Чтение онлайн

Неужели они действительно просто отравились?..

«А что если в нашем отравлении виновата не речная вода, а эта девочка-припевочка?» – подумал Макс, глядя на бредущую рядом Самфи. Но быстро отбросил эту мысль. Хоть за прошедшее с пробуждения время она уже слегка порозовела, было заметно, что пострадала она не меньше остальных. Но ощущение, что она не та, за кого себя выдает, не покидало его. Он решил поговорить с ней, хоть и осознавал, что знает о Зелирии слишком мало, чтобы поверить чутью, когда будет слушать ее ответы. Кто знает, что является нормой в этом мире, где соседствуют дикие племена, средневековые рыцари и люди-кошки?

– Самфи, расскажи о себе, – попросил он. – Что ты делала в той деревне? Твой наряд, скажем так, мало соответствует обстановке, в которой мы встретились. Или я путаю, и тут все так одеваются?

Он окинул взглядом остальных. Лика пожала плечами, Вельга отрицательно покачала головой, и обе они посмотрели на Самфи.

– Я… – она слегка растерялась. – А чего вы на меня так смотрите, будто в чем-то подозреваете?

– Никто этого не говорил, – нахмурилась Вельга.

– Да ладно вам! – ее веселый смех выглядел на редкость притворно. – Я же пошутила! Просто я иногда бываю плохой девочкой! Прямо как моя ушастенькая богиня!

Лика со вздохом закатила глаза.

– Я действительно оказалась здесь случайно, – уже серьезно продолжила Самфи. – Я дочь Инштарийского барона Вельгвуга. Незаконнорожденная, но граф очень любит мою мать, поэтому, хоть у меня и нет титула, я живу в его замке. Я люблю прогулки на вурлах и классическую эссинскую литературу прошлых веков. Много раз, отправляясь в путь на своем вурле, я пыталась приблизиться к горам Эрлина, – сказала Самфи, – чтобы хотя бы одним глазком увидеть венец творения этого мира – умари! Этих божественных созданий, к которым принадлежит и моя ненаглядная Лика!

– До Инштарии далеко, – опасно прищурилась та. – Мы в Кохроне, ты ничего не спутала?

– О, моя королева не верит мне! – ахнула, стукнув себя ладонью по лбу, Самфи. – Я этого не переживу! – тут же она снова рассмеялась. – О, Лика, я тут в результате моего хитрого плана! Два дня назад я отправилась в путешествие, но не одна, а с эскортом из пажей, которым было велено охранять меня и удерживать от «необдуманных поступков», как величает их мой папенька.

Макс растерялся, не понимая, что он должен делать с этим потоком откровений, ведь он и слов-то таких не знал! Но одно понял точно – даже если она и впрямь дочь барона, то ведет себя все равно как форменная идиотка. Причем это ее нормальное состояние и, видимо, не так уж сильно она ею притворяется. Если притворяется вообще…

– Но я не так проста – этой ночью я подсыпала мальчикам снотворного в еду и, пока они спали без задних ног, оседлала своего любимого Кламзи – личного вурла, и пусть теперь они сами объясняют папеньке, куда я делась! Граница-то здесь не очень далеко.

Она вдруг скривила печальную мину.

– Увы, после ночи скачки мы с Кламзи потеряли бдительность и не увидели маленький овражек в лесу. Кламзи при падении переломал себе все ноги. Счастье, что я сумела спрыгнуть с него и не пострадала… Мой бедный Кламзи… – всхлипнула она. – Добираясь в деревню, я встретила караван крестьян и спросила их, почему они ушли оттуда. Они рассказали о том, что здесь случилось, и упомянули про умари, которая была здесь. Когда я добралась в деревню, то увидела, как вы собираетесь уходить, и не сразу решилась подойти. Но потом поняла, что не прощу себя, если дам Лике просто так уйти… И догнала вас!

