Чтение онлайн

Я сдвинул её стринги в сторону и некоторое время просто смотрел в благоговении на то, насколько мокрой и красивой была её киска, прежде чем с жадностью окунуться в неё.

— О, Боже… Оуэн! — полукричала, полустонала она от шока, вызванного тем, что я ел её киску.

Я набросился на её клитор, как будто он был должен мне денег. Я не хотел, чтобы она кончила, поэтому пальцами раздвинул её ягодицы и киску, прежде чем просунуть в неё язык и почувствовать, как её стенки пытаются втянуть меня глубже. Я, наверное, минут десять целовал её киску по-французски, время от времени останавливаясь, чтобы посмотреть, как она пульсирует и истекает возбуждением, прежде чем её тело начало биться в конвульсиях.

— О, Боже. О, да. Оуэн, пожалуйста!

Я быстро закончил, прежде чем кровь, прилившая к голове, успела выбить её из колеи, и отпустил её ноги. Атлас рухнула на диван и не двигалась, пока я наклонялся и натягивал штаны, а затем поднял её сексуальную задницу с дивана и понес к лестнице.

Она не поднимала головы от моей груди, пока мы не вошли в мою спальню, где я опустил её на кровать, а затем вынул пистолет из кобуры на лодыжке и положил его на тумбочку.

— Это твоя комната? — спросила она, приподнявшись и сонно оглядываясь по сторонам.

— Конечно.

Я снял джемпер и рубашку на пуговицах, затем скинул ботинки и отправил брюки и боксеры в кучу, образовавшуюся на полу.

Взгляд Атлас тут же упал на мой член, и, клянусь, она взвизгнула, как будто я только что наставил на неё пистолет. Я подошел к кровати и взял её лицо в руки, глубоко поцеловав, пока морщины беспокойства не исчезли, а затем отстранился.

— Ложись, Атлас.

И тут я бросил на неё взгляд, который говорил о том, что я не собирался шутить.

Атлас, может, и молода, но далеко не глупа. Она знала, к чему приведет эта ночь.

Мечта пожевала губу, прежде чем подчиниться, опустилась на кровать и легла на спину.

Я достал из штанов презерватив, затем надел его и лег следом за ней на кровать. Я запустил пальцы в её стринги, стянул их с ног и отбросил в сторону. Затем я раздвинул её колени и уставился на её красивую, набухшую киску, которая все ещё пульсировала, словно у неё было собственное сердцебиение.

Я почти сделал это.

На долю секунды я почти сказал, что к черту презерватив. Я хотел сделать эту киску своей во всех отношениях. Я хотел кончить в неё, написать свое имя на её стенках и сделать беременной моим ребенком. Хотел заманить её в ловушку, чтобы у неё не было другого выбора, кроме как быть со мной.

Но, заглянув в её доверчивые глаза, я понял, что она заслуживает большего, чем сделать её мамой ребенка. Я все ещё пытался решить, смогу ли быть её парнем, не причиняя ей боли. Это казалось неизбежным. Привлечь ребенка в нашу сложную ситуацию было однозначно хуевым ходом, и я хотел доказать, что она ошибается на мой счет.

Атлас смотрела на меня, беспокойство вернулось в её глаза, как будто она знала, куда устремились мои мысли.

— Не делай мне больно, Оуэн.

— Будет немного больно, — честно признался я ей. Физически и эмоционально, что-то подсказывало мне, — это неизбежно, что я уничтожу её. А потом я запечатал правду поцелуем. — Но я постараюсь.

Мой член был не только большим, но и чертовски толстым, и, как бы я ни готовил её, я знал, что её давно не трахали. Она была на сто процентов из тех женщин, которым для секса нужна эмоциональная связь, — практически полная противоположность тому, к чему я привык.

— Я не об этом, — прошептала она, задыхаясь, когда мой член нашел её вход и начал проникать внутрь. — После отца, мамы и… всего остального, от меня мало что осталось, — она сделала паузу в то же время, что и я. — Пожалуйста, не разрушай то, что осталось, — добавила она, когда я замолчал. — Умоляю.

Из уголка её глаза выскользнула слеза и упала на подушку.

Блядь.

Я ненавидел давать обещания, которые не мог выполнить, но что-то в моей груди тянуло меня сделать именно это.

— Я никуда не уйду, — услышал я свои слова. — И ты тоже.

Она кивнула и грустно улыбнулась, подтверждая то, что мы оба знали. Мы можем бороться за то, чтобы быть вместе, и все равно, скорее всего, потерпим неудачу. Все это может плохо закончиться, что бы мы ни делали.

Я подался вперед и медленно погрузился в неё до самого основания, стирая грусть, пока не осталось только умопомрачительное вожделение. А потом я сделал это снова.

Её глаза затрепетали, и я укусил её за челюсть, отчего они тут же распахнулись. Она смотрела на меня так, как я хотел, и я поощрил её, войдя глубже, чем раньше.

— М-м-м-м, — простонала она, словно я пытался уничтожить её тело.

Её ноги обхватили мою талию, а пятки впивались в мою задницу каждый раз, когда я отстранялся, чтобы снова войти. Я проглатывал вырывавшиеся из неё сдавленные крики и сдерживал собственные проклятия.

Её киска была сраным раем.

Мне потребовался весь мой контроль, чтобы трахать её медленно и аккуратно, делая глубокие и долгие толчки, глядя ей в глаза. Я трахал её именно так, как представлял себе в первый день знакомства.

Мои мышцы напряглись от того, насколько я сдерживался. Я не хотел, чтобы она упустила момент или забыла, как хорошо чувствовать меня внутри себя. Я хотел, чтобы она жаждала этого, чтобы она была зависима от мысли о нас.

Я занимался любовью с Атлас Бек до тех пор, пока её ноги не задрожали вокруг моей талии, и она кончила на мой член, теперь уже плача по другой причине.

Я вытер пот со лба предплечьем, прежде чем выскользнуть из неё и подняться на колени.

— Первый раунд был для тебя, — сказал я ей, как только её глаза приоткрылись. — Следующий — для меня.

Двадцать пять

Я едва успела осмыслить его слова и оправиться от эйфории, как меня перевернули на живот и поставили на колени. Моя задница оказалась в воздухе, и я замерла в оцепенении и растерянности.

Я попыталась оглянуться через плечо, но его рука обхватила мой затылок и крепко вдавила моё лицо в подушку. От неё пахло им, но моё сердце билось слишком быстро, чтобы найти утешение в этой маленькой радости. Я почувствовала, как его член уперся в мой вход, и от этого по позвоночнику пробежала дрожь, потому что знала, что будет дальше.

Без прежней нежности и заботы Роуди с рычанием вонзился в меня. Если бы не его рука на моем затылке, от силы толчка я бы пробила головой изголовье кровати. На этот раз он не стал ждать, пока я приспособлюсь или привыкну к его натиску.

Роуди начал вколачиваться в меня с неистовой силой.

Некуда было деваться. Мне ничего не оставалось делать, кроме как принимать грубые толчки. По комнате разносился звук хлопающей кожи, когда Роуди трахал мою киску и заставлял сомневаться в том, что я в здравом уме, позволяя его сумасшедшей заднице трахать меня.