Чтение онлайн

— Извините, эсселин Анвэри. Я устала с дороги и хотела бы отдохнуть.

Но я перехватила ее за руку, сжала пальцы на тонком запястье и резко спросила:

— Что произошло? Скажи, и я оставлю тебя в покое.

— Его премудрость, — нехотя выдавила из себя девушка, недовольно косясь в мою сторону, — не пожелал отвечать на призыв магов. Первое испытание не состоялось.

Ну ничего себе!

Почувствовав, что ее больше не удерживают, алиана поспешила удрать на третий этаж, а я, огорошенная услышанным, опустилась на ступеньку. И как это понимать?

Хадааантис не пожелал выплывать на поверхность озера и проверять невест? Когда такое было?

На моей памяти — никогда. Неудивительно, что Каррай зол, а эссель Клеври близка к обмороку. Я бы на ее месте тоже переживала. Но я не на ее месте, а на своем, и вот конкретно сейчас мне совсем не хочется переживать.

Не сразу поняла, что улыбаюсь и борюсь с собой, чтобы не рассмеяться.

Пребывая в приподнятом настроении (а другим оно просто быть не может, когда его светлость изволит гневаться), я отправилась на прогулку. Несмотря на то что день был в разгаре, жарко не было. Солнце приглушала растянувшаяся по небу дымка. Она постепенно сгущалась, собираясь в грозовые тучи и давая надежду, что уже сегодня на землю прольется долгожданная влага.

В саду воздух был особенно свеж, напитанный сладкими ароматами цветов, горечью трав и пылью. Точно будет гроза, и я ждала ее с нетерпением, предвкушая, как буду любоваться с балкона вспышками молний в сизой мгле неба и, прикрыв глаза, вслушиваться в шорох дождя, скользящего по камню, бьющегося в окна. А позже можно будет снова заглянуть к Клер, на этот раз с чем-нибудь вкусненьким, и провести этот пасмурный вечер за ненавязчивыми разговорами.

Я даже не буду у нее допытываться, что это за страшное обещание, которое кому-то там дал его тагровость, и от какой такой загадочной болезни она страдает. Лучше просто посплетничаем: о столице, о придворной жизни.

Один спокойный вечер — вот что мне сейчас нужно.

Незаметно мысли с воспитанницы Карраев переключились на самого Каррая и затеянный им отбор. Вряд ли после сегодняшнего провала на озере он отправит невест обратно под родительский кров. Тут, как говорится, без вариантов. Наверняка напоит гуангильей — магическим зельем, выявляющим наличие либо же отсутствие у алиан невинности, и будет ждать результатов проверки, вот только что-то я не заметила этого снадобья в коллекции княгини. Попросит Клер его приготовить? Сомнительно. Это очень хитрое зелье, и только опытные травники и зельевары умели его изготовлять.

Главное, чтобы не вернул в замок морканту. Без нее даже воздух в Огненном чертоге стал чище, а мои нервы, несомненно, целее. Может статься, пригласят какого-нибудь знатока из столицы, и хорошо бы мне урвать для себя один пузырек гуантильи. Но как это сделать — я пока не представляла.

Устроившись в беседке, увитой альваровой розой с дымчато-розовыми цветами, я вслушивалась в далекий неясный гул — первый предвестник надвигающейся грозы. Наслаждалась порывами усиливающегося ветра, обдававшего лицо долгожданной прохладой, шелестом листвы в кронах деревьев и скользящими по полу беседки бархатистыми лепестками.

Интересно, почему же все-таки Хадааантис не пожелал проверять невест?

Продолжить эту мысль мне помешали нежданные и нежеланные гостьи его огненности. Зашуршал щебень под чьими-то быстрыми шагами, и уже в следующую минуту я увидела перед собой невест Каррая, в количестве четыре штуки. Возглавляла процессию Амарелия — явный вожак стаи. Следом за ней, воинственно сжав руки в кулаки, шагала Лаали. Далее выступала эсселин Хоэленн, а за ней маршировала рослая грудастая девица, имени которой мне пока не довелось узнать.

В одно мгновение алианы окружили беседку, взяв меня в кольцо. Я тяжело вздохнула. Ну и как прикажете наслаждаться уединением и покоем, когда тут самый настоящий проходной двор?

— Мы знаем, что ты сделала! — взглядом испросив дозволения у эсселин Валейн, пошла в наступление алиана под номером три.

— А поконкретнее? — Я прикрыла рот ладонью, стараясь подавить зевок.

Хорошо бы дождь хлынул прямо сейчас. Этому воинственно настроенному квартету не помешает немного остыть, а я могла бы после обеда поспать в свое удовольствие. Обожаю спать под шум дождя, особенно если вспомнить, какой нервотрепательной оказалась прошлая ночь.

— Если думаешь, что сможешь безнаказанно нас травить, Риан, то глубоко ошибаешься, — отчеканила Амарелия. — Будут последствия.

— И какие же? — лениво поинтересовалась я, любуясь своими ногтями. — Пожалуетесь на меня Карраю? Ну так вперед. Можете даже предложить ему завести книгу жалоб и предложений. Вам будет где душу излить, и он не забудет о каком-нибудь моем «преступлении».

Сверкнув глазами, Амарелия процедила:

— Играешь с огнем, Риан.

А алиана-дылда — та, которая номер четыре, — поднимаясь в беседку, недобро хмыкнула:

— Мы и без князя с тобой разберемся, рабыня.

«Рабыня» из уст княгини звучало унизительно, от Каррая — неприятно ранило, пусть он и избегал этого слова, а когда хотел задеть побольнее или вывести из себя, называл меня «элири». Но когда ко мне так обращается какая-то безымянная и явно безмозглая алиана… В сердце плеснуло яростью, и я подскочила… задрав голову.

Рядом с такой даже князь, высокий и плечистый, будет казаться тщедушным мальчишкой. Ну а я со стороны, скорее всего, походила на мелкую букашку, которую эта каланча в юбке с превеликим удовольствием сейчас размазала бы о подошвы своих туфель.

Я даже подумывала встать на скамейку, но при всем желании не успела бы этого сделать. Под одобрительные кивки этих малолетних бандиток алиана стремительно шагнула ко мне и… схватила за горло.

— Это первое и последнее предупреждение, рабыня, — прошипела она, кривясь в гримасе презрения. — Будешь вести себя как подобает элири, и мы подружимся. А если нет… Я не позволю себя унижать!

Я ожидала чего угодно — оскорблений, угроз, даже криков и брани (хоть это и не совсем по-алиановски), но только не того, что меня начнут душить, словно безродную собачонку, которая тявкает не по делу и путается под ногами… До таких высот моя фантазия не взлетала.

А зря. Иначе бы я была готова к столь неожиданному повороту.

Я дернулась, попыталась отпихнуть ее ногой, но девица-переросток толкнула меня к деревянной перегородке и усилила хватку.

— Я жду ответа, рабыня. Сейчас ты попросишь у нас прощения, и, так уж и быть, мы забудем о твоей подлой выходке. На этот раз.

Прежде чем в глазах начало темнеть, я заметила, как Лаали довольно ухмыльнулась. Амарелия же стояла, высоко подняв голову, и взирала на меня так, как если бы я и правда была ничтожной рабыней. И тут меня накрыло такой злостью, какой я никогда не испытывала. Даже когда Элесбед пыталась учить меня уму-разуму.