– Эссинцы слишком вдохновенно и откровенно лживо описывали умари, – проворчала Вельга. – Это дифирамбы, а стоило писать памфлеты. Они задурили тебе голову. Настоящие умари не имеют ничего общего с тем, как их описывали эссинцы, которые едва ли не молились на них, – заметив, как напружинилась Лика, Вельга обратилась к ней: – Прости, но ты сама знаешь, чем чревата зелирийцу встреча с умари.

Лика только грустно вздохнула.

«Отлично, – недовольно отметил Макс. – Теперь она мне все выложила, а я не знаю, что с этим делать. Но Вельга, похоже, не нашла в ее фразах лжи или нестыковок».

– Вот оно как… – вслух произнес он. – Ну что ж, радуйся, по крайней мере, на какое-то время ты оказалась рядом с настоящей умари. Но уж что ждет тебя в Теократии, не знаю.

Но девушки не услышали его – Самфи и Вельга сцепились языками, обсуждая какие-то дрязги между двумя королевствами, попутно выясняя, кто из аристократов с кем спал и кто кого чем травил.

Махнув на них рукой, Макс какое-то время просто шагал вперед, ни о чем не думая, пока не заметил, что Мисси начала выбиваться из сил, и решил остановиться на привал.

Остаток дня прошел на удивление спокойно. Возможно, потому, что ни у кого просто не было сил на споры или громкие обсуждения чего бы то ни было. Вечером молча перекусили и завалились спать в привычной манере, разве что коврик Макса перекочевал к Мисси, а для Вельги и Самфи пришлось организовывать импровизированные кровати из травы и веток – Макс категорически запретил кому бы то ни было спать на голой земле.

Единственное, что за этот полусонный день привлекло его внимание и уже начало беспокоить – Вельга едва ли не шарахалась от Мисси, и, похоже, даже старалась лишний раз не смотреть на нее. Девочка же, сталкиваясь с рыцарем взглядом, всегда делала легкий книксен.

Макс хотел было разобраться с этим, но решил оставить на утро, ибо уже успел упаковаться в спальный мешок и вылезать или разговаривать на повышенных тонах ему было откровенно лень.

Впрочем, кое-что он мог выяснить и не напрягая голосовые связки – то, что он хотел узнать у Хамки еще с недавнего ночного разговора.

– Хамки, – мысленно окликнул он саланганца, сидящего на рюкзаке чуть поодаль – там, где кроны деревьев расступались, открывая ясное звездное небо. – Ты говорил про Первую войну, обмолвился про другие войны. Неужто всегда нападали на вас? А вы – ни разу?

– Саланганцы никогда не стремились ко внешним контактам, – пожал плечами тот, даже не посмотрев на Макса. – Да, мы наблюдали за происходящим в окрестных галактиках, но никогда не лезли в дела обитателей других миров. Не участвовали в союзах, ни с кем не торговали. Там даже туристы наши не торопились массово побывать. Психология такая – нам уютнее среди своих. Среди большой толпы сородичей. Потому даже Исход был общим действием. Это стайное чувство есть и у меня. Но желание остаться на родной планете все же перевесило. Вообще, во Вселенной в любой момент времени существует множество цивилизаций, но не все доходят до уровня развития, позволяющего взаимодействовать с обитателями других миров. Одни гибнут сами, других захватывают и уничтожают. Естественный отбор. О Салангане знали многие, мы знали почти обо всех. Внезапно могли напасть лишь те, чей уровень развития был как минимум столь же высок, как наш собственный. Таких и искала по Вселенной наша разведка.

Он немного помолчал, словно решая, стоит ли это рассказывать.

– И дважды находила.

Снова пауза.

– Саланганцы всегда жили мирно, надстраивая свою планету и не стремясь к захвату чужого. Но были и те, для кого единоличное господство над мирозданием было национальной идеей. И они понимали, что, пока существуем мы и подобные нам древние расы, их план будет неосуществимым. Не станет нас – остальные станут лишь легкой добычей.

Макс заметил, как заблестела в темноте его улыбка.