Чтение онлайн

Занимая более выгодную позицию, слежу за "фокке-вульфами" и вижу: Цыганов обеими парами режет им курс и ведет огонь по первому самолету. ФВ-190, не обращая внимания на огневые трассы "лавочкина", на большой скорости прорывается, нацеливаясь на самолет Ракова.

Не откажешь в смелости и упорстве врагу... Он знает, кого нужно сбить первым, хотя правый Пе-2 находится для его атаки в более удобном положении.

Теперь секунды решают все. Резко доворачиваю самолет влево и оказываюсь в сотне метров сзади врага. С такой позиции я давно не промахивался. На долю секунды опережаю врага в открытии огня. Один за другим на фюзеляже с крестами вспыхивают разрывы снарядов. Прекращаю дерзкую атаку "фокке-вульфа". Он крутнулся в какой-то непонятной фигуре и, выбросив язык пламени, отвесно понесся к воде.

Через восемь - десять секунд Пе-2 легли на боевой курс. Они вот-вот перейдут к пикированию на цель в плотном строю звеньев. Вокруг нас начали рваться десятки зенитных снарядов, с каждой секундой плотность огня увеличивалась. Здесь истребители врага не действуют, а от огня зениток спасти группу Ракова мы не можем. Маневрируя, осматриваюсь. Вижу всю шестерку Ла-5, радуюсь за Шмелева: идет правее, удерживая интервал и дистанцию, от зенитных разрывов не шарахается... Молодец! Но главный бой у нас еще впереди...

Зенитный огонь становится настолько плотным, что слышны разрывы. Сотни светло-серых клочков с огненными всплесками вспыхивают вокруг "Петляковых". Кажется чудом, что они еще летят в этом круговороте смерти. Скорей бы увидеть, как Пе-2 опустят носы и отвесно понесутся к цели.

Но вот и результат огня вражеских зениток - правый самолет второго звена, объятый пламенем, сваливается на крыло... Остальные, не дрогнув, упорно преодолевают огненный заслон.

–  Пикируем! - слышу твердый голос майора Ракова.

Через полторы-две секунды тройка и пара, как будто связанные невидимым канатом, сопровождаемые разрывами снарядов, круто устремились вниз, навстречу огненным трассам "бафорсов" и "эрликонов".

Чтобы не потерять бомбардировщики на пикировании, наша группа непосредственного прикрытия, чуть по сторонам, тоже понеслась вниз.

На высоте около 1500 метров Пе-2 вышли из пикирования и теперь - уже с противозенитным маневром, на большой скорости - уходили от цели, преследуемые десятками разрывов. Удар раковцев был точен. На транспорте взметнулись два огромных взрыва, облака дыма и пара окутали транспорт.

Костылев перестроил звено в линию фронта и атаковал "фиаты" сразу всей четверкой. Этот способ неотразимой атаки мы часто практиковали по финским истребителям "фиат" и "брустер". И эта атака оказалась результативной. Ведущий второй пары Полканов сбил "фиат", чего и хватило, чтобы финны отказались от преследования до зоны зенитного огня. Но догнать нас Костылев пока не смог. Он завязал бой с вновь обнаруженной четверкой ФВ-190. Опытный воздушный боец и умелый организатор воздушных боев заставил и эту четверку отойти на север. Помня, что нужно успеть подойти к месту выхода Пе-2 и непосредственного прикрытия из зоны зенитного огня, он, увеличив скорость, со снижением выскочил южнее порта Котка даже раньше, чем мы подошли к этому району.

Четверки Костылева я пока не видел и запросил по радио его место. Сразу последовал ответ:

–  "Тридцать третий", вас вижу, я вышел восточнее пять-шесть километров, подхожу.

Но не успели мы собраться, как одновременно с двух сторон две четверки ФВ-190 пошли в атаку.

