Чтение онлайн

Кстати, про дворецкого.

Вызываю его к себе и говорю:

— Родион Евграфыч, дело есть. Я тут растительных макров надыбал, надо продать. А ещё есть металл с Изнанки, его надо показать тому, кто в этом шарит, — пододвигаю к нему мешочек с добычей. — Справитесь?

— Конечно, господин, — кланяется тот.

— Вот и славно. Заодно продайте всякий хлам, который у нас есть. Мебель ненужную, картины там, и прочее барахло.

— Вы уверены, ваше сиятельство?

— Конечно. Деньги нам сейчас нужнее, — приподнимаю исписанные цифрами бумажки.

— Хорошо, завтра утром займусь этим. Что-нибудь ещё, господин?

Киваю и разгребаю лежащие передо мной документы. Их здесь столько, что под ними стола не видно.

— Как вообще наш род зарабатывал, пока всё не покатилось к чертям? — спрашиваю.

— Гостевые дома и бани на побережье, несколько магазинов в Ялте и Севастополе, плантация растительных макров… Но теперь всего этого нет, — грустно вздыхает Евграфыч.

— И куда всё делось?

— Гостевые дома с банями ваш отец продал, а деньги проиграл. Всё остальное либо заложил, либо тоже продал, либо это отошло роду Пересмешниковых.

— С какой такой радости?

— Не знаю точно, ваше сиятельство, — дворецкий разводит руками. — Они уже давно присосались к нашему роду, если позволите так выразиться. С виду всё законно, но, по моему мнению, они методично отбирают наши богатства и активы.

— Полностью с тобой согласен, — постукивая пальцами по столу, говорю я. — Присосались, как пиявки. Ну ничего, я своё верну, а этих шнырей заставлю за всё ответить.

— Уверен, что вы справитесь, господин, — Евграфыч снова кланяется. — Позволите идти?

— Погоди, я хотел спросить кое-что. Закрой дверь.

Мужчина послушно запирает дверь на замок и подходит ближе. Подаюсь вперёд:

— Ты знаешь что-нибудь о моей матери?

— Немногое, господин. Лет двенадцать назад, когда вы были ещё совсем ребёнком, она сошла с ума и попала в клинику.

— А она точно сошла с ума? Или, может, её тоже отравили или типа того?

— Не знаю, ваше сиятельство. Я тогда ещё был простым слугой в вашем доме и не был посвящён в семейные дела.

— Понятно, — хмыкаю я. — И что дальше?

— Она проходила лечение, а затем в клинике случился пожар. Тогда немало пациентов погибло, и ваша мать была признана мёртвой.

— Что значит признана? Тело нашли?

— Вроде бы, — с сомнением кивает дворецкий. — Опознали по косвенным признакам. Сами понимаете, после пожара…

— Да, понимаю, — я откидываюсь на стуле. — Интересно.

— Самое интересное здесь, на мой взгляд, что ваша матушка владела магией огня, — добавляет Евграфыч. — Хотя, конечно, в клинике её магия была подавлена.

— Не сомневаюсь. Ладно, иди. Спасибо, что рассказал.

— Не за что, господин.

Когда дворецкий выходит, я поворачиваюсь к окну и задумчиво смотрю на тёмные силуэты кипарисов.

Я, конечно, не псих и не параноик. Но по-моему, здесь что-то нечисто…

Проснувшись утром, требую гантели. У нас их не оказывается, но слуга находит в подвале старую ржавую гирю. Восемь кэгэ — для прошлого меня фигня, а для нынешнего в самый раз.

Пора уже из хлюпика Севы сделать настоящего мужика!

Как следует размявшись, приступаю к упражнениям. Занимаюсь прямо во дворе, заставляя служанок хихикать, а слуг удивлённо пялиться. Ещё бы. Вернулся из психушки, ведёт себя совсем иначе, теперь ещё и качаться начал. Совсем другой Сева!

Ну, так оно и есть. Я совсем другой. И дела Скорпионовых вести тоже буду по-другому.

— Доброе утречко, ваше сиятельство! — ко мне подходит Олег. — Занимаетесь?

— Нет. Уроки учу, — не отрываясь от махов гирей, отвечаю я.

— Смешно! — капитан гвардии хохочет. — Вы хотели меня видеть?

— Хотел. Ща, погоди…

Закончив подход, опускаю гирю на землю и вытираю со лба пот. Сердце колотится так, что аж в зубы отдаёт. Руки дрожат, спина горит, еле дышу, но на лице улыбка.

Отлично позанимался. По кайфу. Ещё и свежим воздухом подышал.

Подхожу к колодцу и выливаю на голову ведро ледяной воды. Ух, хорошо!

— Короче, Олег, дело такое, — говорю, вернувшись к капитану. — Надо нам поехать со Степаном вопросики обкашлять.

— С тем ростовщиком? Запросто, ваше сиятельство. Когда выдвигаемся?

— Завтра. Мне сначала надо ещё кое с чем разобраться. Ты же знаешь, где искать этих утырков?

— Знаю, — кивает он и одобрительно улыбается.

— Вот и славно. Передай пацанам, пусть готовятся. Стволы не забудьте. Ну и что-нибудь такое, менее убойное возьмите. Кастеты там, дубины, что у вас есть?

— Дубинки имеются, — слегка удивлённо отвечает Олег.

— Класс. А что у нас по транспорту? Машины есть?

— Одна, господин, и та не на ходу.

— Чтобы завтра утром была на ходу, — тычу пальцем в грудь капитана. — Если бабосы понадобятся — иди к Евграфычу, он у нас пока финансами заведует. Я на лошади туда не поеду.

Не признаваться же, что я не умею ездить верхом. Да и на тачке по-любому удобнее.

— Сделаем, ваше сиятельство, — обещает Олег.

— Тогда до завтра, — хлопаю его по плечу и направляюсь в дом, у меня ещё много дел сегодня.

Принимаю душ, уплетаю завтрак, принесённый кокетливой Оленькой, и топаю в кабинет отца. То есть, теперь уже свой кабинет. Непривычно это, у меня никогда не было столько комнат для меня одного. Даже когда я поднялся, всё равно только трёшка была убитая, но зато в центре города…

Опять сажусь за документы, но теперь ищу кое-что конкретное. Надо понять, есть ли где-нибудь бумажки, которые подтверждают, что батяня брал в долг у этого Стёпы. Потому что, если документов нет, я ему просто объясню, что так дела не делаются. А если есть — придётся как-то по-другому решать.

Но ничего, где-где, а в разборках с ростовщиками опыта у меня хоть отбавляй. Уверен, я смогу договориться.

В итоге нахожу-таки расписку, а потом и другие документы. Внимательно всё пересчитываю на несколько раз, делаю записи и сравниваю всё. По всему выходит, что основная сумма долга уже выплачена. Значит, Финансист химичит с процентами.