Чтение онлайн

– Ладно, разберемся, - с улыбкой ответил он и положил мешочек рядом с шаром. И тотчас услышал чуть различимое позвякивание. Точно бокалы столкнулись друг с другом. Но никто никаких действий помимо него не производил, и он решил, что ему показалось.
– Не будем заморачиваться! Прошу к столу!

– Слушай, Шаховский, я отродясь не умел пользоваться ножом и вилкой, - нисколько не смущаясь, признался Ян.
– Можно, я по старинке, одной вилкой? Как мне удобно?

– Да, конечно! О чем ты говоришь?!

И друзья приступили к пиршеству. Взрослые в честь праздника разрешили им выпить по одному бокалу искристого шампанского, чему они были несказанно рады. Праздновать, так с размахом!

Время пролетело незаметно. Продолжали раздаваться телефонные звонки, и в конечном итоге, Арсений попросту поставил мобильный на беззвучный профиль. Если его чей-то звонок заинтересует, он перезвонит.

Когда за окном стемнело, многие блюда были попробованы, и, казалось, животы ребят сейчас лопнут от переедания, именинник с хитрой улыбкой предложил:

– Как насчет того, чтобы немного протрястись?

– Ты предлагаешь именно то, о чем я думаю?
– в тон ему ответил Чурхин.

– Особняк Игнатьева?

– Особняк Игнатьева!

– Задуманное необходимо доводить до конца!

На этот раз они поступили по-другому. Вызванное такси попросили остановиться за несколько кварталов. Ещё не хватало вторично попасть впросак. На территорию особняка ребята попали без проблем. Просто перелезли через высокий забор.

Почему-то ни Яна, ни Арсения не насторожил тот факт, что Игнатьев, человек, занимающийся политической деятельностью, не оснастил периметр дома сигнализацией. У того, наверняка, имелись недруги, которым было бы интересно попасть в дом мэра, и, допустим, просмотреть кое-какие бумаги. Не насторожило ребят и отсутствие охраны. Их охватил дурашливый азарт, и они решили, что им сопутствует удача. По-другому и быть не могло!

Они не придерживались никакого плана, и, по большому счету, даже не представляли, что будут делать, когда окажутся в часовни.

Вот показался знакомый куст акаций, а за ним и старый дуб.... Всё было, как в новогоднюю ночь, только на этот раз погода выдалась тихой. И вокруг тоже стояло тишина.

И опять Яна с Арсением не смутило, что в доме Игнатьевых только на первом этаже тускло горел свет в одном окне. Около парадного входа поблескивал фонарь, да по периметру виднелись огни. А так - тишь да гладь. Хозяева особняка, наверное, куда-то уехали.... Или кому-то было выгодно, чтобы остальные подумали именно так.

Дверь в часовню поддалась с легкостью.

– Ого! Ты, смотри-ка! Тут что, всегда горят свечи?
– воскликнул Ян, когда они оказались внутри часовни.

Как и в прошлый раз, часовня была хорошо освящена. Пламя от свечей чуть заметно колыхалось под дуновением ветерка. Часовня была старой, полуразрушенной. Но так казалось только снаружи. Внутри она была чистой, и относительно ухоженной.

– Похоже, да, - Сеня обратил внимание, что в углу, недалеко от двери стоит коробка, куда складывались остатки от сгоревших свечей. Это заставило его оглядеться по сторонам.

– Может, тут кто-то и живет?
– Ян продолжал балагурить. У него было хорошее настроение, и он не думал, что кто-то или что-то способно его испортить. Сегодняшнюю вылазку к порталу в параллельные миры он никак не желал воспринимать серьезно.

Он сложил ладони около рта и прокричал:

– Ау! Тут кто-нибудь есть? Ау, отзовитесь!

Он повторил свой крик ещё пару раз, а потом победно повернулся к Арсению:

– Никого! Опять кругом одна мистика! Я же говорил, что...Эй, Сеня, ты чего?

Чурхин резко перестал балагурить, когда заметил, что его друг сменился в лице и побледнел.

Шаховский, не моргая, смотрел за спину Яна. От этого взгляда ему стало не по себе. И он отчетливо осознал, вернее, нет, услышал за своей спиной неторопливые шаркающие шаги. Желание шутить пропало сразу же.

Он с шумом развернулся на каблуках и тоже застыл в немом изумлении.

Из-за алькова не спеша выходил человек. Этот человек был небольшого роста с лысым неровным черепом. Одет он был в старый серый балахон, больше похожий на мешок с дырками для головы и рук. Человек шёл не спеша. Он точно и не видел подростков. Он даже не поднял головы на крики Чурхина.

И этот человек был горбатым. Горб был большим, он согнул человека, и резко выделялся на спине.

Чурхин сглотнул подступивший к горлу ком. И посмотрел в сторону Шаховского. Но Арсений продолжал смотреть на горбуна.

Молодой Шаховский читал книгу Гюго, но не думал, что и в настоящее время может повстречать Квазимодо. Хотя, он запамятовал, где живет. В Ведунове можно встретить кого угодно. И когда угодно.

Мужчина передвигал ногами с трудом, точно они не желали подчиняться организму или очень сильно болели. Он подошёл к стене и снял канделябр. Там как раз догорала одна свеча. Откуда-то из недр балахона он достал новую свечу, и спокойными движениями поменял свечки.

И лишь потом он повернул голову в сторону друзей.

Арсений напрягся. Он подготовил тело к сюрпризам. Он не удивиться, если горбун нападет на них.

Но нападения не последовало. Горбун медленно осмотрел с ног до головы сначала Чурхина, потом Шаховского. На Сене его взгляд задержался чуть дольше. Это длилось одно мгновение. Потом горбун покачал головой и отвернулся от ребят.

Он пошёл дальше.

Точно и не удивился их присутствие в часовне.

Арсений растерялся. Почему этот человек ничего им не сказал? Если он работает на Игнатьевых, то по инструкции должен был поднять тревогу, как только заметил посторонних в часовне. А этот смолчал.

Но тут Сене в голову пришла другая мысль. А с чего он решил, что смотритель часовни - он его так назвал - работает на Игнатьевых? Кто ему сказал, что часовня - вотчина их благочестивого мэра?

Чурхин незаметно, шаг за шагом, стараясь не делать от греха подальше резких движений, приблизился к Сене.

– Ты что-нибудь понимаешь?
– теперь он не кричал, а говорил шепотом.

– Нет.

– Кто этот Горбун?

– Понятия не имею.

Горбун, поняв, что говорят о нём, снова посмотрел на ребят. И снова покачал головой.

А дальше так же медленно подошёл к коробке с остатками свечей, поднял её и направился вглубь часовни. Он ничего не сказал нежданным гостям.

Они молча проводили его взглядами.

– И что это может значить?

– Нет, ты меня об этом спрашиваешь?
– возмутился Чурхин.
– Надо было не орать, а тихо, мирно прийти, и спуститься в подвал. А мы шум развели!

– Мы?

– Хорошо, я! Я развел шум!
– Чурхин завелся не на шутку. Встреча с молчаливым горбуном потрясла его. Если бы им навстречу вышел амбал или даже обычный мужик, то Ян бы не растерялся, а, наоборот, даже поинтересовался у него о житие-бытие. А тут.... Он не знал, что сказать.