Капитан Цыганов первый своей парой успел довернуть и, рискуя быть сбитым, пошел в лобовую. "Фоки" с большой дистанции открыли огонь. Цыганов, используя скрытое скольжение, уклонился от пушечных трасс, сумел дать прицельную очередь, и стервятник закончил свое существование. Гибель одного не остановила врага. Разделившись на пары, противник начал яростные атаки с разных сторон. Мы с трудом отбивали, их, оберегая бомбардировщики. В этот момент как снег на голову сверху свалилось звено Костылева. Теперь уже "фокке-вульфы" вынуждены сами отбиваться и отходить.

Пролетая западнее острова Лавенсари, я услышал команду Ракова: "Двадцать пятый, быстрее на остров, у тебя за самолетом бензиновая струя". Левый ведомый из первой тройки Пе-2 повернул к аэродрому Лавенсари.

Не успел он удалиться на два-четыре километра от нас, как два ФВ-190 потянули в его сторону.

Не называя позывного, я дал команду:

–  Егор, прикрой всем звеном "Двадцать пятого" до посадки.

–  Понял! - ответил Костылев и кинулся наперерез вражеским истребителям.

Помощь его была своевременна. "Фокке-вульфы", увлекшись легкой добычей, проглядели "лавочкиных", и Егор почти в упор сбил одного из них. И сразу доложил:

–  "Тридцать третий"! Один сбит, "пешка" (так мы называли в шутку самолет Пе-2) заходит на посадку. Сейчас догоню.

Но догнать он не успел. На пути, в районе южнее острова Биорки, он разогнал группу финских истребителей "брустер", спешивших на перехват нашей группы. Но увеличить счет сбитых в этой схватке самолетов врага его звену не удалось, кончился боезапас.

Трудное боевое задание завершилось успешно. Наша десятка надежно прикрыла пикирующие бомбардировщики, уничтожившие крупный транспорт в сильно защищенном порту Котка. Не имея численного равенства с истребителями противника, мы без потерь сбили четыре самолета (три ФВ-190 и "фиат"). Теперь боевой счет полка дошел до 299. Настала очередь и трехсотой победы.

Разбор этого боевого задания был проведен в присутствии всего летного состава полка. Сразу после разбора я послал срочное ходатайство о снятии судимости с Костылева и восстановлении его в воинском звании капитана.

В этом представлении были указаны все боевые успехи за период пребывания краснофлотца Костылева в полку, и особенно в выполнении задания при потоплении крупного вражеского транспорта в порту Котка.

В этот напряженный день к себе в каморочку я вернулся около одиннадцати часов вечера. Усталость была велика. Но радовали успехи дня и то, что трехмесячное лечение травами и корешками оказалось успешным. Почти полностью исчезли боли под ложечкой и в правом подреберье, стал лучше аппетит, прекратились кошмарные сны. Неужели и я, как вся страна, перешел на второе дыхание и твердо продолжаю путь к финишу? Спасибо вам, дорогие старушки, за те знания и житейский опыт, которых иной раз не хватает и дипломированным медикам. В знак сегодняшней победы и некоторого улучшения здоровья позволил себе за ужином выпить положенную норму водки. А сейчас нужно посидеть, подумать о завтрашнем дне.

Раздеваясь, я увидел любительскую семейную фотографию, вделанную в картонную, стоящую уголком рамочку. Мне казалось, что десятимесячная Галочка смотрит и боится меня. А рядом с фотографией - мой квартирант Василий Иванович спокойно ждет положенный ему сухарик и глазами-бусинками следит за моей рукой. Пришлось сразу достать из кармана белый сухарь, положить на стол и пригласить зверька к ужину...

–  На, глазастый, кушай, а если сил хватит, тащи сухарь на подоконник за штору.

И он, как будто понимая сказанное, забегал вокруг сухаря, силясь утащить его. Но сил не хватило. Я взял сухарь, положил за шторку, куда и шмыгнул мышонок.