Чтение онлайн

— Нет, нет. Нам только договор. Спасибо.

Хотелось побыстрее уйти от этого липкого молодого человека. Очень странный. Он тогда еще про уезд говорил. Так и сказал: «Верея Фоминского уезда», может, фрик какой, повернутый.

Аркадий не сдавался, всучил ей свою визитку, сказал, что очень интересуется историей города и окрестностей и рад был бы побывать в поселении. Может, сказания есть или истории мистические — он их собирает и записывает.

— Нет у нас ничего такого, — деду надоел этот политес. — Одна ферма коровья, да навоза куча посередь. Спешим мы. — Спас Акимыч, как есть спас от прилипалы.

Все оформили. Печатью заверили. Гордый Митрофанов Василий Акимович сложил свою копию в паспорт и довольно произнес:

— Вот и я теперь чему-то пригодился. Служивый человек!

Лиза под хорошее настроение отвела своего новоиспечённого работника в парикмахерскую, где из растрепанного лешего сделали очень симпатичного мужчину преклонных лет, но бороду брить он все равно не дал.

Потом зашли в магазин и наконец-то купили Акимычу по ноге сноубутсы, крокеты и тапки для Лизиного дома. Решив, что дарить подарки приятно, прихватила ему еще пару футболок и спортивный костюм, а вот от джинсов отказался наотрез.

— Ну все, одела как на свадьбу. Теперь и помирать не стыдно, — довольно поглаживая пакеты, бормотал дед Василь.

— Ты ж меня представлять будешь среди других людей. Поэтому и одела. Кто с таким оборвышем разговаривал бы всерьез? Не в костюме же тебе ходить. Остались только мобильник, продукты и вызвать такси до дома.

— Эту технику я не освою никогда, — сокрушался Акимыч. — Я ж не вижу ничего.

— Так мы тебе шрифт покрупнее сделаем, а потом надо очки заказать. Вот поедем в следующий раз и к окулисту тебя поведем. Как ты смотреть за всеми будешь, если не видишь?

— Говори, да не заговаривайся. Чего надо, я все вижу! Как в прицел! А техника твоя басурманская. Ну не привычен я, внучка, к такой машинерии. Поломаю еще.

— Справимся. Сначала просто держи заряженным, чтоб звонить тебе могли, а потом со всем разберемся. — Лиза откинулась на спинку сидения. Устала, но это была приятная усталость человека, сделавшего доброе дело. Василь Акимыч расправил плечи, ходил гоголем по ТРЦ. Где тот зачуханный алкоголик, что привел козу? Нет его, был и весь вышел.

Оператор Виталик за время отсутствия хозяйки все подключил, проверил. На козу смотрел с опаской. Повесил лампу яркую и камеры с двух сторон в козий загон. Показал, как лампу включать. Камеры имели ночной режим, управлялись удаленно и трогать их не надо было.

Дома тоже висели: на крыльце, в комнате и на кухне. Небольшие, они не привлекали внимание, но Лизе было слегка неуютно под этими взглядами. А вот на улицу повесили большую купольную с прожектором и подключили к Лизиному ноуту отдельно, чтоб всегда могла посмотреть, не выходя из дома. Дед Василий, глядя на эти новшества, развил бурную деятельность. Сбегал домой, переоделся и пришел уже нарядный. Показывал молодому недотепе, как топить печь, что такое ухват и зачем нужна заслонка. Тот с самым заинтересованным видом снимал этот курс молодого бойца на телефон со стабилизатором для мобильной сьемки. Оба были в полном восторге.

— Виталь, — мысль у Лизы работала как тикающий механизм большой ядерной бомбы, — а научи-ка нашего специалиста обращаться со стабилизатором и камерой. Смотри, какой фактурный! Будем его в мобильного оператора переучивать.

Ходить в сбруе экшн-камеры целый день не хотелось, а для деда Василия это будет реальный шанс самовыразиться.

