Внуки Сварога
Шрифт:
Его взгляд яростно ожёг ворвавшихся. Все его тело нервно подрагивало. Сделав пару шагов вперёд, он вперил взгляд в Матвея. Зрачки его мелко дрожали. Котов непроизвольно отшатнулся назад.
– Как вы посмели! – визгливо закричал ядерщик. – Вон отсюда!
Котов и разведчики обалдело переглянулись, но не тронулись с места.
– Вы не представляете, во что вмешались! – продолжал визгливо орать учёный.
Горин со стоном зажал уши и прислонился лбом к холодному бетонному полу.
– Этот эксперимент вне вашего сознания! Дебилы! Вы не понимаете, что пытаетесь остановить!
– Что? – тихий голос Котова эхом откликнулся от стен помещения.
– Я исследую антиматерию! – орал ядерщик.
– Зачем? – устало спросил Матвей.
– Доказать теорию создания Вселенной!
– Зачем?
– Я обнаружил антикварк!
– Зачем?
– Мы свободно получаем протоны из водорода!
– Зачем? Даже я знаю: чтобы «разогнать» хотя бы грамм водорода, БАК понадобится непрерывно работать около миллиона лет.
– Я надеюсь получить кварк-глюонную плазму! Она существовала, когда ещё не было ни протонов, ни нейтронов!
– Зачем? – устало переспросил Котов. – Сотни тысяч людей погибали от болезней, умирали дети, а ты! Ты тратил миллиарды на удовлетворение своих амбиций!
– Я! Я скоро найду «частицу БОГа»!
– А вот Бога ты не тронь. – стиснул зубы Матвей. – И, вообще, надоел!
С этими словами Котов резко взмахнул рукой. Свистнуло лезвие десантного ножа. На горле ядерщика появилась красная полоса. Затем она распахнулась, фонтанируя кровью.
– Надоел, тварь! – Котов смотрел прямо в тускнеющие глаза безумного учёного. – Тварь!
Тело в белом халате гулко ударилось о пол. Матвей на подгибающихся ногах подошёл к компьютеру и рывком выдернул собранные в жгут кабеля. Монитор пискнул и погас. Погасли экраны. Медленно затихал незамеченный ранее гул, от которого вибрировал пол.
Матвей медленно повернулся. Разведчики стояли, широко раскрыв глаза. Затем одновременно приложили руки к груди и склонились в торжественном поклоне. Горин, сидевший на полу, приподнял руку в приветствии.
– Молодец, Матвей! Спасибо! – сипло сказал он.
– Ты знаешь, Саня, – задумчиво оглянулся на труп Котов. – А мне не жалко.
– Мне тоже. Словно ты гадину ядовитую раздавил!
Следующие сутки ушли на сортировку пленных и консервацию объекта. Допросив учёных, Котов узнал об аварийной ликвидации объекта. Взяв с собой Тургена с разведчиками, он спустился в секретный отсек. Отыскав задвижку, они открыли восьмидесятитонную заслонку шлюза, сдерживающую воды женевского озера, подведённые через подземный канал. Вчетвером они с трудом успели убежать от ревущих вод. На рассвете поток воды хлынул из административных зданий, залил территорию центра и остановился. Большой адронный коллайдер был полностью затоплен. Командоры стояли в воротах по щиколотку в воде, с отрешённостью глядя на дело рук своих.
– Здравы будьте! – раздалось за спиной.
Они оглянулись. В нескольких шагах стоял Велеслав. Старец улыбался.
– Мы верили в вас. И молились, – тихо произнёс он в бороду. – А теперь мой труд.
Обойдя командоров, волхв подошёл к центральному входу и опустился в воду по грудь. Минут двадцать он что-то шептал, затем омыл водой лицо и вернулся к командорам.
– Теперь этот портал под надёжным замком, – сказал волхв. – Он ещё нам пригодится.
– Когда? – спросил Горин.
– Когда люди будут готовы.
Оставив роту охранять объект, Чагатай отправил полк домой. Сами командоры вошли в воду, крепко обнялись в прощании и оглянулись на Велеслава. Старец добродушно улыбнулся в бороду и махнул рукой. Завертелось пространство, засвистел густой воздух.
Чагатай стоял возле своего шатра. Ночной ветер ласкал монгольскую степь. Словно почувствовав, откинулся полог, и красавица жена со счастливым всхлипом кинулась ему на грудь.
Александр с Матвеем стояли под навесом, возле ручья. Родной хутор Ясный! До дверей дома пятнадцать метров. Скуля от счастья, кинулись в ноги овчарки. Котов радостно вздохнул, и, подмигнув Александру, пошёл вниз по склону.
– Сань! Ворота закрой за мной! – голос Матвея звенел от переполнявших его чувств.
– Дружище! – отозвался Александр. – Ты бы уже женился, что ли!
И пошёл наверх, к дому. Открылась дверь, и родные кинулись ему на шею. Горин еле удержался на ногах под напором дочерей, жены, родителей. А в очереди ещё стояли сестра, племянники, Касараевы и Терентьевы. Он почувствовал, как слёзы счастья медленно поползли по его щекам.
В воротах оглянулся Матвей. Промокнул рукавом внезапно заслезившиеся глаза, и, ускорив шаг, двинулся вниз. Там была его Настя. Его любовь.
Глубокой ночью волхвы и Николай стояли на поляне возле капища. В выбоине огромного валуна постоянно меняли воду. Невдалеке горел костёр. Старцы внимательно и напряжённо следили за событиями под Женевой. Наконец они успокоено уселись вокруг костра.
– Что дальше? – спросил Николай.
– Я запечатал Женевский портал, – ответил Велеслав. – Затем отправил командоров домой, к семьям.
Несколько минут слышалось только потрескивание костра.
– Надолго? – не унимался Николай.
– Пусть пару недель отдохнут, – вздохнул волхв. – Больше позволить мы им не можем.
– Они и так сделали сверх человеческих сил! – вскинулся Николай.
– Нельзя. Дольше нельзя. Колыбель в опасности.