Во времена фараонов
Шрифт:
Такой же магический прием применялся от болезней, так как больной одержим противником (kheft), чье несвоевременное присутствие причиняет весь недуг. Маг, он же врач и жрец, знающий искусство лечить, извлекает свои познания из таинственных книг, которые были даны людям при чудесных обстоятельствах. Так, учебник об уничтожении нарывов на всем теле человека был найден у ног бога Анубиса и принесен царю Дену (I династия) [231] ; медицинский папирус, хранящийся в Лондоне, «был найден однажды ночью в большом зале храма Коптоса одним из жрецов этого храма. Вся земля была погружена в потемки, как вдруг над книгой взошла луна и окутала ее своими лучами. Ее принесли царю Хеопсу (IV династия)».
Терапевтические книги были божественного происхождения, неудивительно поэтому, что указанные в них средства сверхъестественного порядка. Способ изгнания противника тот же, что и одоления зловредных животных. С помощью формулы замещают личность больного личностью того или иного божества, которое, по преданию, имеет власть над противником, причиной болезни. Например, от болезни живота маг возглашает: «Живот принадлежит Хору, говорящему с Исидой. Хор говорит: ”Я съел золотую рыбу Абт”. Исида отвечает: ”Если это так, боги придут к тебе на помощь”. Натирать живот медом; мыть живот жидкостью, заключенной в сосуд, на котором изображены боги Юга и Севера – Ра, Хор, Тот, Атум, Исида, Нефтида, три ока Уджат и три змея» [232] . Предстоят ли роды, родильница уподобляется Исиде и настоятельно требует помощи богов: «О, боги, придите, вот Исида. Она сидит, как беременная женщина. Если вы останетесь бездеятельны, о боги, не будет больше земли и неба… бедствия придут с Севера; вопли раздадутся в могилах; солнце перестанет светить в полдень, воды Нила не поднимутся больше в разлив. Это не я говорю вам, это Исида, которая разрешается Хором» [233] .
Вмешательство богов, связанных магическими формулами и помогающих тем, кто умеет ими пользоваться, подтверждает еще один знаменитый памятник Национальной библиотеки, плита принцессы Бахтана. [234] В сказочной стране Бахтан принцесса по имени Бентреш, сестра одной из жен фараона, была одержима таинственным недугом. Ни врачи, ни маги страны не могли облегчить его; князь Бахтана просит своего зятя, фараона, послать ему ученого, т. е. египетского мага. Фараон направляет к нему одного из «писцов двойного чертога Бытия», который определяет недуг одержания: «Маг нашел Бентреш в состоянии одержания и обнаружил привидение, которым она была одержима, врага, одолеть которого было трудно». Не в силах изгнать его, маг призывает на помощь египетского бога. Это Хонсу. Он отправляется в Бахтан, получив от старшего брата своего, Хонсу-благого-совета, «флюид жизни» и магическую силу, обладая которой, можно вступить в какую угодно борьбу. «Когда бог этот прибыл в Бахтан, тогда вышел князь со своими солдатами и полководцами навстречу Хонсу. Он распростерся ниц, говоря: «Ты приходишь к нам по велению фараона…» И вот, едва лишь этот бог подошел к месту, где находилась Бентреш, и произвел магические пассы над дочерью князя Бахтана, она сразу почувствовала себя здоровой, а привидение, бывшее с ней, сказало перед ликом Хонсу: «Гряди с миром, великий бог, что изгоняешь чужих; Бахтан – твой город, его люди – рабы твои, сам я раб твой. Итак, я удалюсь туда, откуда пришел, чтобы дать сердцу твоему удовлетворение по поводу того дела, которое привело тебя сюда; но повели, чтобы праздновали мой день, день Бахтана». Бог согласился, и когда совершили большое жертвоприношение перед Хонсу и привидением, последнее удалилось с миром, куда хотело, согласно повелению Хонсу. [235]
В этом рассказе бог отдает свою магическую силу для борьбы с привидением к услугам фараона; фараон в действительности глава магов своего царства. Ниже мы вернемся к этому особому качеству египетских царей. Но и простые смертные могли защищать себя от нападений призраков, лишь бы они были знакомы с такими формулами, как, например, сохранившаяся в Лейденском папирусе: «Если нападет мертвец вечером, когда раздеваешься, положи под изголовье человека (следующую формулу): ”Прелести такого-то суть прелести Осириса; его верхняя губа есть губа Исиды; его нижняя губа есть губа Нефтиды, зубы его как мечи, руки его как руки богов, его пальцы как божественные змеи, спина его как спина Геба и т. д. Нет ни одного из членов тела его, который бы не был как члены одного из богов”. Слова эти для чтения их над амулетом, который исцеляет и чарует члены тела человека и их недуги. Их надлежит читать, когда мертвец мужеского или женского пола нападает на человека, который раздевается, и увлекает его вечером, дабы мучить его» [236] . Тут мы снова встречаемся с уловкой, состоящей в присвоении себе личности бога, победителя своих врагов, дабы заманить противника и поставить его в такие условия, в которых, по учению подражательной магии, он неминуемо потерпит поражение.
