду из твоей жизни? Хочешь? Не буду мешать тебе, Максу?
Кругом ни души. Необъятная тишина резала слух, своей громкостью, отчего ей захотелось закрыть уши, и обнять его, чтобы он замолк.
– Тим, ты чего? Не надо… - испуганно произнесла она, покраснев. Ветер сильно дул в лицо, смывая пряди с лица.
– Зачем тебе я? Шур тебе будет так легче, и мне…поверь.
– Ты мой друг…Тим, - произнесла она, взглянув ему в глаза. Он опустил взор на землю.
– Друг… - лишь произнес Тимур словно эхо.
Саша не знала, что сказать. Впустить его к себе в сердце? Но она любит другого, а Тима всего лишь друг. Лишь…друг.
Они шли мимо незнакомого им двора. Кругом стояли березы и тополя, лишь низкие кустарники окропляли тротуар. Единственными посетителями этого двора – оказались они.
– Так сложно… – призналась она, присев на лавку рядом с раскидистой березой.
Тимур присел на корточки рядом с ней.
– Хочешь, я на колени встану?! Ты только извини! Шура, извини, я дурак. Я должен быть счастлив только лишь из-за того что рядом с тобой…Дурак! Видеть тебя каждый день для меня счастье, а я и это чуть не потерял… - схватившись за голову, произнес он, вцепившись в голову мертвой хваткой.
Шура видела все это, и ей было искренне его жаль. Она вспомнила, когда она, с бледным, как мел, лицом лежала в больнице, и плакала, когда она не могла разобраться в себе. Вспомнила, когда они поссорились с Максимом на даче, и какую она испытывала боль. Все пролетело в голове, оставив печальный шлейф. Она поставила себя на его место, это было решающим шагом.