Чтение онлайн

Она призывно подняла стройную ножку. Шерман только вышел из душа и разыскивал одежду по комнатам, но заглянув в спальню, передумал.

Утром, поглощая заслуженный завтрак, он перешёл на официальный тон:

– Лори, что происходит сегодня в нашей эстонской резидентуре? Чем вы тут занимаетесь?

– Мы с тобой начинали здесь ещё в 70-е. Тогда в Эстонии командовали русские, но в 90-е всё изменилось. После развала Союза появились свободные территории. Прибалтика в том числе, где мы заняли место России. Но наши яйцеголовые стратеги задумали идти дальше на Кавказ, а потом отгрызть ещё пару кусков на Дальнем Востоке. Самые отчаянные мечтают повторить в России югославский вариант. По-моему, бредовая идея, ведь у русских остаются ядерные силы.

Шерман поставил чайник:

– После дефолта власть в России переходит к силовикам, потихоньку душат олигархов, и кое-кто из них решил прикупить деревеньку в Эстонии.

Директриса безуспешно принимала самые откровенные позы:

– Вижу ты в курсе. В активе у русских морские порты и нефтехимия, очередь за эстонской железной дорогой и электростанциями. И мы обязаны их остановить. Кроме того, совершить покупки в местном супермаркете хотят и наши компании. – Лори поправила, пострадавшую во время прений причёску:

– Дружок, мы окапываемся в новом 52-м штате, который шутя, назвали Балтимором. Не забывай, к нам лезут опальные русские олигархи, так что официальный Кремль им не помощник. На этой дискете список эстонских политиков, связанных с ЦРУ, МИ-6, БНД и СВР.

Директриса ножкой указала на столик у кровати:

– Там же найдёшь и депутатов с комитетским прошлым, то есть бывших агентов КГБ. Хотя бывших не бывает! Их рано или поздно позовут.

Обмен мнениями, прерванный утренней эрекцией, на этот раз завершался на ковре. Ещё вчера Лора получила агентурную информацию о готовящейся силовой акции. Этот первый удар по мятежной коалиции в столице закамуфлировали под бандитские разборки. Финдиректор даже представляла себе ход операции в деталях…

Пока «молодые» наслаждались послевкусием утренней пятиминутки, на лестничной площадке типовой пятиэтажки разворачивался основной сюжет. Главная сенсация вечерних новостей назревала в районе Центрального рынка. Электрики – любители, обесточив подъезд, лениво ковырялись в щитках, а их напарник с большим ящиком инструмента трудился у входа. Из слухового окна в доме напротив изучал электропроводку четвёртый член бригады. Старший монтёр читал схему в фургончике с затемнёнными стёклами. Работа сразу же закипела, когда у подъезда остановился чёрный «Мерседес». Внушительный охранник, выйдя из машины, недоумённо уставился на спущенное колесо. Высокопоставленный пассажир, непрерывно говоря по мобильному, вошёл в подъезд.

Это был его последний разговор. Дважды чихнул «ТТ» с глушителем, а третий-четвёртый хлопки стали контрольным. Но выстрелы в голову не задели мозг политика. На месте осталась табличка «Осторожно работают люди!», а бригада поднялась на чердак и покинула объект через угловой подъезд. Профилактику, не скупясь, оплатило домоуправление Центрального рынка. Отработанный инструмент монтёры бросили на месте.

Взглянув на часы, директриса включила радио и продолжала с удовольствием изучать своё отражение в зеркале. В колонках звучала реклама, пока ещё не лопнувшего банка, спеша привлечь всё новые жертвы на 40% годового депозита. Вдруг, изрыгающий невероятный оптимизм, рекламный джингл прервали сигналы службы новостей:

Диктор зачитал стандартный текст о неудачном плане «перехват» и возбуждённом по факту уголовном деле, а потом перешёл к рекламе контрацептивов известного производителя. Шерман автоматически бросил взгляд на пустые упаковки от «изделий №2» натовского образца, которыми по штату снабжались агенты. Боезапас подходил к концу: снабженцы по привычке экономили на возрастных сотрудниках.

Резидент тоже подошёл к зеркалу и, нахмурившись, почесал фигурно небритый подбородок:

– Значит, империя наносит ответный удар! Ты ведь знала о покушении и пальцем не пошевельнула! А ну-ка, доложись.

– Дорогой! Мы знали, что вице-мэра заказали новые хозяева рынка. Ликвидацию согласовали с авторитетами, которые держали район. Сам знаешь, что заказ отменить нельзя. А этот политик отвечал за приватизацию Центрального рынка и очень высоко оценил свои услуги. На эти средства он обязался финансировать избирательную компанию родной партии, но денежки так и не поступили. И у кого-то из партийной верхушки просто не выдержали нервы.

По дороге в офис Майкл наблюдал, как повсюду снимали с растяжек предвыборные плакаты погибшего политика. Давно знакомое лицо, как привет из прошлого, мелькало на каждом перекрёстке, обещая горожанам «европейскую зарплату».

В те далёкие 70-е, когда советские девушки ловили взгляд Шермана совершенно бесплатно, будущий вице-мэр ежедневно вступал в контакт с западными туристами, нарушая ряд статей УК ЭССР. Кроме того, в составе студенческой рок-группы он исполнял произведения запрещённых в СССР певцов Оззи Осборна (Великобритания) и Элиса Купера (Винсент Фурнье, США). В конце концов, он попал в поле зрения наших правоохранительных органов и, если бы не заступничество Шермана… его ожидал лесоповал.

Подстрекатели:

Майкл Шерман – агент ЦРУ под прикрытием

Лора Майлс – специалист по внедрению

Володя – водитель автобазы Совмина

Борис – оператор АЗС-43

Наши:

Миша Казаков – капитан I Главного Управления КГБ

Володя Романов – советский ди джей

Леночка – девушка быстрого реагирования

Фатима Матигуловна – замзав отделом ЦК

Подрывные материалы:

Винилы «Deep Purple» – «Machine Head», «Burn» и «Led Zeppelin» – «Physical Graffiti». Напитки «Фанта» и «Пепси».

На борту «Тушки» неприступные стюардессы разносили минералку, карамель «Барбарис» и растворимый кофе. Америка тоже не отличалась высокой кофейной культурой: на заправках любой мог отведать мочеподобную бурду.

Но растворимый эрзац никогда не пересекал порога дома Шерманов. Советское пойло тоже заслуживало отдельного упоминания в книге «Рецепты для моей тёщи». Используя методы убеждения и принуждения, Казаков вытребовал знаменитую «аэрофлотовскую» курочку, которая показалась замученной голодом прабабушкой бройлера с канадского рейса. Кроме описанных гастрономических изысков, пассажирам крупнейшей в мире авиакомпании предлагалась советская эстрада в исполнении отечественных ВИА.

Майкл уже наслушался напевов всех этих «Гитар, голосов и друзей» в своём магазине, где совковые эмигранты проверяли пластинки на предельной громкости.

Шермана раздражала гитарная школа русских исполнителей, происходившая от забытой испанской семиструнки. Это поколение начинало знакомство с инструментом с цыганщины и бардов, а потом узнавало заморских Мадди Уотерса и Джона Ли Хукера. Переход на шестиструнный лад давался русским не просто, что бросилось в глаза в интерпретации «Поющими…» мегахитов британских «Shadows», прогремевших в Союзе как «Цыганочка» и «Апачи». Говорят, потом сам старина Хэнк Марвин похвалил русского гитариста за национальный колорит.