Маг умеет не только справляться с недугами и несчастными случаями, он искусился в их предвидении и заранее заклинает судьбу прорицаниями и гороскопами. В этом смысле магия опирается на данные астрономии. Диодор говорит об этом следующее: «Быть может, нет другой страны, где порядок и движение светил наблюдались бы с большей точностью, чем в Египте. У них сохраняются списки за невероятное количество лет, в которые внесены эти наблюдения. Там есть сведения о соотношении между каждой планетой и рождением животных и о благоприятном или несчастливом влиянии светил… [237] В гробнице Озимандиаса*, в Фивах, на террасе был золотой круг 365 локтей в окружности, разделенный на 365 частей; каждое деление обозначало один день года, а рядом было записано естественное восхождение и захождение светил с предсказаниями, какие связывали с этим египетские астрологи». [238] Принцип же был следующий: в такой-то день и час светила находятся в таком-то положении. Некогда при подобном положении светил произошло счастливое или несчастное событие; следовательно, есть вероятность, что событие такое же или аналогичного характера повторится в момент, когда светила вернутся на свое прежнее место. [239]
Дошедшие до нас документы показывают, что события, на которые сделан намек, относятся к жизни богов, и главным образом к смене побед и поражений, знаменовавших ежедневную борьбу Осириса с Сетом. 17-го атира Сет убил Осириса; 9-го хойака Тот победил Сета; 5-го тиби Сохмет сожгла нечестивых; первое число несчастное, два другие счастливые: «Что бы ты ни увидал в этот день, обойдется удачно». Так каждый из людей по-своему переживал жизнь богов и претерпевал их влияние; сила мага заключалась в том, чтобы использовать эти мифологические данные и приурочить деяния человеческой жизни к тем или другим знаменательным числам, вызывая этим уподобление судьбе богов в самом благоприятном смысле. [240]
Более того, каждый год, каждый месяц, каждый день и час находятся под влиянием какого-нибудь бога или светила [241] ; маг умеет вызывать их благоприятное влияние или, по крайней мере, может предупредить заинтересованных о вероятной судьбе: ему ведом удел, предначертанный богинями-феями каждому человеку в день его рождения, [242] ибо день этот занесен в их списки в отдел счастливых или злополучных дней; удачи и неудачи отмечены с большой тщательностью: «9-е паофи: радость богов; люди празднуют, ибо повержен противник Ра. Кто родится в этот день, умрет от старости»; «27-е паофи: кто родится в этот день, умрет от крокодила» [243] . Народная литература оставила нам рассказ «Обреченный царевич» [244] : он тщетно пытается предотвратить три доли, которые при рождении обрекают его на гибель от змеи, крокодила или собаки. Маг не всегда может одолеть предопределение; зато пользовавшийся его услугами, будучи предупрежден, принимал необходимые меры предосторожности: не выходил из дому, убегал опасности и читал охранительные формулы.
Охранительные обряды составляют лишь часть искусства мага: обряды, дающие магическое влияние на расстоянии, дают ему власть и силу еще более завидную. Египтяне брались оказывать действенное магическое воздействие на людей, мертвецов, богов с самыми разнообразными целями.
Действие на расстоянии на любое существо может быть достигнуто вмешательством богов и гениев, которых маг подчиняет своей власти. Вот схема подобного заклинания. Маг вызывает бога или духа: «Приди, чтимый дух…»; потом он излагает желание, которое следует осуществить: «Воздействуй за меня на того или этого… пробуди для меня того или этого… направь его сердце к той или тому…» Потом он заявляет: «Я призываю тебя твоим истинным именем»; следует литания магических имен, состоящих, по большей части, из непонятных слогов. Наконец, после заявления, имеющего целью испугать призываемого бога или гения («ибо я бык, ибо я лев, я чтимая голова владыки Абидоса»), маг дает практическое предписание: произносить формулу над изображением Осириса, Анубиса; составлять напиток, микстуру или мазь из трав, ладана, хлеба, зерна, смоченных кровью самого больного или смешанных с кусочками трупа. [245] Иногда упоминается фигурка [246] : она, по-видимому, сделана по образу того, для кого предназначено заклинание, и формула, произнесенная над фигуркой, нашлет на изображенного сны любовные или грозные, усыпит его или лишит сна, даст ему здоровье или смерть, внушит ему любовь или ненависть.
Такие формулы предполагают применение колдовства; в них упоминаются иногда фигурки, которым непосредственно наносится повреждение заклинателем. Действительно, нам известны определенные случаи порчи, направленной на богов и людей. В папирусе Неси-Амсу содержится заклинание, имеющее целью помочь богу Ра в его ежедневной борьбе с Апопом, духом зла. Лепили восковую статуэтку Апопа в образе крокодила. Имя бога было написано зелеными чернилами на этой статуэтке, завернутой в папирус, на котором тоже был нарисован силуэт Апопа. На статуэтку плевали, резали ее каменным ножом, бросали на землю; тогда жрец наступал на нее несколько раз левой ногой и сжигал на костре из растений, обладающих магическими свойствами. Нужно было повторять обряд три раза в день (вероятно, как дополнение обычного культа) и каждый раз, когда происходила гроза, знак опасности для небесных божеств. [247]
В действительной жизни очень крупный случай порчи, известный нам, относится ко времени Рамсеса III. Один чиновник царского двора был всенародно изобличен в следующем преступлении [248] : он раздобыл магические писания, извлеченные из тайных книг царя, и ему удалось заколдовать (эсхекау
Эти примеры колдовства взаимно поясняют друг друга, и нетрудно уловить руководящие принципы действенной магии египтян. Здесь, как и в других странах, маг повелевает существами, пользуясь, во-первых, их именем, во-вторых, изображающими их статуэтками. Эти два способа магического воздействия относятся к категории, присущей всем первобытным народам. «Имя собственное, – говорит Гартланд, – считается неотторжимым от его обладателя, и дикари часто старательно скрывают от других свое настоящее имя, [249] довольствуясь обращением по прозванию или заменяющему его эпитету. [250] Причина этого в том, что знание имени лица дает власть над ним; этим он сам или, по крайней мере, существенная часть его как бы переходит в руки того, кто узнал его имя» [251] .