— А че, идея! Дед зачетный! — Виталий хлопнул по плечу Акимыча и начал ему втолковывать, где какая кнопка.

— Ты полегче там, малой! — замахнулся он в ответ. — Это тебе не автомат разбирать-собирать с закрытыми глазами. Справлюсь как-нибудь с твоей китайской игрушкой. Помню я, на Даманском* били мы желтолицых. Эх, были времена, я с тех пор барбосов только и завожу, как первого с заставы привез. Собака — наилучший друг человека.

— Так ты, вы пограничником были? — проявил незаурядную сообразительность Виталик, немножко отодвинувшись от Василь Акимыча. Во взгляде впервые появилось уважение.

— Как сейчас помню — прихожу на заставу, а там кроме повара никого нет. «Все, — говорит, — на берегу, с китайцами дерутся». Я, конечно, автомат на плечо — и к Уссури. А там драка. Их пограничники, значит, перешли по льду к нам. Вот командир и поднял заставу «в ружьё». Наши-то парни и повыше, и поздоровее были. Но и китайцы не лыком шиты — ловкие, мелкие, на кулак не лезут, пытаются, значит, увернуться от наших ударов. Пока всех отмолотили, часа полтора прошло. Но без единого выстрела. Только по морде. Веселые времена были. Вот так медаль и получил — выпятил щуплую грудь и похлопал по правой стороне кулаком Василий.

— Вот этого героя мы и будем делать главным! — обрадовалась Лизавета. Сейчас, слава богу, это снова стало мейнстримом.

— Надо с Еленой Владимировной согласовать сначала, — покачал головой оператор. — Там уже целый отдел программу съемок разрабатывает неделю.

— Я с ней сама все согласую. Вот прямо сейчас возьму и согласую. Отдел у них разрабатывает неделю… — Лизка выхватила мобильник и набрала Елене Хитромудрой. А сама только сегодня предупредила.

— Да, или так, или никак. Собирайте свои камеры, и давай до свидания. Я тебе сказала, ты меня услышала, — закончила разговор на повышенных тонах Лиза. Идея, похоже, была запущена никак не сегодня утром, и хотя бы предупредить главную героиню этого бардака никто не удосужился.

— Без меня меня женили. Ух, попадется мне еще эта Ленка!

— Я понял, меняем сценарий. Камеры снимать? — перепуганный Виталик пятился к двери от разъярённой Елизаветы Петровны.

— Оставь ты свои камеры в покое, уже настроил все.

Вспышка гнева прошла, остались только усталость и сожаление.

— Дед Василь все равно теперь каждый день у меня. Разберемся как-нибудь.

* Советско-китайский пограничный конфликт на острове Даманском в 1969 году.

Потом звонила уже Ленка, подлизывалась, просила прощения. Очень она хотела все вернуть назад, как изначально планировалось, но Лиза уперлась. Наверное, первый раз за свою жизнь. Не мямлила, не извинялась, а просто уперлась — или так, как предложила, или, извини, ищи другую фактуру.

Еще утром собиралась рассказать подруге про свои ночные приключения, но сейчас точно решила держать язык за зубами. Обойдется. Еще и из этого устроит «Шоу ясновидцев». Надо Розе Абрамовне завтра набрать — обещала же.

Спать не хотелось. Сидела в ноуте, раскладывала пасьянс, когда из спаленки послышались странные звуки от радио-няни.

— О, нет! Ну не сегодня же все! Рожает!

Схватила фонарь, наволочки, полотенца, отложенные для такого случая, и чайник с водой, побежала к козе. Та лежала на боку и стонала, пыталась встать. Между ног надувался кровавый пузырь.

— Мамочки мои… — простонала Лизавета.

— Алло, алло! Иван! У нас тут это! Началось! Да, уже прям началось все!

Щёлкнула выключателем. Света стало больше. Принялась искать телефон деда, хоть он и ушел час назад, может, и не спит. Гудки, гудки. Нет, не берет.